Чтение онлайн

Саня понял, что пора просыпаться и делать зарядку. Очень хотелось спать, но три вещи очень мешали продолжать сон. Первое, солнечные лучи били прямо в закрытые веки, второе, почему-то было жестко, и в третьих, ужасно холодно. Он стал ощупывать кровать, ища одеяло, и понял, что находится вовсе не в своей постели.

Он мигом проснулся и сел. Созерцание окружающей картины прогнало всякие остатки сна. Саша сидел абсолютно нагой на карнизе пятиэтажного дома. Грудь была исцарапана, и это последнее, что он помнил о прошедшей ночи. На руках не было бинтов. И посмотрев на запекшиеся раны, Саша только сейчас понял, что письмена, о которые он порезал руки, старославянские, но в зеркальном отражении. Он не мог прочитать все, но на его руках четко были видны некоторые буквы. Но сейчас это не столь важно, как то, почему он здесь находится — нагой, исцарапанный и грязный.

Страшась падения, он медленно отполз от края, стараясь быть незамеченным. Как он уснул здесь? Ведь одно неверное движение и он бы лежал под своими окнами. Интересная была бы картинка. Все бы подумали, что он выбросившийся из окна псих.

Как же теперь попасть домой? По водосточной трубе он не полезет, хотя она находится рядом с кухонным окном. Интересно было бы увидеть лицо дяди Вити пьющего чай, в тот момент, когда его обнаженный пасынок зайдет позавтракать через окно. Саня даже улыбнулся. Он бы сделал так, но как потом все объяснить. Ждать пока все уйдут? Опоздает в школу! Это даже ничего, что мама не увидит его в постели, она подумает, что он очень рано ушел и опять, сидя в пустом классе, читает. Но как объяснить потом, если она решит занести ему завтрак в класс. Да и в нагом виде, тащиться через полгорода он не сможет.

В голову пришла ужасно рискованная идея. На счастье чердак был открыт, и Саня спустился в подъезд с крыши. Дошел до своих дверей и замер, вздрагивая от каждого шороха и боясь, чтобы кто из соседей вдруг не вышел выносить мусор. Мама и дядя Витя уже встали. С кухни были слышны обрывки их голосов.

— Саня уже встал? — спросил отчим.

— Наверное, нет. Пойду его разбужу.

Сейчас или никогда. Если мама не найдет его в комнате, придется идти в школу, вот уж будет потеха. Мамины шаги звучали из его комнаты, отчим на кухне — Саша повернул ручку. Не закрытая с ночи дверь тихо приоткрылась. Он юркнул в ванную комнату, вход в которую был сразу из прихожей.

— Витя, он уже встал, — недоумевая, сказала мама, — видно, что спал, но встал давно, потому что постель остыла.

Саня специально включил воду сильным напором, и шум воды наполнил ванную комнату.

— А он в ванной, — сказал отчим, не отрываясь от чашки свежосваренного кофе и вчерашней газеты.

— Саша, ты тут? — спросила через дверь мама.

— Да, мам, я моюсь, не входи.

— Да не захожу я, — засмеялась мать, удивляясь тому, как быстро вырос её малыш. Теперь не войдешь к нему в ванную, хотя когда он был карапузом, мыла по нескольку раз на день, — ты мне только скажи, где твои школьные брюки, я хочу их отутюжить.

— Мам, не надо, они нормальные, — Саше было интересно самому, где сейчас его брюки или хотя бы, что он с ними сделал.

— Ну, как знаешь, вот исключат из пионеров, будешь знать, — немного обиженная тем, что сын не дал поухаживать за собой, она пошла на кухню.

— Чего ты нос повесила? Взрослый парень, пусть сам за себя отвечает, а хочешь, можешь мои брюки отутюжить, — последнее что услышал Саня, перед тем как погрузится с головой под воду.

— Ну что, Санек, ты готов к сочинению? — Сергей был невозмутим и весел, будто это лучший день в его жизни.

И откуда он только взялся?

Еще только сочинения не хватало. И что он будет писать? Что? Да и будет ли он писать? Может к тому времени, когда весь класс будет трудиться, описывая каникулы, ему будут пришивать уши. Мама Олега —хирург, может она сможет пришить нормально его маленькие конопатые ушки…

— Ты готов?… А хочешь яблоко? — этот новичок не знал, куда попал, а если бы знал, то сбежал бы или не приезжал вовсе в этот городок. — Саша, я ведь тебя спрашиваю, ты готов к сочинению?

— Нет, не готов, понятно тебе, — Саша неожиданно для себя наорал на парня, который от испугу чуть не выронил яблоко.

— Да что с тобой? Мне было просто интересно узнать, про что ты писать будешь, а ты…

— Прости, у меня сильно болит голова, да и потом… — Саша остановился. До боли знакомый голос Тимура эхом доносился из-за угла кинотеатра, мимо которого приходилось идти каждое утро.

Сергей также услышал голос обидчика. Вслед за Сашей он встал, как вкопанный, ища взглядом подходящее место, чтобы спрятаться. Прикрытием послужил спуск в подвал, где хранились самые разные предметы: от старых афиш до запчастей к кинопроектору.

— Да я тебе говорю, что от этого не отмоешься, это мазут! — убеждал Тимур Ярослава.

— Смотри, чтоб потом нам не влетело.

— От кого? Если он скажет, что это мы, тогда точно без ушей останется.

Парни рассмеялись и ушли.

Саша смог нормально вздохнуть, не боясь быть замеченным. Потом он посмотрел на Сергея, который слился с белой стеной подвала.

— Что с тобой?

— Это обо мне! Они пообещали мне отрезать уши, и потом заставить их съесть.

— Что? — Саша не поверил услышанному. Такая же угроза и расплата, что и ему.

— Я вчера совершенно случайно разбил бутылку молока… когда они гнались за мной на велосипедах. Ярослав пробил себе колесо… упал… и порезался… — Сергей закончил так тихо, словно боялся, что с ним что-нибудь сделает Саша, а не тройка разбойников.

— Ну, так ты герой! — Саша был вне себя от счастья, что он не один так сильно насолил этим…

— Да, был бы я героем, если бы мне не так страшно было идти в школу.

Сергей был прав. Идти надо. На первом уроке сочинение и надо зайти так, чтобы никто ничего не спросил и не успел ничего сделать. Сочинения, все эти события и вопросы — голова шла кругом. Даже не в сочинении дело, мама, как назло, прицепилась с вопросом про школьные брюки. Ну где ему их найти?! Вспоминая то, что он сделал с футболкой, можно только догадываться, что стало с остальными вещами.

— Знаешь, так больше нельзя! — это было как вспышка внутри, заставляющая говорить.

— О чем ты, Саня?

— Нам нужно собраться и все серьезно решить с этими… — он кивнул в ту сторону, куда ушли Тимур и Ярик.

— Ты что? Серьезно? — испуг… или восторг сквозил в голосе Сергея.

— Мы с тобой не одни. Еще Ирина, Олег, Стас, Коля, Света и Тимофей. Нас восемь человек, а их только трое, неужели мы не справимся.

— Мне кажется это самоубийство, — восторг пропал, остался только ужас.