Театр, де Молина Тирсо - читать онлайн

Театр

на обложку

де Молина Тирсо

Шрифт:

Гальван

Ты слишком удручен потерей этой, А дело нас не ждет. Убить Альбано надо. [58] Ты знаешь, полнаграды Уж заплатил вперед Лауры брат за дело.

Энрико

Я без грош'a. Убью Альбано смело.

Гальван

Итак, настанет ночь… Черинос и другие [59] …

Убить Альбано надо. — Ремесло наемного убийцы было весьма распространено в Италии и Испании. Неаполь, по свидетельству Буркхардта («Культура Италии в эпоху Возрождения»), первенствовал в этом отношении над всеми другими городами Италии. Типы наемных убийц, часто встречающиеся в испанском «плутовском романе», наиболее ярко выведены Сервантесом в его новелле «Ринконете и Кортадильо». («Назидательные новеллы», изд. «Academia», 1934, т. II.)

Черинос и другие. В подлиннике: «Энрико, Черинос и Эскаланте».

Энрико

Есть трудности большие, — Я должен вам помочь. А как грабеж — назначен У генуэзца. [60]

Гальван

Будет ли удачен?

Энрико

Гальван, за мной иди! Я на балконе первый. Я там, где нужны нервы, Люблю быть впереди, Опасности почуяв. [61]

У генуэзца. — В подлиннике: «у генуэзца Октавио».

Опасности почуяв. — В подлиннике Энрико прибавляет «поди и скажи им, что я жду их здесь».

Гальван

Ты смел всегда. Сказать друзьям лечу я.

Сцена 2

Энрико (один)

Ну, пока лихое племя Ждет в тревоге деловой, Сумрак — плащ удобный твой. Я успею в это время Насмотреться на отца. К своему прикован ложу, Пять уж лет он не встает. Что ни день — грехи я множу, Но страдальца не тревожу И на свой питаю счет. Часть того, что даст Селия Или силой отниму У нее, — несу к нему. Ах, власы его седые Милы сердцу моему! И на деньги, что за ночь Я награблю, успевая Волей страх свой превозмочь, Я спешу отцу помочь, Сам порою голодая. Только эту добродетель В жизни пагубной моей Я храню — господь свидетель. Должен быть отцу радетель Сын — иначе он злодей. Никогда не оскорблял Я отца и огорченья Я ему не причинял, И послушно от рожденья Слову каждому внимал. И отец отнюдь не знает, Как его преступный сын Грабит, режет и играет, — Нет, до старческих седин Весть о том не долетает. Камень пусть душа моя, Не хрусталь прозрачно-нежный, Пусть и в сердце у меня Вопль ужасный, вой мятежный В кучу сбитого зверья, Как в лесном ущельи горном, — Все же я в глазах отца Остаюсь ему покорным. Да не знает до конца О житье моем позорном!

(Раздвигает занавески алькова. Виден Анарето, спящий в кресле.)

Сцена 3

Анарето, Энрико

Энрико

Вот страдалец. Жалкий вид. Он, повидимому, спит. Отче!

Анарето (просыпаясь)

Сын мой, утешенье.

Энрико

Я прошу у вас прощенья. Беспокойство причинил Вам, отец моих очей, Что сегодня запоздал я.

Анарето

Нет, мой сын.

Энрико

Вас не желал я Огорчить.

Анарето

Всего милей Видеть мне тебя.

Энрико

Сказал я Так: когда сквозь облака Солнце свет издалека, О котором утро просит, Мраку смертному приносит, Радость утра — так ярка, Радость видеть вас. О, краше Солнца и его лучей Седины святые ваши, Именитых королей Украшенье…

Анарето

Сын, ты — чаша Добродетели святой…

Энрико

Вы покушали?

Анарето

Покуда Нет.

Энрико

Вы голодны?

Анарето

С тобой Находиться, радость, — чудо: Мне не слышен голод мой.

Энрико

Велика моя награда В том, что любите вы чадо. Недостойно вас оно. Вот уж третий час давно, Вам, отец, покушать надо. Я накрою вам сейчас Этот стол.