Чтение онлайн

— Почему же он их не загипнотизировал? — удивился Трифонов.

— Потому, что они должны были с ним расплатиться по реализации товара. Жулики очень опытные, и никто не предполагал, что такие мастаки могут засыпаться на мелочевке. История с техникой произошла в девяносто третьем году. Тогда Фишер получил пять лет. С тех пор о нем никто ничего не слышал. Вполне возможно, вы правы, Александр Иваныч. Очень похоже на то, что в вашем деле участвует человек со способностями Фишера-Лебединского.

— Могу я ознакомиться с его делом?

— Конечно.

— Я поднимусь в отдел, пришлите мне его с курьером. Пора сделать соответствующие распоряжения.

— Удачи вам! Через десять минут капитан Забелин получил срочное задание.

— Ты мне, Костя, этого Фишера из-под земли достань. Уверен, он в Москве находится. Трогать его нельзя. У нас против него ничего нет. Этого типа можно брать только с поличным. И учти, он хитер, умен и очень опытен. Необходимо установить за ним «наружку» и вести его очень аккуратно. Будем привлекать самых опытных ребят.

— Все я понял, Александр Иваныч. Сделаем в лучшем виде. Да, пока не забыл! Вам звонил какой-то стилист, профессор. Разговаривал так, будто я ему сто долларов задолжал. Суть разговора в следующем. Он сказал, чтобы вы ему привезли рукопись из издательства. По книгам ничего понять невозможно, мол, там редакторы слишком активно поработали, а ему нужны оригиналы. Вы что-нибудь поняли?

— Понял, Костя. Как я об этом сам не подумал! Ладно, с этим вопросом я разберусь, а ты действуй. Медлить нельзя. У нас остались еще две метки, и дай Бог, чтобы он их еще не передал жертвам, иначе нам Фишера не на чем подцепить на крючок.

Не прошло и десяти минут, как ушел Забелин, и в кабинете появился подполковник Крюков. На нем лица не было.

— Еще одного проморгали! — негодовал он и положил газету на стол. — Вот, гляньте. Птицын убит на своей даче. Подмосковные коллеги уже вовсю работают, а мы узнаем об этом из газет. Вы поедете?

— Обязательно! И вот что, Денис Михалыч, пошлите кого-нибудь из ребят в редакцию газеты, и пусть они найдут нам автора сенсации и за ухо приведут на Петровку — Он глянул в газету — Некий Тропкин. И обратите внимание, что этот самый Тропкин постоянно опережает оперативников. Он первый известил читателей о гибели Костенко, а тот, как известно, погиб дома и никто об этом знать не мог, кроме следственной бригады и врачей. Через три часа из дома выносили труп, а у подъезда уже коршуны от прессы собрались.

— Идея хорошая.

Крюков снял трубку и отдал соответствующее распоряжение, похожее на название фильма: «Найти и обезвредить».

— Теперь мы можем ехать. Я уже позвонил в прокуратуру. Судаков приедет на место сам. Из управления Московской области на дачу отправился майор Дубинин со своим экспертом, так что нас будут встречать.

Через два часа они прибыли на место. Их встретил майор Дубинин, человек неприметный, больше похожий на шабашника, чем на милиционера. Спокойный, невозмутимый и улыбчивый, будто собирался рассказать о своем урожае на огороде, а не об убийстве.

Эксперта звали Роман Кушнер, видно, парень опытный, знающий свое дело. Удивляться не приходилось, дачи чистят чуть ли не ежедневно, и сразу по несколько домов. Как снег сходит и дачники слетаются в свои скворечники, так телефон в милиции не умолкает. А кого искать-то? Дело открывается заявлением от потерпевшего, им же закрывается с довеском осмотра места происшествия. Ни следов, ни свидетелей. Прошли в дом, осмотрелись.

— Доложите обстановку, майор! — потребовал Крюков.

— Следов в доме не обнаружено, товарищ подполковник. Кроме Птицына и репортера, в доме никого яе было.

— Что за репортер? — резко спросил Крюков.

— Он позвонил в милицию. Здесь все дома пустуют, постоянных жителей только три семьи. Мы их опрашивали. Они видели Птицына в день приезда четыре дня назад. Он им напомнил о себе и сказал, что зимовать будет на даче. Интересовался, далеко ли магазин и где можно купить дров. На следующий день ездил в леспромхоз и привез дрова. Больше его не видели. Сидел на даче не вылезая. Погода-то кошмарная стоит. Ну а репортер, Тропкин его фамилия, сказал, что приехал брать интервью у Птицына, мол, тот ушел из театра и его интересовали причины. Зашел в дом, двери открыты, и обнаружил труп у подножия винтовой лестницы. Дальше он не ходил, по следам видно. На улице месиво, тут без следов не обойтись. Показания с него мы сняли и отпустили.

— В качестве подозреваемого он вас не устраивал? — спросил Крюков.

— Нет, на чердак он не лазил, а смерть Птицына там поджидала. Вот что странно: если бы Птицын не полез на чердак, то с ним ничего не случилось бы. Трудно этот случай квалифицировать как умышленное убийство, скорее случайность. Туда мог полезть кто угодно.

— Причина смерти?

— Под самым сводом крыши точно над люком была прикреплена доска, точнее, дверца от колодца. Ее прошили гвоздями насквозь, стопятидесятимиллиметровкой, тридцать восемь штук. Острием гвозди смотрели вниз, а сама доска держалась на веревке. Веревка перекинута через балку и внатяжку прикреплена к полу на крюк. Просто узел надели на крюк, вбитый в пол. Если люк открыть, откинуть створку до конца, то он ударяет по веревке, та слетает с крюка и доска с гвоздями летит вниз, падая прямо на место люка. Птицын поднялся по лестнице вверх, открыл люк, и ему на голову упал щит, истыканный гвоздями. Четыре из них проткнули ему голову на полную глубину, а еще шесть прокорябали лицо, затылок и уши.

— Но кто-то готовил этот капкан?! — возмущался подполковник. — И что, на чердаке нет следов?

— Вы понимаете, свежих следов человека нет вообще. После того как шутник-убийца соорудил этот механизм-гильотину, он подмел пол веником. Там в углу у слухового окна стоит веник и огромная куча пыли. А уходил он через окно по крыше. Дальше следы искать бессмысленно, дождь идет круглые сутки не прекращаясь, все смыло. Чердачное окно не заперто, очень похоже, что он вышел именно через него. Может, он и заходил туда тем же способом. У дома стоит стремянка, прислоненная к водостоку. Возможно, он брал ее е собой на чердак, потому что под кровлю так просто не добраться, чтобы пристроить там доску с гвоздями.

— Вы что-нибудь еще нашли на чердаке? — спросил Трифонов.

— Нет, чистый пол, веник и куча пыли.

— Полезли еще раз! Будем искать, — сказал Трифонов и начал взбираться по скрипучим ступеням.

На чердаке оказалось два окна по разным сторонам, и он просвечивался насквозь. Чисто. Идеальная чистота и ни одного предмета. Трифонов осмотрел окно, раскрыл его и выглянул наружу. По черепичной крыше стучали капли дождя.

— Скользко тут.

Из люка появилась голова следователя Судакова.