Чтение онлайн

кто попадется на пути им.

Высокие и дерзкие,

с кровавым взглядом

безжалостных лукавых глаз.

Они воткнут кинжал в любого

и кровью жертвы окропят

своё безумное лицо, –

так говорят легенды.

«Но где же их клыки и безобразные горбы?» –

Мария с удивлением рассматривает

жителей ночной страны.

В легендах в этом городе – уродцы,

но, оказалось, – это люди, хоть и дикари.

А верный пес готов загрызть любого,

кто прикоснется к ней:

вперед, к толпе он храбро выступал

и грозно на всех рычал.

«Ко мне, дружок! Молчи, родной!» –

Мария просит.

И пес послушно отступает

и голову к ее ногам кладет.

«Ведите ее в замок!» – скомандовал один

и сразу понеслась: под руки подхватив,

ее ведут они в свою обитель,

да о мешке не забывают, –

с собой осторожно забирают.

И держат путь в ворота через башню,

где стражи, словно вороны

высматривают чужаков

на подступах к своим владеньям.

А стены крепости – высоки и толсты,

за ними – просторный двор,

усеянный домами, конюшнями,

складами и казармами.

Везде – ночной народ,

шумит и топчется на площадях,

кидая на Марию любопытства взоры.

Пройдя с солдатами дворы,

девица предстает пред замком,

который ввысь раскинул каменные этажи

почти, что до луны.

К нему ведет сосновая аллея,

в колючих мрачных ветках

филины воркуют и шепчутся о ней.

А перед замком озеро синеет,

в нем водяные лилии нашли приют,

и у воды пестреют Мирабилиса цветы,

как сотни желтых факелов,

горят они в ночи.

А пряный запах Маттиолы,

что притаилась у основанья троп,

как эликсир из чуда

разливает аромат повсюду.

Но вот, окончен путь,

и замок, как нерушимая скала

ей неохотно отворяет двери.

И вот, она в гостиной, в которой

не было гостей уж сотню лет:

под сводами из балок

сияет в лунном свете просторный зал,

украшенный колоннами и арками.

На каменном полу – ковры,

на грубой темной мебели, –

овечьи шкуры.

В огромных окнах стекол нет:

ночным ветрам всегда здесь рады.

И звезды блики серебра кидают на стены,

где гобелены. На них вышита луна, –

их божество и мать родная,

заступница в веках,

а на картинах, – лошади резвятся на лугах,

в неоновых мирах.

В камине каменном дрова не зажжены, –

для красоты они, ведь дети ночи

не бояться холода и тьмы

и видят в темноте они не хуже сов.

На стенах – бронзовые канделябры,

в них свечи, что в эту ночь

лишь для нее зажгли.

И сам правитель Лисагор

предстал пред ней во всей красе своей:

он восседает на высоком черном троне,

а на плече его сидит дозорная сова.

На нем нет злата и каменьев,

лишь скромная охотничья ливрея

и кожаные сапоги.

Высок и статен Лисагор,

с копной чернеющих, как смоль волос,

с холодным и недружелюбным взглядом

раскосых карих глаз.

Не так рисуют люди правителя обители,

где чудищ полчища пируют с тьмой ночной.

Мария вздрогнула: да это же он!

Это же он не дал на дно ущелья улететь

и сумел мертвой хваткой в капкан

своего города запереть.

«Что ты забыла здесь? –

спросил он громогласно, нахмурив бровь. –

Что ищешь ты у стен моих?

Погибель ли мою?

И кто прислал тебя?

Какой подлец решил

свести со мною счеты?

И что в мешке? Отрава для меня?

Иль лезвия клинок?

Тащи его сюда и извлеки то зло,

что для меня таила!».

Мария, подхватив мешок,

сняла веревку и россыпью цветов

усеяла ковер пред троном.

Правитель с удивлением взирает,

но Мария тут же поясняет:

«Цветы для матери. Она больна

и лекари не в силах ей помочь,

лишь напророчили:

недуг ее сведет в могилу.

Но сок цветов волшебных,

что здесь, у неприступных стен растут,

способны излечить ее:

так говорят легенды».

«Ты веришь им?» –

спросил правитель, усмехнувшись.

Вздохнув печально, девушка призналась:

«Когда надежды нет, пытливый ум

окольными путями отыщет способ

испробовать что-то еще

и вера в чудо побеждает слабость духа».

«Никто еще не добирался до наших стен,

тем более девчонка! – в негодовании Лисагор.

– Как удалось тебе пройти сквозь смерти лес,

сумев сразить преграды, которых там не счесть?».

Мария плечи пожимает

и с неуверенностью заявляет:

«Любовь к родному человеку

способна побороть любое испытанье

и все препятствия свести к нулю».

« И даже волшебства оковы бессильны

перед смелостью твоей!» –

промолвил задумчиво правитель.

«Что делать с ней?» –

послышалось в толпе его солдат.

Угрюмый и холодный взгляд

сменился на их лицах теплотой.

Лисагор склоняет голову на грудь