Чтение онлайн

— Вам прислали красный ящик вместо зелёного?

— Именно.

Ричер помолчал. Объяснение было правдоподобным. Не было такого вида армейского имущества, который хоть раз не отправили бы не по адресу. Обычно это было совершенно невинно. Как сказал сержант, ошибка учёта. Но Ричер задумался, нет ли здесь более широкой связи. Что-то общее с недавним сообщением о краже М16. Кто-то мог обозначить хорошее оружие как непригодное, набить ящики мусором соответствующего веса, отправить это в дробилку или печь, а стволы продать на чёрном рынке. Официально оружие бы больше не существовало, никто бы его не искал. Метод возможный. Лазейка, которую стоило бы закрыть. Но здесь произошло не это. Ричер читал рапорт. Проверка была внезапной. Полноценная операция на рассвете, шок и трепет. И была тщательной. Вскрыли все ящики с оружием на всей базе. Во всех было нужное количество. Не пропало даже перочинного ножа.

Даже *целого* перочинного ножа...

Ричер сказал:

— Когда эти винтовки ошибочно доставили вам?

Сержант отвернулся, подсчитывая в уме, затем ответил:

— Пятнадцать дней назад. И я знаю, что вы спросите дальше. И вам не понравится ответ.

— Что я спрошу?

— Как проследить, какой части принадлежало это оружие в Заливе. До того, как его отправили обратно.

— Зачем мне это знать?

— Чтобы выяснить, кто крадёт нижние части ствольных коробок. Их же крадут, верно? И продают. Чтобы бандиты или кто там могли переделать свои гражданские АР-15 в автоматические. Залив — идеальное место для замены деталей. Официально каждая скрепка учитывается. Но в реальности? В разных частях разные системы. Некоторые перешли на компьютеры. Большинство по-прежнему на бумаге. Бумага теряется. Мокнет. Рвётся. Цифры путают. Почерк неразборчивый. Короче, проще продать бикини на съезде мормонов, чем отследить тот ящик.

— Думаете, из меня не выйдет продавца купальников?

Сержант моргнул:

— Сэр?

Ричер сказал:

— Неважно. Мне всё равно, у кого было это оружие в Заливе. Потому что детали украли не там.

* * *

Роберта и Вероника Сэнсон услышали удар с тротуара на улице. Они услышали первые крики на фоне привычного гула транспорта. Потом кардиомонитор у изголовья кровати снова завыл. Его линии снова упали до горизонтали. На дисплее горело 00. Сердечной активности не было. Только на этот раз аппарат не ошибался. По крайней мере, в отношении Кита Бриджмена.

Роберта повернула налево в коридор и направилась к центральному лифтовому холлу больницы. Вероника пошла направо и петлями добралась до пожарной лестницы. Роберта спустилась на первый этаж раньше сестры. Она неторопливо прошла через приёмный покой, мимо кафе и магазина с воздушными шарами и цветами, и вышла через главный выход. Прошла один квартал на запад, затем нырнула в телефонную будку. Натянула латексные перчатки и позвонила в American Airlines. Спросила информацию о маршрутах и расписании. Потом позвонила в United. Затем в TWA. Взвесила варианты. Выбросила перчатки в мусорку и направилась к общественной парковке в центре следующего квартала.

* * *

Сержант провёл Ричера в подсобку, пристроенную сбоку к большому приземистому зданию в центре территории. Ветер усилился, пока они были на стрельбище, и сержанту было трудно до конца распахнуть тяжёлую металлическую дверь, а после того, как Ричер вошёл, парень с трудом закрыл её обратно, чтобы его не сдуло. Наконец он снова задвинул её на место и запер. Внутри помещение было квадратным, восемнадцать на восемнадцать футов. Пол — голый бетон. Потолок — тоже. Его поддерживали металлические балки, покрытые какой-то шишковатой огнеупорной массой, и по бокам висели светильники в защитных клетках. У двери висел телефон, а у каждой стены стояли стеллажи. Тяжёлые, стальные, выкрашенные серым. На каждом была приколочена табличка с трафаретом — «Приём», «Зелёная», «Жёлтая», «Красная» — и с правой стороны свисала папка с листами бумаги. Окон не было, и воздух был тяжёлым от запаха масла и растворителей.

На полках стояли ящики с оружием. Короткие сверху, длинные снизу. На красных стеллажах было четырнадцать ящиков. Ричер вытащил один из длинных на пол и вскрыл его. Достал М16. Она была в гораздо худшем состоянии, чем та, из которой он стрелял ранее. Это точно. Он разобрал её, проверил нижнюю часть ствольной коробки и покачал головой.

Он сказал:

— Оригинал.

Сержант открыл другой ящик и осмотрел одну из винтовок. Она тоже была довольно потёртой и исцарапанной. Он сказал:

— Эта такая же.

На каждом ящике сбоку был трафаретный номер. Ричер снял с крючка красную папку и открыл последний лист. Там значилось, что ящик, который он взял, был подписан кем-то с инициалами UE. Ящик, который выбрал сержант, был подписан DS. Ричер видел только один другой набор инициалов: LH. Он выбрал ящик с соответствующим номером, извлёк нижнюю часть ствольной коробки из одной винтовки внутри и поднял деталь, чтобы сержант мог её видеть.

Сержант сказал:

— Джекпот.

Ричер сказал:

— LH подписала это. Кто такая LH?

— Сержант Холл. Руководит группой проверки.

— Сержант Холл — женщина.

— Да. Сержант Лиза Холл. Как вы...

— UE и DS — мужчины?

— Да. Но я всё ещё...

Ричер поднял руку:

— Пятнадцать дней назад вы по ошибке получили красный ящик. Четырнадцать дней назад мы получили сообщение о краже М16 с этого объекта. Мы проверили. Их не украли.

— Я слышал о рейде. Не вижу связи.

— Сообщение было анонимным, но голос женский. Я читал дело.

— Я всё ещё...

— Сержант Холл поняла, что красный ящик пропал на следующий день после того, как его перепутали. Она знала, что это может выйти на неё, и сделала ложное заявление. Серьёзное. Кража оружия. Следователи примчались, как она и знала. Они вскрыли все ящики, включая её. Искали М16. Целые. Нашли, дело закрыли. Преступления не обнаружено. А потом, если бы пропажа нижних частей вскрылась, Холл была бы только что оправдана в краже. Она надеялась, что следователь сделает тот же вывод, что и вы. Что поддельное оружие пришло таким из Залива.