Шрифт:
– Мне бы на чердак, – Шекспир, юноша восемнадцати лет отроду, ум которого стремится чуть больше к созиданию, чем к саморазрушению, я хочу поискать радиолампы для винтажного усилителя. Наверняка парочка завалялась в коробках с дедушкиными вещами.
– А разве ваш клуб изобретателей не закрыли? – с ноткой недоверия спросила мама.
– Нет, просто мистера Чипстерса подозревали в хранении нескольких экземпляров запрещенных книг, вроде как, это были книги Карлоса Кастанеды, о путешествиях в Мексику, где он обучался у старого индейца по имени Хуан «пути воина», а еще, как стать «человеком знания». Но, мам, подозрения не подтвердились же.
Шекспир вспомнил вечера, проведенные в компании участников их клуба и самого мистера Чипстерса, своеобразная личность, он периодически обидно шутил в адрес учеников. Особенно доставалось лучшему другу Шекспира по имени Джефф, страдающего излишней полнотой. Мистер Чипстерс называл его «слюноподобным шуфиком». (Шуфик – слово, составленное из фамилии Шуфутинский, она принадлежала известному в прошлом музыканту мёртвого жанра – шансон, и пуфик, то есть, мешок, наполненный полиуретановыми шариками, для комфортного сидения или лежания). Мистер Чипстерс являлся эпатажной личностью и, несмотря на свой преклонный возраст, сочился энергией. Двигаясь как кот, отпуская колкие фразы, он давал уникальные знания, касающиеся обширного количества направлений, начиная от изобретения гаджетов, до мудрости выживания в современном мире. Эти качества делали его любимцем своих учеников, возводя в статус наставника, а не обыкновенного преподавателя. Мистер Чипстерс утверждал, что к старикам стоит прислушиваться, особенно в том, что касается их хобби, которое они пронесли сквозь баррикады времени. Поэтому, Шекспиру не терпелось взглянуть хоть одним глазком на Дедову коллекцию изобретений.
– Я надеюсь, ты больше не ходишь к нему в мастерскую? Общение с потенциальным преступником понижает твой социальный рейтинг и всей нашей семьи соответственно. Знаю, тебе нравилось учиться новому у этого человека, но, таковы правила выживания, они для всех одни, - имитируя сожаление, сказала Мама.
– Мы завязали с обучением в клубе. Смотрим с Джеффом видосы на ютубе в 3D модуляции и собираем по образцу разные изделия, сейчас нам нужно сконструировать ламповый усилитель для акустической системы, которой больше сотни лет, называется «Радиотехника S-90», – Шекспир был человеком вдохновения, если его увлекало какое-то дело, то оно возводилось в ранг первоочередного в жизни, по сути, рождая в уме одержимость.
– А как дела у Петровых? Отец Джеффри перестал играть в танки?
– Мистер Ленон, да он соскочил с онлайн игр, так что, у них всё налаживается, – ответил Шекспир.
– О, неплохо, - мама удивилась, при этом невольно хмыкнув, - ладно, можешь поковыряться на чердаке, но, лучше бы конечно предупредить бабулю. Она ушла в магазин, так что, иди на чердак, думаю, она не будет против, предупредишь постфактум.
– Огонь, Мам- Шекспир с чувством выполненного долга пошел в сторону второго этажа, размышляя, что же еще может найти у его любимого покойного Дедушки в закромах. Думал, могли ли быть знакомы, Дед и мистер Чипстерс, так как, они оба являлись изобретателями. Проскочила забавная мысль, он вообразил, как открывает дверь на чердак и с двух сторон вылетают мыльные пузыри. Самое ироничное, что Дед действительно мог оставить такой механизм после себя.
На чердаке витало сочетание ароматов пыли, древесины и картона. Шекспир окинул взглядом помещение, в левом углу, рядом с окном стояли картонные коробки. На каждой был нарисован знак – перевернутый вверх тормашками оригинальный жёлтый смайл.
Шекспир принялся копаться в коробках, жадно упиваясь каждой находкой. Наручные механические часы с видимыми внутри механизмами повергли его в экстатичное состояние. Шекспир накинул их на свою руку, и нажал на маленькую кнопку сбоку. Шестеренки внутри завертелись, похоже, они служили лишь для эстетической стороны изделия. Он нажал на кнопку еще раз и в его кожу, словно зубы змеи, впилась игла, установленная на нижней части часов, той что прижата к тыльной стороне руки. Из центра циферблата пролился свет, создав голографический экран, по которому побежали слова и цифры, значение которых, Шекспиру было неизвестно. Но, затем он разобрал знакомые слова: Лейкоциты, Билирубин. Это были показатели крови. Он догнал, что это не просто часы, а настоящее шпионское оборудование, снял их и положил обратно в коробку, с мыслью, что может быть, когда-нибудь, они ему пригодятся. Следующими в его руки попали очки. Их стекла имели модную в прошлом квадратную форму. Передняя часть оправы – черного цвета, была сделана из качественного пластика. Изюминкой в конструкции являлись ножки, напоминающие формой и цветом океанические волны. Очки выглядели особенными, такими, что он не встречал даже на фото в интернете, и сделаны были явно рукой человека, а не андроида.
Шекспир надел очки, не догадываясь о их истинных функциях. Эта удивительная вещь, сконструированная Дедом, так и не увидела массового потребителя. То был ретранслятор эмоций. Ретранслятор мог распознавать скрытые эмоций и чувства, по лицу человека, на которого смотрел носящий очки. Они сели идеально по лицу Шекспира, наверное, потому что молодой человек внешне очень походил на своего Дедушку.
Конец ознакомительного фрагмента.