Чтение онлайн

– Везёт.

– Господа, всё это хорошо, – проговорил Шилов, – ваши восторги впечатляют, но не пора ли подумать о возвращении? Или вы собираетесь прыгнуть в эту дыру?

– Почему бы и нет? – философски отозвался Глинич.

– А я умом еще не тронулся, – фыркнул старлей. – Я домой хочу, к жене и детям, их у меня трое.

– Будем возвращаться, – тихо сказал Денис, добавив про себя: если хватит сил.

В наушниках вдруг раздался чей-то голос. Женский. Уверенный и насмешливо-сердитый. Говорили по-английски:

– Джентльмены, как долго вы собираетесь там сидеть, на дне?

Космонавты вздрогнули. Денис оглянулся.

В невероятной дали, там, где виднелась чёрная точка – выход из трубы Окурка в «нормальный» космос, замигал огонёк.

– Кэтрин, вы?!

– Совершенно верно, майор Молодцоув. Кажется, теперь моя очередь вытаскивать вас из ямы. Не возражаете?

– Нет!

– Как вас угораздило?

– А как вы догадались, что мы в за… э-э, в яме?

– Вы стартовали чуть раньше, а поскольку кроме китайского «челнока» возле Смока никого не видно, мы поняли, что вы нырнули внутрь. Ну и подстраховались.

– Так это не вы обстреляли моих парней?

– Что?! Вас обстреляли?!

– Значит, это всё-таки сделали китайцы…

– Вас обстреляли китайцы?

– Похоже, они.

– Вот почему они так странно повели себя… Заявили, что Смок…

– Мы назвали эту штуковину Окурком.

– Оригинально, но не суть важно. В общем, они заявили, что Смок принадлежит им. Пришлось напомнить китайским коллегам Хартию космического сотрудничества: внутри Солнечной системы действует Устав ООН, ну и так далее. Они попытались нам помешать, но не смогли.

– Всё это прекрасно, – не выдержал Абдулов, – однако нас вот-вот засосёт в дыру. Как вы собираетесь вытаскивать нас отсюда?

– Держитесь, господа, что-нибудь придумаем.

Денис вспомнил улыбающееся милое лицо Кэтрин Бьюти-Джонс, капитана американского шаттла, и подумал, во-первых, что долг платежом красен, а во-вторых, теперь его очередь приглашать спасительницу к себе в гости. Естественно, после того, как они вылезут из трубы «запасного выхода», созданного неизвестно кем и ведущего в иные вселенные.

Но как принято говорить в таких случаях: это уже другая история.

Первыми заметили изменения блеска Плутона, самой дальней планеты Солнечной системы, чилийские астрономы из обсерватории Мелипаль в Паранале. Впрочем, к этому моменту двойная планета Плутон-Харон уже не считалась самой дальней, за её орбитой были открыты и другие космические объекты, претендовавшие на звание планет: Квуорар, круглый кусок льда диаметром в тысячу триста километров, Томбо, также ледяная планетка диаметром чуть больше тысячи километров, и два десятка крупных астероидов из пояса Койпера [5] диаметром от девятисот до тысячи километров. Астрономы утверждали, что с вводом в эксплуатацию новых телескопов они откроют ещё не одно космическое тело за орбитой Плутона, и вполне возможно, их заявления не были голословными. Пояс Койпера действительно таил в себе неизведанные запасы «строительного материала», из которого около четырёх с половиной миллиардов лет назад создавалась Солнечная система. Однако речь в данном случае идёт о Плутоне, долгое время считавшемся спутником Урана, который оторвался от него в результате какого-то катаклизма и стал самостоятельной планетой.

Плутон был известен ещё древним шумерам пять тысяч лет назад. Однако для современников открыл его в тысяча девятьсот тридцатом году американский астроном Клайд Томбо. Спутник же Плутона Харон и вовсе был открыт лишь в тысяча девятьсот семьдесят восьмом году астрономом Дж. Кристи, и стало ясно, что эту пару и в самом деле можно назвать двойной планетой. Во-первых, потому что Харон вращается вокруг Плутона синхронно с вращением патрона всего в двадцати тысячах километров от него. Во-вторых, потому что его диаметр всего вдвое меньше диаметра Плутона [6] .

Благодаря длительным наблюдениям за планетой в начале двадцать первого века астрономам удалось установить многие характеристики пары, в том числе состав пород, газовый состав атмосферы, альбедо и другие. Оказалось, что Плутон не похож на свой спутник, так как плотность его вдвое больше, а отражательная способность меньше. По сути, Харон являлся куском водяного льда, в то время как Плутон имел каменное ядро и был покрыт не только толстым слоем льда, но и замёрзшими газами и обломочным материалом – свалившимися на него за миллиарды лет осколками астероидов, метеоритов и ядер комет, а также кое-где слоем пыли, образующим своеобразные тёмные «моря».

И вот альбедо Плутона изменилось, планета стала менее контрастной и более светлой. Впечатление было такое, будто замёрзшие на его поверхности газы вдруг испарились и одели Плутон (и Харон тоже) хорошо отражающим свет слоем тумана.

После того, как сообщение об открытии распространилось в научном мире, в область пространства в направлении на созвездие Козерога, – именно там в это время находилась двойная планета относительно Земли, – нацелились телескопы большинства обсерваторий мира, в том числе такие крупные, как Субару в Японии, Хобби-Эберли и Кек-1 в США, Анту, Кьюен и Йепун в Чили, LZT в Канаде и БТА на Украине, в Симеизе. И уже через два дня наблюдений стало ясно, что у Плутона действительно появилась достаточно плотная атмосфера.

Они поссорились.

Денис даже не понял причины.

Ну, допустим, в беседе с друзьями – сидели вечером в его московской квартире на Воробьёвых горах, пили вино, шутили – он позволил себе нелестно отозваться об американцах, великое ли дело? Беседа была не из разряда политических, тем более что все были навеселе после удачной спасательной операции: команда Славы Абдулова на космическом спасателе «Орёл» вытащила экипаж корейского «челнока» «Ким Чен Ир» прямо из внезапно взорвавшегося ядра кометы Синити-Хоси. И тем не менее Кэтрин обиделась, резко заявила, что русские не лучше, что они до сих пор испытывают имперские амбиции, хотя сами не могут обойтись без помощи других стран, и хлопнула дверью. То есть ушла.

Денис думал, что это временное явление, так как ссоры с женой происходили и раньше: оба претендовали в семье на роль лидера, – но заканчивались мирно. Однако наутро он обнаружил, что Кэтрин уехала совсем. К себе домой, в Америку, в город Окленд, штат Калифорния, где у неё была квартира. Так началось утро пятнадцатого сентября для Дениса Молодцова, подполковника Российских войск космического назначения, начальника группы риска и заместителя начальника национального Центра экстремального оперирования в космосе (ЦЭОК), мастер-пилота, командира двадцати с лишним спасательных экспедиций.