Чтение онлайн

Вопросы об отце, о сестре, о друидах и о нашей госпоже слишком личные, они рвутся из сердца, мой волк с трудом удерживает их на языке.

— Спасибо за добрые вести, Мэй. Завершай патруль, возвращайся в замок, как задумано. Я пойду с парадной дороги, — мой Дей подымает голову, и ему кланяются все благие волки, прикладывая руку к сердцу.

Мэй разгибается и снова устраивает ладонь на груди, говорит серьезно:

— Мы все искренне рады вашему возвращению, мой король! Но будьте осторожны: Дома взбудоражены и будут взбудоражены ещё больше, увидев вас воочию.

— Я запомню, — наклон головы одновременно подтверждает услышанное и отпускает патруль дальше, завершать обход.

— Пилик-пилик! Тут происходит что-то, пилик, совсем-совсем благое! — Шайя подает голос, все так же не показываясь из-за воротника Вороны.

— Это, Шайя, совершенно бесспорно, — мой Дей задумчиво похлопывает Бранна по плечу, поджимает губы и ответствует отрешенным тоном: — Что ещё может происходить при Благом дворе? Исключительно что-то благое…

Дорога ведет нас дальше. Переживший встречу с волками Бранн помалкивает, а мой Дей задумывается. Моего молодого короля тревожат самые разные мысли по самым разным поводам, ему неспокойно, хотя встреча с Мэем доказала — не всем подданным так уж важно наличие у Дея глаз.

И так можно сказать не только о подданных, мой Дей! Но и, например, о твоей супруге, моей, нашей госпоже Алиенне!.. Ну что за упрямое создание! Да послушай!

Не хочет.

Однако время отвлеченных бесед прошло, между деревьев показываются первые ши. Подданные Дома Леса, рыжие в разной степени, и не только! Самые молодые искусны в раскраске лиц, как будто им не хватает зелени всяких оттенков на одежде. Старшие не одобряют эту моду, но сделать ничего не могут — и юноши с девушками щеголяют самыми дикими узорами на щеках, лбу и бровях.

Мелькают черные с серебром плащи Дома Волка, голубые всех оттенков — Дома Неба; редки, но есть — коричневые и огненные. Вдалеке, во множестве, серые хламиды друидов.

При приближении Дея смолкают разговоры, ши сами по себе подтягиваются ближе, выстраиваются по обе стороны тропинки, превратившейся в королевский тракт оттого, что по ней шествует король.

Все взгляды прикованы к серебристой повязке, но мой волк идет твердо, не опираясь ни на кого и ни на что, его движения уверенны, осанка безупречна, а в петлице сияет алыми волнами цвет жизни.

Даже лоскутный неблагой, идущий за левым плечом, теряется на его фоне.

Удивление, недоумение, радость, восхищение, злость, гнев — все чувства сплетаются в клубок вокруг моего Дея ничуть не хуже друидской паутины…

Тропинка давно превратилась в наезженный тракт. Все холоднее и холоднее. В Доме Волка — зима! Ведь Сердце мира еще спит. Но дело не только в этом. Нехорошо, неуютно. Шайя ёжится, Бранн спокоен более обычного, Дей… Дей держится. Дей идет. Не время выказывать слабость и страхи — даже самому себе, хотя всполохи тьмы душат надежду, сеют сомнения.

Тучи клубятся над Черным замком, что находится в левой части столицы. Одним крылом, как лапой, оперся он на отвесные скалы, а восемь линий обороны города видны даже отсюда. Есть и девятая, вернее, ее остатки, уже за широким рвом. Разрушенная одну или две тысячи лет назад…

Снежинки падают и падают с черного неба.

Дей, чуть правее. Совсем чуть-чуть. Да, так. Бранн по левую руку от тебя. Лес? Да, мой Дей, лес твоего Дома, встречает тебя. Хмурый, темный, всегда казавшийся мне злым. Но не сейчас. Не сейчас.

Ели протягивают искрящееся серебро в мохнатых лапах; касаясь пушистым ветками, ласкают моего волка.

Ши сначала стихают, видя нас, а за нами — раздается аханье, но очень приглушенное. Эти звуки сопровождают наш путь до замка, как и шепот: «Дей вернулся». Волки все же воины, они привыкли держать себя в руках, хоть потрясение и велико. Как, впрочем, велика и радость.

Редкий случай среди ши! — до Дея дотрагиваются сыны его Дома. Сыны Леса и сыны Неба так же стоят по обеим сторонам дороги. Главу Дома Неба не видать, а лорд Фордгалл недоволен — все склоняют головы перед идущим Деем, ему кланяются все, куда глубже обычного. Теперь он не принц, он — король. И неважно, что на время.

Мой Дей, тут твоя сестра!

Она все так же вызывающе красива. Только лицо застывшее, неживое. Глаза спорят чернотой с волосами, кожа белее снега, падающего с небес. Не знал бы выдержку Гвенн, решил бы — сейчас заплачет. Вертит кольцо, большое, зеленое с коричневым отливом, словно оно давит ей палец. Ох, все-таки это… да, подарок сына Леса. Она выполнила твой приказ, мой Дей, но ни счастливой, ни даже довольной не выглядит. Совсем.

Финтан по-хозяйски берет волчицу за руку, тянет за собой, к Детям Леса, но Гвенн вырывает кисть и бросается к Дею. Останавливается с видимым трудом в шаге от него, преклоняет колено.

— С возвращением, мой король! Мы… — задыхается, традиционная фраза «в добром здравии» застревает в горле, — рады видеть вас!..

— Благодарю тебя, Гвенн. Пусть твой путь освещает луна и берегут звезды! — отвечает Дей.

Голос моего волка все такой же звучный, и Гвенн трепещет.

Затем Дей шепчет еле слышно, только для нее, не видя, но ощущая смятение чувств:

— Все будет хорошо, сестренка.

Дотрагивается до ее плеча и идет дальше.