Чтение онлайн

– Согласен. Это было бы безумием. Сначала нам нужно выяснить, существует ли артефакт. А также что он из себя представляет и на что способен. И тогда, если это стоит того, мы перероем весь Асгард и найдем его.

Ча покачал головой.

– А как ты собираешься что-то о нем выяснять? Поймать и запытать каких-нибудь асгардцев в надежде, что на этот раз все получится?

– Сказитель.

Это было первое слово, которое за все совещание произнес Другой.

– Что? – повернулся к нему Танос.

В ту же секунду Ча издал громкий стон.

– О, нет!

– Сказитель, – четко повторил Другой. – Он наверняка знает. Он знает все.

– Не неси чепуху! – взвыл Ча, тыча пальцем в Другого.

Танос кивнул Гаморе, которая подошла к Ча сзади и положила ему на плечо свою сильную руку. Философ из системы Сириуса тут же сник.

– Что за сказитель? – спросил Танос.

– Не что. Кто, – объяснил Другой. – Сказитель знает все, что стоит знать. Каждую быль. Сказитель слышит все и все знает. Все легенды. Все мифы. Все сказки.

– Почему я раньше ничего о нем не слышал?

Ча ерзал в кресле, сложив руки на груди.

– Потому что это все сказки, Танос.

Когда читаури пожимали плечами, что бывало нечасто, их панцири скрипели по кибер-имплантам. Другой как раз произвел этот странный глухой звук.

– Вселенная большая, господин Танос. Никто не знает о ней всего. Никто, кроме Сказителя.

Танос поднял руку, показывая Ча, что тому не стоит перебивать. Тот хотел вскочить с места, но вспомнил, что сзади стоит Гамора. Сквозь сжатые зубы он проговорил:

– Сказитель – шарлатан. Сколько он знает правды, столько и вымысла, и выдает их в равных количествах. – Он поднял глаза на Таноса. – Не слушай это... насекомое. Сказитель отправит тебя по пути, который ведет к черной дыре, а потом столкнет в бездну.

Танос задумался.

– А что плохого в том, чтобы с ним поговорить? Скажет правду – хорошо. Если нет – ничего не потеряем.

– Сказитель обитает в Келдимовой Скорби, – умоляющим тоном проговорил Ча. – Отправиться туда – сумасшествие!

– Келдимова Скорбь? – Танос сдвинул брови. – Что-то знакомое.

Он поднял руку в знак того, чтобы все молчали, пока сам силился вспомнить это название. У него была почти идеальная память, но и воспоминаний столько, что нужные приходили в голову не сразу.

И вдруг его осенило. Его Светлость. В первый раз Танос встретил его, когда Роббо заставил титана против воли преклонить колени...

«И куда ты направишься? – спросил Его Светлость. – Мы в Вороньем углу, ближайшая система – Келдимова Скорбь».

– Его Светлость знал, – пробормотал Танос, – знал про Келдимову Скорбь.

«Да и до нее отсюда несколько парсеков, – добавил тогда Его Светлость, – а там ни единой формы жизни, ни одного обитаемого угла».

И вдруг он понял. Танос стиснул зубы и проклял себя за то, что был так слеп, туп и невежественен и не рассмотрел путь, будто специально проложенный для него.

Его Светлость искал асгардский артефакт. Потому он направил «Золотую каюту» прямиком в Вороний угол, через который можно попасть в Келдимову Скорбь. Это было не безумие и не глупость.

– Таков был его план, – громко произнес Танос.

– Какой план, отец? – спросила Небула.

Танос открыл глаза и внимательно посмотрел на Ча.

– Его Светлость не случайно кружил по Вороньему углу. Он искал Сказителя, так ведь? Хотел узнать, правда ли то, что ему известно об асгардском артефакте.

Ча не шевельнулся и не отвел глаз.

– Не знаю. Возможно. Он не посвящал меня в свои планы. В конце концов, это ты был в его свите, не я.

– О, все боги ада, – выругалась Небула. – Как же скучно, когда старики начинают говорить о прошлом.

Это был редкий случай, когда сестра с ней согласилась.

– Кто-нибудь, давайте ближе к делу, – дернув головой, сказала Гамора. – Ближе к сути.

Танос указал пальцем на дверь.

– Вы обе можете идти. Ты тоже. – Он повернулся к Другому. – Нам с Ча нужно поговорить.

Как только они остались одни, Ча стукнул ладонью по столу.

– Да ладно тебе, Танос. Это же я. Ча. Никто не знает тебя так, как я. Они не видели, как тебя, в коматозе, вытащили из корабля, и ты едва выжил. Они не видели, как ты чистил иллюминаторы на «Золотой каюте».

– Это верно, – Танос встал и угрожающе выпрямился во весь рост. – Они боятся меня. Уважают. А ты? Может, ты думаешь, что я все тот же беспомощный щенок, которого Его Светлость извлек из обломков корабля? Или изломанный недоумок, которого ты выхаживал после схватки на «Кровавой Эдде»?

Ча застонал и потер руками лицо.

– Танос, я пытаюсь спасти тебя от тебя самого. Мы оба чуть не погибли в Вороньем углу. Это же много- много парсеков беззвездного ничего во все стороны. Нам повезло, ты нашел магнетар и старые Врата Калами. Но ты ведь не думаешь, что нам так же повезет еще раз?

– Теперь у нас другой корабль. Другие двигатели. Мы можем распланировать операцию.

– Когда попадаешь в Вороний угол, – медленно начал Ча, – проблемы только начинаются. Келдимова Скорбь – это целая мертвая планетная система. Мертвая не в том смысле, в каком ты себе это представляешь, – твои зачистки оставляют нетронутыми биом и другие виды. А там – безжизненные миры. Ни птиц. Ни бабочек. Ни единой травинки, Танос. Пятнадцать мертвых планет обращаются вокруг останков давно погибшей звезды. – Ча наклонился над столом, широко раскрыл глаза и продолжил низким, полным боли голосом: – Там нет ни света. Ни тепла. Ничего. Только ходят слухи, что каким-то образом на одной из планет выжило существо, которое бормочет себе под нос сказания, только ему известные и только ему и нужные.