Чтение онлайн

Мы двинулись к двери. Я встал сбоку, Коти прямо перед дверью. Я глубоко вдохнул, выдохнул и взялся за ручку, Лойош напрягся. Коти кивнула. Из-за двери послышался голос:

– Эй? Есть кто-нибудь?

Я замер.

Коти нахмурила брови и осторожно спросила:

– Грегори?

– Да, – послышалось в ответ. – Это ты, Коти?

– Да, – ответила она.

– Какого… – начал я.

– Все в порядке, – сказала она, но в голосе ее не хватало уверенности, и она не убрала свои кинжалы.

Я несколько раз моргнул. Потом сообразил, что Грегори – имя выходцев с Востока. Это было в их обычае – стучать в дверь кулаком, желая сообщить о своем появлении.

– О, – сказал я, позволяя себе слегка расслабиться, и крикнул: – Входи!

Незнакомец хотел было войти, увидел нас и остановился. Это был невысокий человек средних лет, наполовину облысевший и крайне изумленный. Полагаю, когда ты переступаешь порог и обнаруживаешь три направленных на тебя клинка, можно испытать некоторое удивление, особенно если к этому не привык.

Я улыбнулся.

– Входи, Грегори, – сказал я, все еще держа кинжал у его груди. – Хочешь чего-нибудь выпить?

– Владимир… – сказала Коти, видимо чувствуя раздражение в моем голосе. Грегори не двинулся с места и не произнес ни слова.

– Все в порядке, Владимир, – сообщила мне Коти на псионическом уровне.

– С кем? – спросил я, но убрал клинок и отошел в сторону.

Грегори шагнул мимо меня с некоторой осторожностью, но явно не теряя самообладания.

– Мне он не нравится, босс, – сказал Лойош.

– Почему?

– Он выходец с Востока, у него должна быть борода.

Я не ответил, поскольку в некотором смысле с ним согласился. Растительность на лице – одна из черт, отличающих нас от драгейриан, и именно поэтому я отпустил усы. Когда-то я пробовал отрастить и породу, но Коти пригрозила сбрить ее тупым лезвием, когда во второй раз укололась о мою щетину.

Грегори сел на предложенную ему подушку, и по его движениям я понял, что он скорее преждевременно облысел, чем достиг среднего возраста. Коти, тоже спрятав свое оружие, опустилась на кушетку. Я принес вина, совершил небольшое охлаждающее заклинание и налил каждому по бокалу. Грегори кивнул в знак благодарности и сделал глоток. Я сел рядом с Коти.

– Ну ладно, – сказал я. – Кто ты такой?

– Влад… – со вздохом произнесла Коти. – Владимир, это Грегори. Грегори, это мой муж, баронет Талтос.

Я заметил, как слегка изогнулись его губы, когда она назвала мой титул, и он стал мне нравиться еще меньше.

Гам я могу с насмешкой относиться к титулам Дома Джаоега но это вовсе не означает, что кто-то может так же относиться к моему собственному титулу.

– Ладно, – сказал я. – Теперь мы все знакомы. Так кто ты и что ты тут делаешь, пытаясь вышибить мою дверь?

Он перевел взгляд с Лойоша, сидевшего на моем правом плече «а мое лицо, потом на мою одежду. У меня было такое чувство, словно меня тщательно изучают, и настроения моего это отнюдь не улучшило. Я взглянул на Коти. Она прикусила губу, явно чувствуя мое состояние.

– Владимир, – сказала она.

– Гм?

– Грегори – мой друг. Я познакомилась с ним, когда была в гостях у твоего деда несколько недель назад.

– Продолжай.

Она неловко пошевелилась.

– Рассказать можно намного больше, но, если позволишь, я бы хотела сначала выяснить, что ему нужно.

В голосе ее звучало нечто такое, из-за чего я предпочел уступить.

– Мне пойти прогуляться?

– Не знаю. Но спасибо, что спросил. Целую. Я выжидающе посмотрел на Грегори.

– О чем ты хотел бы меня спросить прежде всего? – сказал он.

– Почему у тебя нет бороды?

– Что?

Лойош издал шипящий смешок.

– Не важно, – сказал я. – Что тебе здесь нужно? Он перевел взгляд с Коти на меня, потом снова на нее и сказал:

– Вчера вечером убили Франца.

Я посмотрел на жену, желая понять, какой эффект произведет на нее это известие. Ее глаза слегка расширились. Я промолчал.

Несколько раз глубоко вздохнув, Коти сказала:

– Расскажи мне об этом.

У Грегори хватило нахальства многозначительно бросить взгляд в мою сторону. Казалось, мое присутствие причиняет ему страдание. Однако он все же сказал:

– Он стоял у дверей зала, который мы снимали, и проверял входивших, когда кто-то просто подошел к нему и перерезал ему горло. Я услышал шум и побежал вниз, но кто бы это ни был, он уже успел скрыться.

– Кто-нибудь его видел?

– Не слишком хорошо. Хотя это был драгейрианин. Они все… впрочем, не важно. Он был одет в черное и серое.

– Похоже на работу профессионала, – заметил я, и Грегори посмотрел на меня так, как не следует смотреть ни на кого, если только ты не держишь лезвие у его горла. Становилось слишком сложно оставить случившееся без внимания…

Коти быстро взглянула на меня и встала.

– Ладно, Грегори, – сказала она. – Поговорим позже…

Он озадаченно открыл рот, пытаясь что-то ответить, но Коти посмотрела на него таким взглядом, каким она смотрит на меня, когда моя шутка заходит чересчур далеко. Она проводила его к двери. Я не стал вставать.

– Ладно, – сказал я, когда она вернулась, – Расскажи мне все.

Какое-то мгновение она изучала меня, словно видела в первый раз.

– Пойдем прогуляемся, – наконец сказала она.

До сих пор в моей жизни меня никогда так не переполняли противоречивые чувства, чем когда мы вернулись с этой прогулки. Никто, включая Лойоша, не произнес ни слова за последние десять минут, когда я исчерпал свой запас саркастических вопросов и избавил Коти от необходимости давать короткие, едкие ответы. Лойош ритмично сжимал когти на моем правом плече, создавая подсознательное ощущение комфорта. Ротса, которая иногда летает над нашими головами, иногда сидит у меня на другом плече, а иногда на плече у Коти, сейчас делала последнее. Воздух Адриланки был свеж, и бесчисленные огни города бросали тени нам под ноги. Я открыл дверь нашей квартиры.