Тайна
Шрифт:
В соседней комнате стало шумно. Ланцух как бешеный метался из угла в угол и раздраженно ругал кого-то… Жена робко пыталась его успокоить.
— Отстань, не желаю слушать твои глупости! — истошно вопил хозяин. — Это случается не в первый раз! Всякое терпение может лопнуть! Подумать только — нищие, рвань подзаборная, а что себе позволяют! Угрожать мне, начальнику гарды! Ну, им это даром не пройдет! Я с ними расправлюсь…
— Как ты можешь с ними расправиться, Тоничка, если даже не знаешь, кто тебе это прислал? Ищи ветра в поле.
Ланцухова заикалась от страха.
— Не беспокойся, найду. И больше ждать я не намерен. А посмотри, как здорово сделано. Словно в типографии напечатано. Видно, у них хороший стеклограф.
— Кто бы это мог напечатать? — недоумевала Ланцухова.
Разъяренный Ланцух вбежал в кухню, ни на кого не глядя открыл дверцу кладовки и достал оттуда бутылку вина.
— Постой, Тоничка, не пей холодное. Дай я его подогрею, — умоляла Ланцухова своего разбушевавшегося повелителя.
В руке у Ланцуха была листовка с красной звездой!
Ондра замер, вспомнив, что их взрослый друг приносил в тайник именно такую бумагу, а потом уносил отпечатанные листовки.
Зазвонил телефон. Ланцух резко снял трубку. Ондра с тревогой следил за ним.
— Да, и мне, мне тоже прислали… Что? Невозможно! Обыски? Да… да… в поездах… Я сейчас приду.
Ланцух сердито оборвал разговор.
— Подай мне пальто, я еду на службу! — крикнул он жене.
— Подожди, вино подогреется. Ты ведь болен, куда ты поедешь? — уговаривала его Ланцухова.
— Мне некогда ждать! Такая уж моя жизнь. И больной я должен работать!
В этот момент снова позвонили, и в кухню вошел Костка. Он был очень бледен.
— Мне нужно с тобой поговорить… с глазу на глаз, — прохрипел он, обращаясь к Ланцуху.
— Пройдем в комнату, — довольно грубо буркнул Ланцух.
Гардисты долго о чем-то спорили, кричали, перебивали друг друга. Руки Ондры плохо ему подчинялись. А что, если они выследят человека с каменоломни! Мальчик испытывал мучительное беспокойство; нужно немедленно предупредить товарища. Но где его искать? Он не знал ни его адреса, ни его имени. А может быть, и гардисты не знают? — робко утешал себя Ондра.
— Совершенно исключено! — орал Ланцух. — В нашем городе нельзя было бы их напечатать. Мы ведь отобрали у них стеклограф, откуда же…
Гардисты внезапно понизили голос. Ондра ясно представил себе веселого человека с каменоломни, почетного члена их команды. Вдруг его схватят? Нет, Ондра этого не допустит! Они не найдут его, не найдут!
— Обыскивать всех подряд, особенно в поездах… Подозрительных задерживать… Все они партизаны… — снова донесся до Ондры хриплый голос Костки.
— Ты помешался на партизанах… Какие партизаны? Сила в наших руках…
Больше Ондра ничего не расслышал. Гардисты перешли на шепот. Мальчик старался работать как можно прилежнее, чтобы мать не заметила его волнения, но, взяв в руки несколько полосок, нарезанных им, она так и ахнула:
— Ондришка, смотри, что ты наделал! Режь ровнее, а то нам не заплатят.
— Ладно, — ответил мальчик.
Он нетерпеливо ерзал на стуле. Из соседней комнаты по-прежнему доносились приглушенные сердитые голоса. Гардисты все еще спорили, пока наконец заговорили более спокойно — очевидно, пришли к соглашению.
— Подай нам вина! — крикнул Ланцух.
И жена его поспешила принести им кувшин.
Выпив, оба заговорили громче, уже не опасаясь, что их услышат. Ондра пододвинул свой стул поближе к двери.
— Мне тут плохо видно, — объяснил он, чтобы не вызвать подозрения у хозяйки.
Но Ланцухова не обращала на мальчика ни малейшего внимания. Она то вздыхала у плиты, то заглядывала в комнату, то снова возвращалась в кухню и сердито бормотала:
— Господи, минуты не дадут отдохнуть человеку!
— Старуха, поди-ка сюда, — позвал жену Ланцух.
— Иду, иду! — живо откликнулась она, сняла с огня кастрюлю, вытерла о фартук руки и шмыгнула в комнату.
— Во второй половине дня к тебе придет человек от пана Костки. Ты пойдешь с ним на склад и дашь ему ковер. Выбери какой-нибудь побольше, — приказал Ланцух.
— Ковер? — с кислой миной переспросила жена.
— Да, ковер! — гаркнул Ланцух.
— Не беспокойтесь, свои люди — сочтемся. Правда, Тони? Вы можете положиться на нас, — утешил расстроенную хозяйку Костка.
С минуту было тихо. Затем разговор в комнате возобновился.
— Налей-ка мне еще винца, да я пойду, — послышался голос Костки.
— Отправляйся в гарду, я приеду следом за тобой, — сказал Ланцух.
— Шофер ждет! — крикнула из кухни девушка.
— Пусть подождет, — небрежно бросил хозяин.
Костка ушел, а Ланцухи вдвоем заперлись у себя. Говорили они тихо, из комнаты доносились лишь шаги Ланцуха. Он нервничал.
— Мамочка, у меня болит голова, — пожаловался Ондра.
— Это от пыльных тряпок. Ступай домой, отдохни. Обед стоит в духовке, разогрей, только смотри пожар не наделай, — сказала мать.
Ондра, словно нехотя, поднялся, сбросив с колен тряпье.
— Не болтай чепухи! — заорал за дверью Ланцух. — Не стану я ссориться с Косткой из-за ковра! Я знаю, что делаю. А ты будь наготове, держи золото под руками. Если что случится, махнем на машине в Германию.
Ондра бесшумно открыл дверь, выскользнул из кухни и со всех ног бросился домой. Ланцухова после обеда пойдет на старую квартиру, она может сунуть нос и в их тайник, а их товарищ оставил там пакеты с листовками. Вдруг она найдет их?