Тело и душа
Шрифт:
В тот момент я поняла, как ненавижу Кон- нора. Сидя в темноте в полупустом доме, я испытывала отвращение к Эшли, потому как из-за него, возможно, я лишилась секса на всю оставшуюся жизнь!
— Ты думаешь, я вела себя как шлюха? Ну, с Коннором? — спросила я Бекки потихоньку, когда никого рядом не было.
— Что? Не глупи! Это он вел себя как потаскун. Свистнешь — он и прибежит обслуживать…
— Да, но все думают, что только женщина может быть шлюхой, а мужчина нет. Так нечестно, правда?
— Сейчас другое время, Рози! Прекрати, что с тобой происходит? Никто так больше не думает. Ты уже была почти свободной женщиной, когда начала встречаться с Эшли. Ты не делала ничего плохого. А вот что касается его…
— К тому же он продолжал интрижку с Хайди. Может, были и другие, — напомнила я ей. Мне понадобилось несколько дней, чтобы оправиться после встречи с Хайди. В конце концов я решилась рассказать Бекки, как Хайди угрожала мне ножницами. У нее волосы дыбом встали.
— Точно. В общем, это он во всем виноват. Чего ты переживаешь? Забудь и живи дальше!
— Да, ты нрава. Но мне кажется, у меня какие-то психологические проблемы из-за секса…
— Господи! — воскликнула Бекки, посмотрев на меня широко раскрытыми глазами. — Врач пропишет тебе что-нибудь…
Само собой разумеется, я избегала Хайди. Если вдруг получала от нее и-мейл или я случайно встречала ее в коридоре, то приходила в ужас. Я сразу же удаляла ее письма, если только это не была общая рассылка, которую отправляли всем без исключения. В очередной раз, удаляя спам из электронного ящика, я наткнулась на очень странное письмо. Сообщение было от Эшли Кон- нора. Почему оно пришло мне? Крайне заинтригованная, я нажала на кнопку мыши, и передо мной возник текст:
Милая моя развратница!
Конечно, я буду в пятницу вечером. Что мне лучше надеть — костюм гориллы или Супермена? Не забудь, у меня есть еще роскошные кожаные брюки, помнишь? Жду выступления с нетерпением. Надеюсь на главную роль в твоем спектакле.
Большой мальчик XX [4] .
— «Милая моя развратница»?! — взорвалась я в приступе смеха. Бекки даже подскочила на стуле. — «Большой мальчик», — продолжала читать я.
4
Значок «х» в электронных сообщениях обозначает «целую».
— От кого это? — спросила она. — Кто такая эта «милая развратница»? Кто такой этот «большой мальчик»? Что это за Супермен?
— Это Хайди Хэмптон от Эшли Коннора относительно драмкружка! — выдавила я сквозь смех. — Он, наверное, нажал вместо кнопки «Ответить» «Ответить всем».
— Забавно! — засмеялась Бекки. — Мне такое же пришло на прошлой неделе, но я удалила его не глядя. Как поняла, что это про драмкружок, сразу закрыла его…
— На прошлой неделе? — повторила я задумчиво. Что же я так давно не проверяла свой ящик?
Хотя мы и были заняты всю неделю, каждый рабочий день начинается с того, что я смотрю и-мейлы. — Ты уверена, что это письмо было разослано всем на прошлой неделе? Всем?
— Похоже на то. Не думай о нем, вообще найди кого-нибудь другого!
«Твоими бы устами…» «Развратница»! «Большой мальчик»! Да я бы о них еще не то написала!
Прошла неделя. Оливер позвонил снова. Я как раз думала, не забыл ли он про меня, или, может, номер мой потерял, или вообще решил больше не общаться со мной. Я также размышляла и о том, стоит ли жалеть, если он навсегда исчезнет из моей жизни.
— Рози! — услышала я. — У меня в руках ключи от квартиры! Я переезжаю в пятницу. Буду там целый уикэнд. Придешь?
Меня одолевали сомнения. Это было ужасно. По идее, я должна была радоваться. Я же хотела переспать с ним только ради секса, и ничего серьезного! Чего же я тогда жду?
— Ты не передумала? — спросил Оливер взволнованно. — Если ты не хочешь…
Что? Забыть про то, что он мне говорил, и вернуться к исходному пункту наших отношений? То есть к исключительно дружеским… так и не начав роман? Передумать? А как же он? Оливер не будет изображать жертву, высмеивать меня или издеваться… Никто никогда не узнает о том, что могло быть. Мы останемся хорошими знакомыми…
— Рози? — спросил Оливер снова. — Ты там?
— Да! Прости, Оливер. Я просто отвлеклась… думала, что у меня в пятницу… не запланировано ли у меня…
— И?..
Судя по голосу, он сгорал от нетерпения. Прямо как мой сын. Стюарт обычно клянчил, чтобы я его отпустила с друзьями в кино. «Мам, можно мне, ну пожалуйста, мам! Скажи «да», я буду хорошим, послушным, сделаю все, что угодно…»
— Да, думаю, смогу. Тогда до пятницы.
— Отлично! Ты останешься на ночь?
— Не знаю еще. Посмотрим…
— Постарайся, Рози! Я сделаю все, что от меня зависит, чтобы ты запомнила эту ночь…
Ну, они все так говорят. Но откуда я-то знаю, понравится мне или нет?
— Стюарт, ты не собираешься в пятницу к Эндрю? Можешь остаться у него на ночь!
— Зачем?
«Чтобы твоя мама развлеклась как следует с новеньким акушером, зачем же еще?»
— Я иду на вечеринку. Останусь на ночь у подружки…
— А, понятно! — сказал он, понимающе глядя на меня. — Все ясно!
— Что? — спросила я, краснея от волнения. Неужели ребенок прочел мои мысли? Он понял, что со мной происходит? Но как? Что же я ему скажу, как все объясню? Вдруг он отцу все расскажет? Отразится ли это на разводе? Лишит ли меня судья прав на сына? Какая из меня мать и бабушка! А ведь внук или внучка еще даже не родились.
— Собралась напиться вместе с подружкой и боишься сесть за руль? — спросил он, подмигивая мне.
«Если бы это было так, милый!»
Май подошел к концу. Наконец- то пришло лето. Закончилась эпидемия бронхита.
— Меня все еще обсуждают, — призналась я Бекки, после того как два психотерапевта шептались за моей спиной. Было заметно, как они повернулись в мою сторону, когда я проходила мимо.
— Тебе это кажется, — успокаивала она меня. — О чем? Никто же не знает про Оливера-австралийца, не так ли?