Чтение онлайн

– Зарежу, - честно пообещал.
– Отвечай только на вопросы, петушок-золотой ебешок...
– и задал первый: что на компакт-диске, помимо тайных счетов?

Мой собеседник окончательно стушевался, точно красна девица в секс-шопе. Запунцовел, виляя взглядом, как педерасты конскими задами на Тверской. Пришлось повторить вопрос, проявляя при этом ангельское терпение.

– Там... там...
– и, ломая руки, будто находился на подмостках театра мимики и жеста, вскричал.
– Лучше убейте меня!

– Нет, - незлобиво улыбнулся.
– Легкой смертушки не дарю. Буду резать тонкую бахромку из твоей нежной сионистской кожицы, дружочек... Я тоже обладаю культурой речи, петушок-ебешок, и не называю тебя жидовской мордой, хотя ты - она и есть. Если не прав, поправь...

– У меня папа... грек!..

– Тогда приношу извинения всему греческому народу, - покаялся.
– Но мы отвлеклись. Так я жду ответа, дитя Эллады?
– Продолжал поигрывать финкой, как иллюзионист картами. Легированная сталь сияла от света телевизионного экрана.
– Ну-с?

И-таки получил ответ, который меня полностью удовлетворил: компакт-диск, подобно паролю, запускал механизм поставок наркотиков, используя компьютерную систему "Internet".

То есть была проделана огромная двухгодичная предварительная работа, в результате которой поставщики и заказчик получили беспредельную возможность заключать договора на "товар", не выходя из своих офисов.

Более того, на самом высоком государственном уровне было обговорено о так называемом "зеленом коридоре" - "товар" проходил все границы как стрела сквозь человека.

Заинтересованными сторонами был назначен час Z , именно в этот час и должен был запуститься через космос весь огромный механизм. И вдруг выяснилось, что компакт-диск в качестве волшебного ключика исчез. А без него - катастрофа.

– Катастрофа, - повторил Арон Аронович, переживая вновь последние трудные дни для своего здоровья.

– И какие там суммы проходят?

– Колоссальные!
– закатил глаза, как страстотерпец на иконах.

– Но там были эти еб...ные личные тайные счета?
– решил уточнить общую картину.

– Конечно, - передернул плечиками.
– Как вам это объяснить... там все переплетено, точно корневища деревьев.

– Вот деревья не трогай, - буркнул я.

– Что-с?

– Когда, говорю, наступает час Z?

На этом вопросе мы оба глянули на старые часы, болтающие туда-сюда свой медный язык маятника. Герой на экране телевизора успешно добивал врагов в их же логове. Отблески искусственного пожарища, беспорядочная стрельба, трупы падающие снопами, и матерок фак`ю доставили бы внимательному зрителю много душевной радости. К сожалению, из всех присутствующих в гостиной двое были бездыханны, а ещё двое были слишком заняты своими проблемами.

По утверждению моего собеседника час Z наступал через два часа и семнадцать минут. То есть без трех минут полночь. Отлично, сказал я, и где этот запуск будет? В компьютерном центре, последовал ответ. А центр в спецзоне "А"? И, получив снова утвердительный ответ, попросил дитя Эллады поменять форму одежды на военно-полевую, чтобы поприсутствовать при исторической минуте запуска часа Z в действие.

– Мы так не договаривались, - заныл.
– Я болею. У меня ОРЗ.

– Надо, Арончик, надо, - понимал его состояние, и был предупредителен.
– Подкинь в зону, и свободен.

– Вы с ума сошли, Чеченец! Вы и шага не ступите, а меня пристрелят, как собаку... как собаку...

– А почему пристрелят?

– Там три уровня... там очень строго... А я только по коммерческой части.

– А что на первом уровне, коммерсант?

– Я ничего не знаю.

– Второй.

– Лаборатория... лаборатория по переработке наркотических веществ.

– А на третьем - компьютерный центр, - догадался.
– Ладно разберемся. Собирайся-собирайся или я тебе кишки выпущу, - и совершил ошибку, не приняв во внимание изысканный стиль жизни дитя порока.
– Давай-давай, веселее и с песней.

– С какой песней?

– С какой?
– рассмеялся, вспомнив прошлое.
– Про голубые фонтаны и города...

Дитя Эллады и порока поднялось из кресла и, точно зомби, прошло к платяному шкафу. Открыло дверцу, принялось рыться в одеждах. Я же, приметив у павших телохранителей, два пистолетных ствола в подплечных кобурах, решил их реквизировать - зачем трупам оружие?

Между тем петушиному куратору от Центра почудилось, что он может спасти свою жизнь и репутацию активными действиями, которые он и предпринял. Всхлипнув бабой, он метнулся к двери балкона... вывернул ручку... в комнату ударил январский ветер...

– Куда, дур-р-рак!
– рявкнул я.

Не слушая, заскользил к перилам, переметнул ногу, чтобы оказаться на спасительном общем балконе... Золотые петушки на атласном халате весело затрепыхались... И все... негромкий всхлип... и свободный полет с четырнадцатого этажа...

Бздынь!.. Отдаленный звук внизу, точно хозяйка стукнула помойным ведерком о мусорный бак.

А ведь предупреждал. Странные люди, не верят, что им хотят только добра. Лететь в промозглой мгле с простуженным горлом, не видя звезд... Брр! Неприятно... Но что делать, каждый выбирает свой полет во сне и наяву.

Надо было уходить и мне. Я узнал то, что хотел узнать. Тем более час Z был настолько близок, что чувствовался его смертельный z-прикус. Американизированный герой с челюстью щелкунчика, разгромив всех своих неудачливых врагов, скалился с экрана.

Уходя, успел окинуть прощальным взглядом комнату, где я и Сашка начинали свой путь в зрелую жизнь, где встречали все Новые годы, где зарождалась вера в свое единственное предназначение... Однажды мы с Саней в своей шестнадцать лет сидели под новогодней елкой - у неё был запах мороза, холодного солнца, чистого снега, будущего праздника, шампанского, боя курантов, мандаринов, хлопушек, перемен, любви, стихов, новых песен, и мой друг неожиданно проговорил: