Шрифт:
Маша все дальше и дальше уходила по дивной аллейке из стройных молодых кипарисов. За два летних месяца, что она гостила у бабушки, она ни разу здесь не была. Маша и сама удивилась этому.
– Это как же я сюда не заглядывала? Вон как тут чудненько.
В зарослях барбариса, за незаметным поворотом, притаилась уютная дорожка с аккуратными лавочками. В конце тихо журчал ручей. Маша огляделась. Было ощущение, что сюда никто не заходит. Девочка собралась было повернуть назад, но тут она обратила внимание на неприметную лестницу, что вела вниз и исчезала за каменной аркой, увитой плющем.
– Так, так, все новое должно быть исследовано! – решительно проговорила Маша и начала спуск.
Дорожка извилисто спускалась, цепляясь за колючие ветки. И Маша цеплялась вместе с ней, то шортами, то бантиками в косичках.
Про бантики это бабушка настояла. Она постоянно твердила своей внучке, что девочки должны носить платья и юбочки, а в косы вплетать яркие бантики. И хоть Маше не всегда нравились бабушкины платья, что она покупала внучке в подарок, но Маша была девочкой послушной и против бантиков не возражала, чтобы не расстраивать любимую бабушку.
Бабушка Капитолина Петровна была главной феей санатория, – так она себя называла – и была занята с утра до позднего вечера. И Маша гуляла одна по огромной территории. Но скучно ей никогда не было. Если в мире существуют книжки, человек просто не может скучать. А еще есть белки, за которыми так увлекательно наблюдать и ленивые коты, что только притворяются равнодушными, и маленькие муравьи, спешащие по своим делам. С развлечениями у Маши проблем не было. Не хватало друзей, с кем можно было разделить впечатления. Но однажды у Маши появилась веселая подруга по имени Шура. Она могла часами рассказывать Маше смешные истории, а Маша тоже с удовольствием делилась своими наблюдениями. Вот только пригласить Шуру в гости, познакомить с бабушкой, Маша не могла.
Дело в том, что Шуру никто не видел, кроме Маши. Даже обидно было. Ну, вот же она стоит рядом в смешных шортах с большими карманами, в которых находится куча полезных вещей – от складного стаканчика и перочинного ножика, до маленького фонарика, что может пронзить своим лучом любую тьму. Волосы у Шуры светлые, коротко подстриженные и смешно топорщатся в разные стороны. Какие уж тут бантики!
Но бабушка лишь качала головой, когда Маша звала Шуру показаться, да щупала рукою лоб у внучки.
Вот и сейчас Шура бежала впереди, – и когда только появилась? – и радостно смеялась, в предвкушении новой тайны. Да торопила Машу бежать быстрее.
– Вот интересно, куда она нас приведет?
– Куда? К морю, это же понятно! – рассудила Маша. – Только не понятно, почему по ней никто не ходит, заросло все кустами.
– Как же не ходят? А мы идем! Вон, коты еще идут.
Маша оглянулась и вздрогнула. За ними по тропинке медленно двигались четыре здоровенных черных кота. Их зеленые глаза, не мигая, смотрели на девочек. И двигались они так, словно вываживали добычу. Да и солнце вдруг спряталось за большую тучу.
– Шура, мне что – то страшно! – прошептала Маша.
– Котов испугалась? Ты чего? Мы же не мыши. Это они за мышами охотятся.
– Котов я не боюсь, я тропинку боюсь.
– Виданное ли дело, тропку – дорожку бояться.
А дорожка вместо того, чтобы продолжить спуск, вдруг резко свернула направо и уперлась в густые заросли кустарника.
– И что дальше? Вон, какие кусты колючие, мне туда не хочется.
– Но ведь надо! Зачем мы тогда по ней шли? – Звонко воскликнула Шура.
– Зачем?
– За тайной!
– Да нет там ничего! – стояла на своем Маша. – Дорожка в никуда.
– Как можно быть такой нелюбопытной? Ну и стой здесь, а я сама пойду. Все разведаю, а тебе не расскажу. Это будет только моя тайна!
Маше стало обидно, что ее назвали нелюбопытной. Она так не считала. Еще больше обидно было, что у лучшей подруги будет от нее тайна.
Отодвинув Шуру в сторонку, Маша решила идти первой. Оцарапав немного руку о колючки, Маша раздвинула куст и остановилась. Дальше никаких зарослей не было. Была высокая каменная стена с нарисованными кустами.
– А это еще зачем? – удивилась Маша. – Для чего рисовать кусты, когда и так все в кустах настоящих? А смотри, какой листик, ну прямо живой, – Маша дотронулась до нарисованного зеленого листочка. Ей даже показалось, что листик дрогнул.
И тут произошло что – то невероятное. Стена с нарисованными кустами покачнулась и стала уходить внутрь. Маше даже показалось, что она падает и девочка закричала:
– Мама!
– Тише, Маша, тише! Не кричи, это может быть опасно.
– Почему опасно?
– А кто может устроить такую конструкцию и для чего? Зачем в санатории такие тайные ходы?
– Может, это пещера для здорового сна?
– А ты думаешь, что сюда бы вела такая заросшая тропинка и колючие кусты?
Пока девочки стояли в нерешительности, стена сдвинулась, открыв темное нутро. Заходить туда было страшно.
– Шура, а где твой чудо фонарик? Может, пронзишь лучом тьму?
– Ох, вот ведь какая неприятность, его – то я и не взяла. Не собиралась сегодня пещеры освещать.
– И что же нам теперь делать? – огорчилась Маша. – Сама же говорила, идем за тайной.
– Ну, посуди сама, зайдем мы в эту темень, ничего там не увидим, еще глядишь, покалечимся.
– Ну, давай постоим и повернем к дому. – Рассердилась Маша.
Она и сама понимала, что Шура права. Но и войти внутрь очень хотелось.
И тут раздалась тихая музыка, идущая из пещеры. А потом мягкий голубой свет стал освещать высокие своды, словно приглашая девочек войти.
Было невозможно страшно от этого света, что становился все ярче и ярче, от музыки, что напоминала больше писк комариного роя, но все – таки они решились войти. Взявшись за руки, и почти перестав дышать, девочки вошли внутрь.