Чтение онлайн

— Вы уж как-нибудь без меня между собой договоритесь, — прервала начинавшуюся ссору Главкова. — Мне у вас было хорошо, и о мальчике вы сердечно заботитесь. Большое вам за все спасибо. Вернется Адам, получше вас отблагодарим. Ох, тяжело мне домой возвращаться, когда он за решеткой!

— Ведь я тебя сразу предупредил, Ганка, что ты ничего не добьешься. Хоть теперь подтверди, Тереза, что я прав. Нечего смеяться, я всегда все наперед знаю и никогда не ошибаюсь, — самодовольно заявил дядя, выпустив облако дыма.

— Да, зятек, теперь и я стала умнее. Вот только не знаю, как мне дальше быть, — тихо сказала Главкова.

— Не вешай голову, Ганка. Думай о детях, и тебе легче станет.

— А детей ведь кормить надо, — горько усмехнулась мать. — Ладно, Тереза, оставим этот разговор. Я поднимусь к Сернкам, попрощаюсь с ними и поблагодарю их за внимание к Лацо.

— А мне можно с тобой? — встрепенулся мальчик.

— Хорошо, пойдем. Скажешь им спасибо за приют.

Когда мать с сыном позвонили в квартиру Сернки, дверь им открыла Зузка. Она тотчас потащила Лацо в свой уголок и показала ему черную классную доску, которую сделал для нее отец.

— Наша доска меньше школьной, но это даже удобнее, иначе мы не дотащили бы ее к Ондре. Ну, как она тебе нравится? — Зузке не терпелось услышать от Лацо изъявления восторга.

— Неплохо, — с деланным безразличием ответил мальчик. — А ты помнишь, что доску всегда поручают вытирать лучшему ученику?

Зузка упрямо тряхнула косичками.

— Неправда! Новую доску, тем более такую, которую красил папа, вытирает учитель, чтобы ученики ее не портили. Я тебе тоже разрешу вытирать, только не часто, а писать буду на ней сама.

Лацо внимательно осмотрел доску и царапнул ногтем ее черную блестящую поверхность.

— Не трогай! — одернула его Зузка.

— Я хотел только проверить, крепко ли держится краска. Иногда она сразу же облупливается, — с видом знатока сказал Лацо.

— Не выдумывай! Папа лучше твоего понимает в этом. К Ондре мы ее с тобой вдвоем отнесем. Вот наши ребята удивятся! — Зузка заранее предвкушала удовольствие. — Жалко, что сегодня у нас нет занятий, а завтра воскресенье, придется ждать до понедельника.

— Я скажу Ивану, когда увижу его в школе, — предложил Лацо.

— Нет, нет! Никому не говори. Я хочу устроить им сюрприз. Обещай, что не скажешь.

— Я не болтун, — с достоинством ответил Лацо и прошел в спальню.

Его мать сидела на кушетке рядом с матерью Зузки, а возле них стояли Сернка и какой-то незнакомый человек. Прямые пряди каштановых волос падали ему на лоб, глаза лихорадочно блестели. Когда он внезапно распрямил плечи, Лацо поразился, до чего он высок и худ. Незнакомец вынул из кармана дымчатые очки в коричневой роговой оправе, надел их и посмотрел в зеркало, висевшее в простенке между окнами. Все окружили незнакомца и почему-то так глядели на него, словно в нем было что-то особенное. Между тем перед ними стоял самый обыкновенный человек в поношенном, слишком просторном для него костюме. Когда он засмеялся, Лацо заметил, что у него недостает передних зубов.

— Ну, теперь бери палку в руки и можешь идти, — весело сказал Сернка. — А куда ты засунул паспорт, Ондриш?

Лацо вздрогнул, как ужаленный, и впился глазами в лицо незнакомца, ощупывавшего карманы.

— Паспорт здесь. Все в порядке, — ответил тот глухим голосом и провел пальцами по верхней губе.

— Нет, брат, усов у тебя уже нет, — засмеялся Сернка.

— Хорошо хоть голова уцелела, — улыбнулся в ответ незнакомец.

Да, сомнений быть не могло: этот самый голос слышал Лацо тогда ночью. Мальчик не отрываясь смотрел на таинственного ночного гостя. Значит, вот как выглядит этот человек, полуслепой, с палкой. А ночью он так хорошо говорил!

— Зузка, поди сюда, — позвал Сернка.

Девочка осторожно прислонила доску к столу и подошла к отцу.

— Пани Главкова уезжает, вы проводите ее на вокзал, — сказал Сернка, обращаясь к детям. — С вами пойдет и этот дядя. Лацо или Зузка, кто-нибудь из вас, поведет его за руку, он плохо видит. Дядю зовут Ян Бразда, он едет лечиться.

Лацо едва не вскрикнул от удивления. Почему Ян? Да ведь и ночью и сейчас Сернка называл его Ондрой. Видно, от ребят что-то скрывают. А может быть, скрывают вовсе не от них, а от гардистов?

Зузка тотчас взяла гостя за руку.

— Я вас поведу, дядя, вы не упадете, — заботливо сказала она.

Лацо взял его за другую руку.

— Не беспокойтесь, мы вас не бросим, — пообещал он и многозначительно заглянул в глаза незнакомца: понял ли он его?

Но тот беззаботно рассмеялся и похлопал Лацо по плечу:

— Покровителей у меня много, да какие удалые! Мой мальчишка был бы как раз вам под стать.

— А у вас есть сын? — загорелась от любопытства Зузка.

— Да, есть, — как-то неохотно ответил гость и сразу помрачнел.

— Как его зовут? — не унималась Зузка.

— Замолчи, Зуза, или ты не пойдешь на вокзал, — строго оборвал дочку Сернка. — Видишь, дядя нездоров. Ты бы постыдилась так приставать к нему!

Зузка виновато потупилась и от растерянности стала мять подол передника.

— Проводишь дядю на вокзал, только смотри по дороге не надоедай ему вопросами. Сама можешь болтать сколько душе угодно.

— Хорошо, папочка, — ответила девочка, участливо глядя на гостя. — Я не стану ни о чем расспрашивать, не сердись.

Лацо крепко сжимал руку незнакомца. Какая Зузка непонятливая! Совсем еще ребенок!

Конечно, это тот самый человек, который ночью беседовал с Сернкой. Он коммунист, и раньше его звали Ондриш. А теперь его зовут Ян, и он куда-то уезжает. Понятно, болтать об этом не следует, а глупая Зузка донимает его расспросами.

— Пора собираться, — сказал Сернка. — Вы, пани Главкова, идите вместе с Лацо за вещами, а Зузка с дядей Яном подождут вас в подъезде.

Главкова поцеловалась с Сернковой, а Зузкин отец пожал ей руку и шепнул: