Таша
Шрифт:
«Влюбился»! «Влюбился»! «Влюбился»! — Это слово эхом звучало у меня в голове, даря блаженство, пока не поняла, что Ящеров напряжён сверх меры.
— Заткнись, Тоха. Тебя это не касается!
Сердце тревожно забилось в груди, когда я проследила за взглядом Русика и увидела девушку, точную копию моей мамы.
Я даже зависла на некоторое время, уставившись на жгучую брюнетку с алыми губами. Если бы цветом волос я пошла не в тёмно-русого Назара, а Киру, подумала бы, что брежу, разглядывая свой прототип.
«Жуть»!
— Это кто?
— Извини, я сейчас.
Ящеров отстранился от меня и направился в сторону брюнетки, видимо фанатки не только стритрейсера, но и сериала «Сумеречные охотники», так как в вырезе её кофты чётко виднелась тату-руна.
Резко отвернувшись от улыбки, которую источала незнакомка, заметила с каким злорадством улыбаются три девушки, сидящие напротив и наблюдающие за мной, включая голубоглазку.
Я не могла лишить себя удовольствия поиграть в «гляделки» с расфуфыренными стервятницами, радуясь, что появилась возможность выпустить пар и избавиться от нехорошего предчувствия, но и тут потерпела фиаско.
Долго никто не выдерживал пристального внимания чёрных глаз, всегда отводя глаза первыми. Три фифы тоже оказались слабачками.
— Это — Амира, — протянул лениво Зарецкий, просвещая меня, — и я не знаю, что она тут делает. Никто её не приглашал.
Амира переводится, как «принцесса».
«… ну, да! Как же!» — В груди запекло от заклокотавшей обиды.
Такие чувства были для меня новыми. Я прислушалась к себе и ощутила горечь на языке.
Подняв глаза на Виктора, получила спокойный уверенный взгляд, будто мужчина уверял меня, что беспокойство излишне по поводу появления данной особы.
В сумочке завибрировал телефон, и послышался голос персидской певицы Мехрнуш, затянувшей плавную песню «Naro» — «Не уходи».
Это стало для меня такой неожиданностью, что тихое меццо-сопрано успело привлечь ненужное внимание многих, перебив на половине разговора Руслана и Амиру, удивлённо приподнявшую изящные чёрные брови, пока я приходила в себя.
«Почему я чувствую, что ты рядом со мной?
Почему я не верю, что ты уезжаешь?
Почему я теряю след дня и ночи?
Почему я думаю, что ты там для меня?
Почему ты между мечтой и сном?
Почему ты в теплоте каждого вздоха?
Я скучаю по тебе с каждым дыханием.
Ты уходишь, но я держу тебя в этой песне
Но не… пожалуйста, не уходи…»
Эту песню я услышала впервые прямо перед экзаменом в балетной школе и была полностью покорена трогательным и проникновенным исполнением.
Пусть Мехрнуш — иранка, но фарси был родным языком мамы, лишь немного отличаясь диалектами.
Помню, я тогда перекроила всё выступление и станцевала балет под фарси, каждым движением стараясь показать страдание от потери дорогого человека. Это было впервые.
Учитель так и сказал, что ещё никогда не видел ничего подобного.
Тётя Марина плакала в зале… а Лера за кулисами. Ей было 8 лет.
«Маленькая прилипала! Надо же так подставить!?! Называется — «пусти свинью за стол»! — Злобно посмотрев на дисплей айфона, сверкающий сердечками вокруг пары слов: «любимая подруга», вспомнила, как два дня назад Лерка попросилась ночевать у меня, игнорируя недовольство Руслана. — «Эта стерва самолично поставила звонок на вызов своего номера! Когда только успела»?!
— Что за унылая древность? — Поморщилась блондинка в синем платье, чьё имя я знать теперь не хотела, глубоко обидевшись за певицу.
— Ты любишь песни на фарси? — Я даже не заметила, как Руслан оказался рядом, склонившись ко мне с непониманием и подозрением на лице, позабыв о собеседнице.
Хотелось выматериться.
Молча приняв вызов, отвернулась, надеясь, что моя обида не бросается в глаза.
«Наивная…»
— Лерка! Какого хрена ты самовольничаешь и…
— Помоги мне.
От несчастного голоса подруги у меня волосы на затылке зашевелились.
— Где ты? — Я резко встала с места, не замечая, как Зарецкий с Ящеровым тревожно переглянулись.
— Внизу. На подземной парковке. Спаси меня, или я тут задушусь сейчас…
— Ты куда? — Дружный хор мужских голосов раздался за спиной, когда я бросилась на выход, проносясь мимо Амиры, как на пожар.
Объяснять не собиралась. Если Лерке была бы нужна помощь Русика или Виктора, она не звонила бы мне, а набрала им.
«И вообще: Я ОБИДЕЛАСЬ»!
Лифт открылся сразу… как и закрылся, оставляя за своим порогом не добежавших до цели трёх парней, когда коснулась кнопки этажа подземки.
Я только и услышала, как Ящеров выкрикнул:
— Таша! Накажу!
— Ну-ну… поймай меня сначала, — буркнула, недовольно скрестив руки на груди.
Ревность оказалась неприятным чувством. Мне хотелось топать ногами и кричать только от того мизерного факта, что Руслан подошёл к этой Амире!
— Тоже мне!
Выйдя из лифта, когда тот пиликнул на минус первом этаже, разводя створки в стороны, застыла на месте, увидев Воропаеву.
— Леееераааа… ты… ты — дурочка? — Моя челюсть чуть не отвалилась от необычного формата подруги.
— Спокойно! Знаешь, как говорят умные люди? «В любой ситуации говори: «Все идет по плану»! — Мало ли какой е*нутый у тебя план»!
— Не то слово, Леруся… не то слово… — хохот вырвался из груди, отпуская напряжение.
Руслан