Тайный знак
Шрифт:
Кенит не вернется, теперь это очевидно. Куда бы он ни уехал, ей предстоит выполнить свою часть сделки, заключенной с Дэвидом.
Эва поднялась в спальню и решила прибрать постель. Подняла подушку и увидела листок бумаги. Сверху на нем почерком Кена было написано ее имя…
— Дорогая! — воскликнула миссис Блайт, когда Эва вошла в гостиную. — Где ты была?
— Это длинная история, мама, — пробормотала она, устало опускаясь в кресло.
Женщина озабоченно воззрилась на дочь.
— Я только что ходила разбудить тебя, дорогая, но дверь была заперта.
— Разве? — невинным тоном спросила Эва. — Наверное, заело замок. Я рано встала и пошла погулять. Не могла больше спать.
— Тебе бы надо поесть, а потом — пора готовиться, — участливо произнесла мать.
Эва покачала головой.
— Пожалуй, я не буду есть. Сама мысль о еде…
Миссис Блайт понимающе улыбнулась.
— Это просто нервы. После церемонии тебе станет намного лучше.
— Может быть, — печально ответила Эва.
— Дэвид уже звонил, — сказала мать, глядя на нее и ожидая радостной реакции.
— Ну, хорошо, — индифферентно отозвалась Эва.
— Должна сказать, — продолжала миссис Блайт, — у него был очень жизнерадостный голос. Он подвезет Барбару на свадьбу. Он проявляет обо всех заботу, хотя, надо полагать, голова его сейчас забита множеством проблем! Вероятно, я его недооценивала.
Эва с недоумением уставилась на мать.
— Барбару?! — вскрикнула она.
Женщина пристально посмотрела на дочь.
— Что-то не так, милая? Мне кажется, они просто рядом живут, да?
Эва безвольно поддакнула. Ей не приходило в голову, что на свадьбе будет любовница Дэвида. Ну и тип!
А мать все никак не унималась:
— Когда я ему сказала, что ты еще спишь, он заметил, что я без труда разбужу тебя, и ты все сделаешь вовремя, стоит только напомнить тебе, что у вас с ним есть маленький секрет.
Эва вздрогнула, а потом с надеждой взглянула на мать:
— А Кенит не звонил?
Миссис Блайт непонимающе посмотрела на нее.
— Кенит? Не думаю. Он ведь предупредил нас, что не будет на свадьбе. Полагаю, он сегодня улетает к себе в Вайоминг. Жаль, что ты не встретила его раньше, вы так друг другу подходите. Но все же…
Женщина беспомощно опустила руки, когда увидела, что глаза дочери наполняются слезами.
— Милая, прости, если я была бестактна. Мне казалось, Кенит тебе не нравится — ты была с ним так невежлива.
— Мне он не нравится, — вяло ответила Эва. — И ты не была бестактна. Просто мы обе перенервничали… — Она повернулась к дверям. — Пойду готовиться.
Мать помогла ей надеть платье, и Эве показалось, что оно ледяное.
— Ну вот, — сказала женщина, поправляя вуаль. — Ты такая красивая.
Губы у нее задрожали, она поспешно потрепала дочь по щеке и выбежала из комнаты.
Эва кинула взгляд на двух своих кузин, одетых в платье подружек невесты и весело болтавших между собой.
— Готовы? — спросила она.
— Да, вполне, — ответила пятнадцатилетняя Шарлет. — А ты-то сама как?
— Что ты имеешь в виду? — вздрогнула Эва, с ужасом подумав, что, может быть, кузина каким-то образом угадала ее мысли.
— Ты не выглядишь особо счастливой, — сказала старшая, Эстер.
— Просто нервничаю, вот и все, — выдавила улыбку Эва, направляясь к дверям. — Очевидно, это нормально перед свадьбой. Ну, идемте, пора кончать эту чертову процедуру.
Расстояние от дома до церкви было таким коротким, что обычно Эва ходила туда пешком. Она с испугом посмотрела на большую машину, ожидавшую у дверей.
— Глупо делать такие расходы, папа, — сказала она. — Мы доберемся пешком раньше, чем эта колымага заведется.
Мистер Блайт похлопал дочь по руке.
— Вовсе нет. Перестань волноваться. Сегодня день твоей свадьбы, солнце сияет, все будет прекрасно. У шофера строгие инструкции провезти тебя кружным путем. Не стоит приезжать вовремя, а?
Эва пожала плечами и влезла в машину. Неважно, какой круг они сделают, все равно он завершится в церкви бракосочетанием с человеком, которого она ненавидит. В то время как человек, которого она любит…
Невеста смахнула с глаз слезы. Кенит уехал. Ей надо примириться с этим. Он взял, что хотел и исчез.
— Ну вот мы и приехали, — сказал через несколько минут отец, нарушая тягостные раздумья дочери. Он долго смотрел ей в лицо. — Ты ничего мне не хочешь сказать, дорогая?
Эва проглотила комок в горле.
— Что, например?
— Тебе ведь не обязательно вступать в брак, даже сейчас еще не поздно передумать.
— Не говори глупостей, — выпалила она, полная противоречивых чувств к сидящему рядом человеку. Человеку, ради которого она приносит в жертву все. — Сейчас-то уже нельзя все отменить. Вы с мамой так ждали этого момента.
Отец посмотрел ей в глаза.
— Я бы не стал тебя винить, если бы ты отказалась, — сказал он. — Ни я, ни мама. Мы оба просто хотим, чтобы ты была счастлива.