Чтение онлайн

— Кон вернулся. И хочет с тобой поговорить.

Хэл не мог пока представить Кэсси Константину. Он сознавал, что Кон непременно пожелает

узнать, что происходит, и был полон решимости бороться за свою женщину. Но как можно

просить Кэсси остаться, если девушка даже представления не имеет, во что ввязывается? После

того, как много лет назад их предал человек, остальным точно не понравится это решение.

— Как в открытую заявила мне Кэсси, жизнь не стоит на месте, — произнес Гай. —

Возможно, перемены уже произошли, и мы не в силах их контролировать.

— Мне об этом известно, — Хэл мельком глянул на Кэсси. — Тогда ты знаешь, что должен

сделать. Я побуду с нашей гостьей, пока ты беседуешь с Коном.

Кэсси молча переводила взгляд с одного собеседника на другого. Потом подняла руку.

— Подождите. Такое чувство, будто речь идет обо мне, только имени вы не называете. Если

ситуация каким-то образом меня касается, не кажется ли вам, что я имею тут право голоса?

Хэл схватил Кэсси за руки, улыбнулся и привлек к себе.

— Ты мне доверяешь?

— Да.

— Тогда поверь и на этот раз. Дай мне еще немного времени. А пока ступай с Гаем, он

покажет тебе завод. Я скоро к вам присоединюсь.

— Хэл… — лоб Кэсси прорезала морщинка беспокойства.

Пришлось заставить ее замолчать поцелуем. Вкус этих губ оказался столь же сладким и

соблазнительным, как прошлой ночью. Кэсси обвила шею горца руками, и Хэл позволил себе на

мгновение углубить поцелуй. Потом отстранился.

— Верь мне, — убеждал он девушку, а Гай уже уводил ее прочь.

Хэл подождал, когда они скроются из виду, потом глубоко вздохнул и отправился к пещерам.

У Кона был кабинет в особняке, но дела, требовавшие внимания Повелителя Драконов, всегда

вершились под горой.

Хэл не удивился, обнаружив Кона перед клеткой с Серебряными. Король задумчиво

хмурился. Волосы Константина были подстрижены короче, чем у Хэла, но все же заметно

вились на концах. Взгляд черных глаз обратился к пришедшему.

— Даже за мили отсюда я почувствовал тревогу, когда Серебряные впервые зашевелились. С

тех пор что-нибудь изменилось?

— Нет, — Хэл встал рядом с Королем Королей и скрестил руки на груди.

Торопить Кона не стоило. Желая что-то обсудить, предводитель сам направлял разговор в

нужное русло.

— После стольких веков покоя. Почему сейчас? Что же могло заставить Серебряных

пробудиться?

Константин медленно обошел огромную клетку.

— Надеялись, ты в курсе.

Кон покачал головой. Какое-то время тишину пещеры нарушал только стук каблуков дорогих

кожаных туфель.

— Это не Ульрик. Мы так давно следим за ним, что знали бы о подобном вмешательстве.

— Знали бы? — под внимательным взглядом Кона Хэл продолжал. — Мы стали небрежны.

Могли что-то упустить.

— Ульрик был лишен титула и сил Короля Драконов. Я забрал его могущество. Он не

способен даже принять истинную форму, не то, чтобы говорить с Серебряными. Оставшись в

одиночестве и отчаянии, он шел сквозь вечность лишь с грузом бессмертия и воспоминаний.

— Ты знаешь, почему он напал на смертных. Люди убивали драконов. Кто-то должен был

выступить против них. И этим кем-то стал Ульрик.

Кон ударил рукой по металлическим прутьям.

— Проклятье, он был и моим другом тоже!

Хэл отвел взгляд.

— Я прав, и тебе это известно. Ты также в курсе, что мы становимся слабее. Наблюдения за

Друидами и Воителями показали, что в мире есть иные источники магии. Возможно, Ульрику

помогли Друиды.

— Нет, — голос Константина после вспышки эмоций звучал мягко, это был почти шепот. —

Ни один Друид не приближался к Ульрику, и он тоже не искал с ними встречи. Тут сработало

что-то еще. То, что мы упустили из виду.

— Мы так мало прожили в гармонии с людьми. Словно в другой жизни драконы летали в

небесах, и никто нас не боялся. Я помню ту свободу, Кон, радость быть Королем Крылатых. И

жажду снова это почувствовать.

— Я тоже.

— Согласен с Ульриком, надо было сражаться со смертными охотниками, уничтожавшими

наш народ. Он сделал лишь то, что считал правильным. Константин поднял на Хэла взгляд

черных глаз.

— Нас создали, чтобы защищать как драконов, так и людей.

— Но драконами мы были прежде, чем стали наполовину людьми.

— Ты так считаешь?

Хэл потер подбородок.

— Я все думаю о женщине Ульрика.

— О той, которая предала его? Той, что тайно злоумышляла против нас?

— Да. Я знаю, она заслужила свою судьбу, но до сих пор вспоминаю лицо Ульрика, когда он

узнал, что мы убили ее.

Кон сглотнул и прикрыл глаза рукой.

— Нам пришлось так поступить.

— Ульрик никогда нам этого не простит.

— Хэл, ты не сообщил ничего такого, что не преследовало бы меня в мыслях каждый божий

день. Чего же ты хочешь?

— Дай слово, что не навредишь Кэсси!

Хэл прерывисто дышал, грудь тяжело вздымалась. В этот миг он готов был сражаться с