Темнейшее обещание
Шрифт:
С другой стороны зеркала, начала проигрываться другая судьба. Лазарь настоял, чтобы Камео провела с ним ночь и утром вернулась домой. Она отказала. Они поспорили, и он поцеловал ее с такой страстью, что у нее подогнулись колени… в будущем и в настоящем. Затем она отшатнулась, вошла в портал и…
Зеркало почернело, не сказав, сохранит она память или нет.
Нет, нет, нет. Камео схватилась за края рамы и встряхнула.
— Что случилось потом? Покажи!
Прошла минута. Другая. И по-прежнему ничего. Черт возьми!
Насколько подлинны эти видения? У нее нет других вариантов?
Если она уйдет вскоре после Виолы и детей, вернется ли позже к Лазарю? Придет ли он за ней?
Несчастье вновь самодовольно сказал: «Помни, мертвые не могут пройти сквозь портал. Даже если у него получится, он предпочтет быть с тобой… или убить тебя?»
Не в себе Камео помассировала виски. Она знала так мало о мужчине, на которого возлагала надежды. Не знала ничего о его желаниях и побудительных причинах. Что случится, если они расстанутся у портала? Что-то лучше, чем его любовь и потеря? Или хуже?
«Я должна увидеть остальную часть второго видения!»
Камео рассматривала варианты. Не получилось бы стащить зеркало из дворца. Может взять кусочек? Да! Она схватила подушку и ударила по стеклу со всей силы, затем снова и снова.
Ничего не произошло. Не появилось ни одной трещины. Разочарование смешалось с гневом и беспомощностью.
«Думаю, я сама по себе. Как всегда».
Глава 10
«Трусость — это болезнь. Убей ее, прежде чем она убьет тебя».
— «Как добиться победы»
Субтитр: «Исключая любовников и их семьи».
— Живи по своим правилам, черт возьми
— Рэтбоун. — Лазарь сидел на троне, барабаня пальцами по подлокотникам. Ему следовало быть в дороге. Утро только наступило, а дети уже засорили два стояка. Но присутствие нежеланного гостя удержало его дома. — Покажись.
Жжж, жжж.
Еще одна муха? О, нет. Не еще одна. Эта же. В центре комнаты муха превратилась в полностью одетого мужчину. Раздражение поползло по позвоночнику Лазаря.
«Следовало понять».
Ухмыляющийся Рэтбоун развел руки.
— Звал?
Лазарь скрипнул зубами.
— Почему ты остался здесь?
Ухмылка воина стала шире.
— Возможно, я хотел рассказать миру, что провел ночь в постели с Лазарем Жесточайшим.
— Никто тебе не поверит, учитывая, что ты все еще можешь ходить.
— Слова восторженного любовника.
— Еще какого. — Лазарь сжал подлокотники трона. — Ты за мной шпионил.
— Очевидно. Я не только Единственный. Я Мастер шпионажа. — Его глаза искрились от веселья, а не от сожаления. — Тебе действительно нужно бросаться камнями, чтец мыслей?
Пока Лазарь не заявил о своей преданности князю Преисподней, такие неприятности будут происходить снова и снова.
— Ты мне скажи. Весь наш разговор будет состоять из вопросов?
— Тебе было бы приятно, если бы так и пошло? — спросил Рэтбоун, приподняв одну бровь.
«Такое впечатление я произвожу на Камео?»
«Конечно, нет! Я очарователен».
Это нужно заканчивать. Не отрывая взгляда от Рэтбоуна, он потянулся разумом к другому мужчине…
Зарычав, Лазарь разорвал связь.
Рэтбоун стойко выдержал.
— Я даю тебе представление об ужасах, которые пережил. Попытаешься прочитать мои мысли еще раз, и я дам тебе полную картинку.
До сегодняшнего дня Лазарь считал, что разбирается в пытках. Он много вытерпел за свой век. Правда в том, что он не знал ничего о муках до этого момента. Пережитое воином… Лазарь его зауважал.
— Позаботься о женщине, — сказал Рэтбоун уже без веселья в голосе. — Она союзник Гадеса, а значит и мой. Мы хотим ее защитить.
«Она… моя».
Нет. Нет! В его разуме взорвалось отрицание. Он не станет заявлять права на женщину, которая приведет его к падению.
— Ты хочешь ее защитить? Ничего больше?
Рэтбоун желает заполучить Камео в свою постель?
— И помочь тебе выбросить на ветер единственный шанс на настоящую любовь? — цыкнул Рэтбоун. — Нет.
— Настоящая любовь? — фыркнул он. — Я ничего не говорил о любви, настоящей или нет. Любовь делает слабым.
— Страх делает слабым. Любовь придает сил. — Рэтбоун не отвел взгляда и не мигал. — Однажды твоя женщина устанет от твоих отказов и найдет утешение в новом мужчине. Надеюсь, что буду мухой на стене, когда ты обнаружишь, какое великое благословение потерял, но я соглашусь утешить ее после твоего ухода.
«Он хочет заполучить мою женщину в свою постель». Рычание зародилось в груди Лазаря, такое резкое, что он заподозрил внутреннее кровотечение.
«Успокойся. Сдерживайся». Когда наступит это «однажды», Лазарь уже отпустит Камео. Никаких обязательств, никаких кристаллов, никакой уязвимости.
— Тогда у нас одна надежда на двоих, — ответил он. — Мух легко прихлопнуть.
Рэтбоун рассмеялся, но быстро успокоился.
— Твоя женщина ненавидит Несчастье и отчаянно хочет от него освободиться. Ты можешь ей помочь.
Ублюдок не мог знать о ларце.
— Давай притворимся, что меня это волнует, — сказал Лазарь. — Скажи мне, о, великий Единственный, как я могу ей помочь.
— Когда это я стал твоим наставником? Найди ответ самостоятельно.
Подмигнув, Рэтбоун исчез.
Лазарь остался сидеть на троне, уверенный, что ублюдок солгал. Не было способа вытащить демона из Камео и сохранить ей жизнь. Итак. Его план не изменится. Он проведет с ней ночь.
Одной достаточно. По своей воле, а не по необходимости.