Чтение онлайн

Когда все было решено, ребята повеселели. Не возвращаться пока в школу! Не бродить по дому, мечтая о том, чтобы хоть что-нибудь произошло. Тимми наконец-то сможет подолгу гулять. И еще они опять будут сами по себе, а это-то все пятеро очень любят.

Дженкинс оказался неоценим в поиске санок и лыж. Он принес их в дом, чтобы проверить, целы ли они, и протереть. Наконец хоть какое-то настоящее дело! От излишних усилий у всех опять начался сильный кашель, но теперь это не имело такого уж значения.

– Осталось подождать всего два дня, и мы уедем! Как вы думаете, коньки брать?

– Нет, Дженкинс сказал, что в окрестностях фермы негде кататься, – сказала Джордж. – Я его спрашивала. Слушай, Джу, ты только посмотри на эту гору шерстяных вещей, что твоя мама только что принесла. Можно подумать, мы на Северный полюс собрались!

– Ничего себе! Мам, если мы все это наденем, мы же ни за что на лыжах кататься не сможем. Боже, посмотрите – шесть шарфов. Даже если один из них наденет Тимми, все равно останется лишний.

– Один, а то и два могут промокнуть, – сказала мама. – А сколько вы возьмете вещей, неважно – вы ведь поедете на машине, так что мы без труда разместим все, что нужно.

– Я еще возьму свой полевой бинокль, – сказал Дик. – Заранее никогда не знаешь, где он может пригодиться. Джордж, старушка, надеюсь, Тимми подружится с собаками на ферме. Ужасно будет, если он с ними поссорится, а он ведь иногда прямо свирепым становится с другими собаками, знаешь, особенно если мы с ними возимся!

– Он будет вести себя идеально, – сказала Джордж. – И нет никакой необходимости возиться с другими собаками, раз у нас есть Тимми.

– Понятно, учитель! – ответил Дик, а Джордж, перестав тереть тряпкой санки, запустила ею в Дика. Да, похоже, все опять входило в свою колею!

Когда пришло время отправляться, ребята чувствовали себя значительно лучше, хоть и кашляли почти так же, как раньше.

– Я очень надеюсь, Джулиан, что к возвращению вы перестанете так ужасно кашлять, – сказала мама. – Я так беспокоюсь, что вы все время, днем и ночью, кашляете, кашляете, кашляете!

– Бедная мамочка! Ну и досталось тебе, – сказал Джулиан, крепко обнимая ее. – Ты просто молодчина. С каким же облегчением ты вздохнешь, когда мы сядем в машину и уедем!

Наконец машина показалась на заснеженной аллее и подъехала к дому. Машину заказали очень большую, и это было кстати, потому что багаж получился просто необъятный. Дженкинс вместе с жизнерадостным водителем быстро уложили в багажник или привязали сверху чемоданы, санки, лыжи и все остальное.

– Ну вот и все! – объявил водитель. – Теперь ничего не потеряем. Мы выезжаем довольно рано, так что до темноты должны добраться до Магга Глен.

– Мы все готовы! – сообщил Джулиан. Водитель кивнул и, улыбаясь, уселся на свое место. Дик сел рядом с ним, а остальные трое разместились сзади. Тимми же устроился у них в ногах, но вовсе не собирался сидеть там долго. Смотреть в окно он любил не меньше, чем ребята. Все с облегчением вздохнули, когда машина покатилась по аллее. Наконец-то поехали! Дженкинс стоял у ворот и, когда машина поравнялась с ним, помахал рукой.

– Передавайте привет моей тетушке! – крикнул он, закрывая ворота.

Шофер оказался очень общительным. Вскоре он знал уже все об их ужасных каникулах и о том, с каким нетерпением они ждали этих неожиданных дополнительных каникул и какие возлагали на них надежды. Он, в свою очередь, рассказал им о себе и обо всей своей семье, а поскольку у него было одиннадцать сестер и братьев, рассказа его хватило на значительную часть пути.

Через некоторое время они остановились, чтобы перекусить прямо в машине, и ребята обнаружили, что хотят есть – впервые с тех пор, как заболели.

– Боже мой, я в самом деле могу чувствовать вкус этих сандвичей! – с удивлением произнесла Джордж. – А ты, Энн?

– Да, и они не отдают картонкой, как вся еда в последнее время, – ответила Энн. – А раз к нам вернулся аппетит, тебе, Тимми, будет доставаться поменьше.

– Пока мы болели, он был замечательным мусорным ящиком, правда ведь? – улыбнулся Дик. – Мы бросали ему все куски и кусочки, которые не могли доесть, и он их с удовольствием глотал. Фу! Эта вареная рыба! Как тушеные носки!

Все засмеялись – и опять от этого закашлялись. Шофер слушал и качал головой.

– Скверный у вас кашель! – заметил он. – Вроде того, что был у нас, когда мы болели коклюшем – у все двенадцать человек сразу. Бог мой, когда мы все заходились кашлем, похоже было, что всюду включились пожарные сирены.

Дети опять засмеялись и закашляли. Но теперь как-то никто не обращал особого внимания на утомительный кашель – ведь он наверняка пройдет, стоит им только добраться до места и вволю погулять и побегать на лыжах.

Они ехали долго. После еды все дети заснули, и шофер с улыбкой смотрел, как они мирно посапывают, привалившись друг к другу. Бодрствовал только Тимми. Он осторожно взобрался на сиденье между Джордж и окном, жалея, что окно закрыто и нельзя, как он любит, подставить ветру большую морду.

В придорожном кафе остановились выпить чаю.

– Советую вам немножко размять ноги, – сказал, вылезая, водитель. – Мне, я чувствую, уже давно пора. Ну, так я пойду выпью чаю. И с приятелями поболтаю – их тут у меня куча. А вы зайдите глотните чайку да возьмите пышек с маслом. Они тут объедение! Возвращайтесь минут через пятнадцать, только не позже, а то мы до темноты не доберемся. Нам еще часок ехать, а там и луна выйдет.

Поразмять ноги все были рады. Тимми выскочил, как на пружинах, и бешено залаял. Его, правда, разочаровало то, что это всего лишь короткая остановка, он надеялся, что они уже достигли цели своего путешествия. Но зато его обрадовало, что в кафе ему лично дали плюшку с маслом. Первым делом он тщательно слизал с нее все масло, чем немало развлек ребят.

– Я бы тоже так хотела, Тимми, – сказала Энн, – но это, знаешь, не очень прилично. Ой, не пачкай маслом мой ботинок, отойди со своей пышкой подальше.