Чтение онлайн

Ворона ведет тебя снова к лестнице, спуститься на три этажа ниже — и переход будет целым, при этом рассуждает вслух:

— Я бы позвал тебя прогуляться вдоль коридора снаружи, но там надо хорошо держаться, поэтому, может быть, на обратном пути! И кто бы мог подумать, что они сподобятся на отражение! Да ещё и прямо дома! Да ещё и до встречи, нет, ну это просто некрасиво!

Неблагие, мой волк, такие неблагие. Я тоже не знаю, как можно намекнуть Бранну, чтобы он понял, что убивать исподтишка вообще некрасиво. Не то что там «дома» или до «личной встречи»! Нет, его спокойствие меня с ума сведет!

Этот переход не блещет оформительскими изысками, обычный коридор четвертого этажа, с тонким слоем белого понизу и тремя четвертями голубого. В правом крыле Бранн сразу же сворачивает еще направо, похоже, его покои выходят окнами на парк. И у тебя наконец хватает сил идти самостоятельно, мой волк!

Как бы к Бранну ни относились его братья, покои все равно довольно большие — мы попадаем явно в гостиную, Ворона бормочет «и тут шторы синие, надо же», а потом провожает тебя в кабинет. За окном едва вечереет, но плотные шторы не пропускают свет, поэтому кажется, будто на дворе ночь.

По ощущениям, да, мой волк, ночи уже пора бы и настать. День все длится и длится! Может быть, у неблагих и время течет иначе?

Бранн усаживает тебя в кресло, а сам отходит раздергивать плотные занавеси и что-то искать. Пока он возится там, позади, можно разглядеть рабочий стол нашей Вороны. Ожидаемо — много-много-много бумаг и книг, перемежающихся какими-то отдельными вещицами, вещичками или целыми вещицащами!

О, какой интересный камень лежит на ближайшей кипе бумаг, видимо, просто для веса. Вытянутый, длиной в две твоих ладони и почти такой же плоский! Один конец камня кажется сапфирово-синим, что смотрится изысканно на прочем сером фоне, но стоит поднести пресс-папье к глазам, как это ощущение пропадает. Кромка с другой стороны острая и вовсе тонкая, похожая на лезвие, думаю, из такого материала можно вполне выточить нож! Да, я знаю как ты это любишь! Откуда? Ха-ха, могут быть у меня свои тайны? Хотя каменные ножи быстро ломаются. Ну вот, опять не дослушал.

Бранн продолжает возиться у окна, что-то громко перекладывает, отряхивает, чихает, но ты не отводишь глаза от его тени… его тень!

Мой волк! Я тоже теперь вижу! Его тень дробится и множится, будто Бранна становится два, а потом снова один, а потом три! И между этими тенями просачивается что-то черное! Окончательно черное! Как та девочка!

Этой черноты много! То там, то тут виднеется хвост, перестука вещей и дыхания Бранна стало не слышно! Но лучше не оборачивайся, Дей, эта тварь тоже готовится напасть! Она не подозревает, что ты её видишь!

Знать бы только, какой из хвостов черноты несет в себе главную угрозу!

Ах вот! Вот! Ты тоже видел! Два оранжевых огонька! За высокой спинкой кресла падает что-то большое, падает тяжело, но это не Бранн, Ворона падает мягче, так что сосредоточься!

Острый камень, брошенный верной рукой моего волка, летит метко и вонзается в оранжевый блик, промелькнувший на одном из хвостов черной тени!

По кабинету разносится вой, стон, шипение, чернота и темнота гаснут, взметываясь язычком пламени вверх, тень Бранна опять становится целой, а он сам обнаруживается схватившимся за высокую спинку кресла.

— Нет! Ну это! Просто! Некрасиво! — я тоже не понимаю, от чего он задыхается больше, от возмущения или перехваченного опять дыхания.

— Похоже, со свету сжить хотят именно тебя, — мой волк, не блести глазами так свирепо. — И кто может себе позволить охотиться за третьим принцем прямо во дворце, изволь сказать?

— Отражения! — мой волк, переведи дух, дай Вороне сосредоточиться.

— Но кто-то должен был отражения вызвать?.. — да, вот так, постепенно.

— Отражения могут вызвать сами оригиналы… Или ближайшая родня.

Позабыл, что ты благой? Что он не все рассказал тебе об отражениях? Что Ннарб отличается гораздо сильнее, чем казалось? Одно слово, да. Ворона.

— И кто вызвал их по твою неблагую р-р-рассеянную душу? — рычания почти и не слышно в твоем голосе, но Бранн все равно навостряет ушки.

Косится:

— Джоки. Первый или Второй, я ещё не понял.

Ох, мой Дей, не приглаживай волосы обеими руками. Со вздохом. Со свирепым видом. В общем, не приглаживай! Зато смотри — тот камень оказался упругим и уцелел! Тоже заглядевшийся на воткнутый в паркет камень Бранн подбирается к плоской и острой части аккуратно, выговаривает:

— Может быть, это лучшее применение для драконьей чешуи…

Ох, мой волк, так вот что попалось тебе под руку! Впрочем, удачно, не будь этот предмет хоть капельку магическим, вряд ли тебе удалось бы спасти Бранна.

— А из нее может получиться кинжал! От всяких магических тварей! — да, мой волк, лучше отвлеки Ворону и отвлекись сам.

— Это мысль, — Бранн неторопливо раскачивает чешуйку, не жалея паркет. — Пожалуй, мы её тоже заберем, раз за триста лет в хранилище не хватились, то и дальше не хватятся.

Мой Дей, совершенно нечему удивляться. Пусть ворона, а не сорока, но натащил интересного в свой кабинет он явно со всего дворца.

Бранн тем временем выглядывает за окно — косые закатные лучи подмигивают солнечным зайчиком, напоминая тебе о цели визита к неблагим, а Бранну, похоже, о времени.

— Теперь нам надо на крышу, вот увидишь, тебе понравится!

Драконья чешуя укладывается все в тот же заплечный мешок, а по оставленным за спиной покоям Вороны, похоже, нисколько не жалеете вы оба.

— Пожалуй, это единственное место во дворце, которое я всегда посещал с удовольствием, — оглядываясь, говорит Бранн. Поднимает уголки губ, выглядя довольно и таинственно.

Потом ведет нас по коридорам все более узким, лестницам все более извилистым, забираясь все выше и выше, пока мы, проникнув через узкий люк, не покидаем пределы здания и вовсе.

На крыше, как и следовало ожидать, да, мой волк, шумит ветер. Неблагие небеса постепенно темнеют, схватываясь сумерками и обнажая очертания Города отражений — такие же бледные и еле различимые, как луна осенним утром.