Темнодружье
Шрифт:
Пока размышлял, уровень жизни слима неожиданно скакнул вниз на четверть. В этот миг крохотные жуки в теле Ползуна оживились. Исполнили нечто вроде коротенького быстрого танца. Что-то вроде лихорадочного приступа? Увидев мерцающую крохотную иконку, я ткнул ее и прочел короткое сообщение. Прочел и помрачнел. Помимо убывания здоровья неизвестная болезнь еще и «резала» характеристики слима. Срезала все его показатели на четверть. Силу, скорость, здоровье, устойчивость к различным атакам и прочее. Болезнь зацепила практически все.
Вокруг стало светлее.
Привстав, я огляделся.
Вокруг меня медленно восходила звездная ночь.
По черным стенам башни ползли светящиеся «скарабеи» тянущие за собой хвосты липкой красной слизи. Десяток за десятком, сотня за сотней жуки поднимались по стенам, расползались по балкам и недостроенным лестницам, начинали кружить в странных хороводах. Пробивающегося сквозь красную слизь света все прибавлялось. Он окрасил все вокруг тревожно красным. Гулкий долгий выдох-стон заполнил внутренности Великой Сторожевой:
– У-Р-Р-Р-ГА-А-А-А! У-Р-Р-Р-Н-Н-Г-А-А-А-А!
– Ур-ур – слабенько отозвался в ответ Ползун.
Посадив его обратно на плечо, я выбрал в звездном мареве вокруг самую темную тропку и, пробежав по ней, спустился по скользким ступеням. Утопая в слизи по щиколотку, присел рядом с глубокой ямой заполненной красным студнем, откуда на меня смотрел гигантский смайл.
– Привет, дружище – поздоровался я – Как ты?
– У-Р-Р-Р-ГА-А-А-А!
– Ур-ур!
Позволив двум слимам переговариваться и жаловаться на одолевшие их хвори, сам я попытался изобразить из себя если не доктора, то лаборанта собирающего образцы. Воспользовавшись пустыми склянками, собрал немного слизи. Это было легко. А вот поймать в склянку светящегося паразита оказалось сложно. Стоило мне попытаться захватить его горлышком склянки или ладонью, жук тут же бросался в атаку. Убить его труда не составляло, но мне-то нужен живой образец. Получилось где-то с десятой попытки. Жук подергался и застыл в комке густой слизи.
Убрав склянку в инвентарь, поймал себя на странной мысли – размышлял над тем, что будет, если оттащу паразита в Альгору и брошу его на тушу Гигуши – сиреневого гигантского слима обитающего на городской свалке.
Заболеет ли слим? Или нет?
Влияет ли окрас слима на подверженность болезни? Ползун красный. Бедолага Великой Сторожевой – тоже красный.
В общем мысли меня посещали дурацкие. Еще одно свидетельство того, насколько большим волнением за Ползуна я терзался.
Заглянув в огромные и скорбные глаза слима, я коротко пообещал:
– Разберемся, дружище. Разберемся
– У-Р-Р-Р-ГА-А-А-А!
Показалось? Или в горестном реве больного гиганта слышалась надежда?
Я использовал свиток телепортации.
Магия сработала.
И сработала как надо. Я очутился именно там, где и хотел. Рядом с книжным магазином. А напротив – гостиница. Во второе заведение первым делом я и наведался, не забыв улыбнуться приветливой девушке за регистрационной стойкой. Та подарила ответную улыбку. К первой девушке неожиданно присоединилась еще одна – точная ее копия. Близняшки. Блондинки. Голубоглазые. Одаренные щедро природой. Обалденные, в общем. Я аж споткнулся на первой ступеньке. Хотел было задержаться, но бедный Ползун заохал, заплакал. И стряхнув с себя любовное наваждение, я помчался в ЛК. Ничего себе тут девушки работают…
Приостановившись, сделал скриншот белокурых красоток. А у них еще и декольте глубокие… а в декольте… так… так… Шмыг! Стоп! Вверх бегом марш!
– Близняшки! – охнул зашедший следом за мной игрок – Ух…
Девушки в унисон захихикали, тут же забыв о чумазом трубочисте пачкающем лестницу. Ну и ладно.
Мимо меня проносились картины. Много тут картин – на стенах почти не осталось свободного места. И почти каждая картина посвящена какому-либо памятному событию. Просто пейзажа тут не найти.
Вот поверженный скелет-дракон с черной короной на черепе и стоящий рядом с ним боевой отряд.
Вот плывущий по реке гигантский пень с разинутой пастью. На пне несколько темных фигурок. Имен не видно.
А тут игрок в белом плаще с алым крестом вонзает меч с синим лезвием в грудь соперника с внешностью благородного разбойника. За спиной разбойника, роняя оружие, разбегаются его подельники. Картина очень красноречива.
Бушующий океан. Два корабля. Один пылает, с другого бьют струи ледяной магии, отважные матросы на веревках, подобно морским Тарзанам, перелетают на борт гибнущего судна. Подпись «Спасение Офелии».
Странная картина. На ней стоит по колено в белом песке улыбчивая девушка в светлых одеяниях и держит в ладонях что-то, больше всего напоминающее черного слима. Ник девушки гласит «Бешеная Чучварашка». Что за «Чучварашка»? Во время одной из поездок мы, кажется, ели какое-то блюдо с похожим названием… Сама картина называлась: «Обретение».
Влетев в ЛК, я устроил тотальный обыск. Хотя что там обыскивать? У меня все четко разложено по полочкам. Каждый предмет на своем месте. Наличности мало. Зато есть хорошее вино. Но пока я его продам… сначала попробую побеседовать с Крутованом. Он мудр. Покажу ему Ползуна.
– Пей, Ползун – пробормотал я, выливая на питомца воды из фляги.
– Ур… – едва слышно отозвался трясущийся кусок слизи.
Как же его зацепило заразой. Как же сильно зацепило…
Пометавшись по ЛК, разложил все по полочкам. Оглядевшись, заметил начинающийся беспорядок и недовольно скривился. Как только выдастся минутку – приведу здесь все в полный порядок. Схватил родную карту подземелий, взял копьецо и щит попроще, сунул пару зелий за пояс. Вор Шмыг готов к погружению… Ах да – по устоявшейся уже привычке отправил на распечатку сделанные скриншоты. Когда вернусь в реал свеженапечатанные фото будут меня дожидаться в лотке принтера. Как и тетрадь с чистыми страницами.
В путь!…
Глава десятая
Родные катакомбы. Консилиум врачей. Беседа по душам
По узкой лестнице я буквально взлетел, распугивая недовольно шипящих некрокрыс и заставляя подвинуться скелетов в различной стадии вооруженности. Да тут целый отряд на ступенях расположился! Лестница узковата для таких построений!
В самой темнице ничего не изменилось. И действующих лиц не прибавилось – элита и так здесь.
– Друг мой Шмыг ненаглядный – с теплотой поприветствовал меня Крутован и тут же нахмурился, разглядев мое лицо – Случилось что?