Чтение онлайн

Лассель – родовое имя Реннета, наследованное им от матери Сирины. Когда-то давно, еще до Светоносной Войны, это имя принадлежало к числу аристократических. Хотя надо сказать, что аристократия та была невысокого полета – так, владельцы родовых имений и нескольких деревень. Со временем имя Лассель мелькало все реже и реже. Нынче же и вовсе пришлось поднять архивы, задействовать немалые связи, чтобы отыскать его прямых носителей.

К слову, о родовых именах. Обычно это не то, что принято выставлять напоказ. Отследить по имени семейную родословную не так уж сложно, тем более, если оно распространенное. И особой скрытностью в этом плане могут похвастать маги. В кланах запрещено называть друг друга по родовым именам.

Впрочем, и здесь не обходилось без исключений. Некая Ливада Крейнер – ныне являющаяся основателем и лидером фракции «Алого Ветра» Магического Объединения. Эта чародейка носила имя Крейнер с гордостью, демонстрируя уважение собственным предкам.

Если верить словам Катарины, Реннет никогда не знал своего родового имени. И сложно теперь сказать, пытался ли он его узнать, либо предпочел не навлекать на своих вероятных родственников неприятности. Впервые о роде Лассель он услышал от ведьмы два дня назад. Его реакция говорила сама за себя, ибо… ее просто не было.

Наверное, винить парня за подобное не стоило, ведь он и имени-то своего не помнил. А вот остальные члены отряда встретили новость более чем эмоционально. С одной стороны, они были удивлены тем, что у парня имелись родные, а с другой – злились на Катарину и Ладана, скрывавших все до самого последнего момента. В любом случае, среди них не нашлось тех, кто возражал против небольшого двухнедельного путешествия.

Быть может, раньше тысяча километров не была такой уж длинной дорогой, с наступлением Темноты все стало немного иначе.

Путь до Азраннского Тракта решили проделать пешком, а уже оттуда продолжать верхом на лошадях или в повозке. Так было бы быстрее и безопаснее одновременно.

Нынешний Реннет не так хорошо шел на контакт с Гончими. В основном держался особняком. Но те благом сочли уже то, что от него не чувствовалось ауры агрессии, а лишь отстраненность и осторожность.

Сам же парень изо всех сил старался думать, что мир вокруг него не раствориться завтра по утру, а люди не обратятся жуткими монстрами. Такое уже случалось, если верить хранящимся в сознании клочкам воспоминаний.

Если честно, окружающее не казалось ему знакомым. Это постоянно темное небо над головой напоминало кроваво-алые облака из кошмаров. Еще фонарики, развешанные в каждом мелком поселении, добавляли недоумения. Даже люди, включая Гончих, выглядели иначе, не так как раньше.

– Наш мир и правда уже не такой, каким ты его знал, – говорила ведьма Катарина, шагая с ним бок о бок и делая вид, будто всматривается вперед. – Очевидно, проблема не только в освещении. Можно даже сказать, что это одно из наиболее безобидных изменений, произошедших за последние восемь лет.

Реннет внимательно слушал, хотя казалось, что ее слова не имеют к нему никакого отношения, будто речь идет о другом человеке.

– И по сей день никто толком не знает, что именно случилось с Гесферой. Наверное ты был единственным, кому под силу объяснить эти изменения.

– Увы, я ничего не помню, – ответил тот ровным тоном, уже не первый раз.

Ведьма горько улыбнулась.

– Мы тебя не виним.

Упомянутые перемены прежде всего коснулись магии и всего, что с ним связано. Другими словами, всего мира.

Первый год по окончанию войны Континент сотрясли жуткие катаклизмы. Как следствие появились такие достопримечательности как овраг Йор-Дален, или же Стигнийский Пик. Равнины обращались в холмы, леса в болота и топи. Ураганы проносились даже по тем областям, где их в принципе быть не могло. К примеру, так оказался стерт с карты Веллин – родной город Реннета. Дорсул, если верить слухам, ушел под воду. В то время землетрясения становились самой частой причиной гибели людей.

Бедствия старались свалить на Темноту, хотя высшие чины магического общества прекрасно понимали, что расхлебывают последствия сражений у Соулна. По приблизительным подсчетам, за один лишь год погибло более миллиона человек – сумма катастрофическая. Даже во время самой войны от боевых действий погибло значительно меньше.

С наступлением новой зимы землетрясения и ураганы поутихли, однако народам не удалось так легко оправиться от их последствий. Неурожай, голод, холод и болезни принесли с собой кошмар – черную чуму.

На тот момент у Гончих, предлагающих себя в качестве наемников, не было отбоя от предложений. Их часто нанимали для устранения мародеров, разбойничьих отрядов и убийц одиночек. Подобные дела не поручить магам, в то время находившимся в подвешенном состоянии. Да и городская стража, занятая поддерживанием порядка в самих городах не желала соваться в соседние поселения. А печально известная Гильдия, раньше предоставлявшая такого рода услуги, внезапно испарилась. О них ничего не было слышно и по сей день. Катарина надеялась, что их оплот – Безымянный остров утонул в пучине моря во время какого-нибудь урагана.

Оставался пожалуй единственный вариант – поручить избавится от нежелательных элементов – то есть разбойников, другим разбойникам. Так на тот момент характеризовали Гончих. Как отряд, не боящийся замарать руки.

Анархические настроения и тотальное беззаконие сократились лишь к концу третьего года. Назначенный на пост Императора Регент активно начал перестраивать правящую систему, избавляясь от воров и жуликов. Говаривали, из-за этого на него покушались сорок девять раз. И наверное к счастью, все сорок девять инцидентов заканчивались неудачей.

К счастью для народа, прежде всего. При правлении Регента произошли глобальные изменения к лучшему – стабилизация. На крупных трактах и торговых путях появились фонари, днем и ночью их освещающие. Ради такого пришлось пойти на значительные уступки Магическому Объединению, начавшему обустраивать Великий Лес. Налоги не сократились, конечно, но зато стали более справедливыми. Теперь и фермер, и богатый землевладелец платили одну десятую от полученной прибыли.

Что же касается изменений не политических, то Империя наконец-таки пошла по пути торговли. Земледелие и ремесленные искусства начали приносить больше дохода, на пользу рабочим и государству. Как выяснилось позже, подъему способствовали и более странные факторы.