Чтение онлайн

— Почему ты позволяешь себе издеваться надо мной? Сколько раз ты клялся мне в том, что никогда, я подчеркиваю это слово, никогда не сделаешь больно? Ты можешь себе представить, какие счастливые минуты я пережила, находясь все это время рядом с тобой? — она зло глянула на ассасина и потеряла последние остатки самообладания, увидев его безмятежное лицо с легкой полуулыбкой на губах и опущенные веки. Ей показалась, что вся эта ситуация доставляет ему неимоверное удовольствие, и девушка потеряла контроль над собой. Резко замахнувшись, она со всей возможной силой и скоростью ударила его по лицу. Громкий звук пощечины разрушил безмолвную тишину, сопровождаемый легким стоном со стороны Кэролайн. Она не ожидала, что удар получится такой силы. Руку буквально обожгло огнем. Голова вампира чуть отклонилась в сторону, подбородок коснулся левого плеча, и уже в следующую секунду он смотрел на девушку переполненными яростью глазами.

— Я ведь говорил тебе, — угрожающе прошипел он, крепко сцепив зубы. — Что надо быть осторожной. Тем более тогда, когда я очень расстроен. А ты глупенькая, Кэр. Нравится играть со своей жизнью? Хочешь получить ответы, на вопросы, заплатив за них своей кровью?

Девушка продолжала спокойно стоять на месте. Ей отчего-то совсем не было страшно. Или она хотела, чтобы так казалось со стороны. Когда юноша приблизился к ней, она не отпрянула, наоборот, помогла ему сократить малейшее расстояние между ними.

— Значит, я тебя слушаю, — без единой дрожи в голосе, четко сказала она.

Несколько секунд вампир внимательно вглядывался в нее, борясь с огромным желанием убить. Да, именно убить. Им буквально овладел этот животный инстинкт, который никогда прежде ему не подчинялся. С одной стороны ему будет жаль терять то, что он приобрел в лице этой безголовой молодой особы, с другой — он просто не мог сделать вид, что ничего не произошло. Самое правильное, что он мог сейчас совершить — просто уйти. Чтобы не сожалеть потом о сделанном. Но прежде ему хотелось хотя бы в малой степени удовлетворить одну стихийно возникшую потребность.

— Значит, тебе совсем не страшно? — спросил Кайлеб, словно тряпичную куклу притянув к себе девушку. Она судорожно сглотнула, отыскивая в себе последние остатки храбрости, и резко замотала головой из стороны в сторону. — Выходит, ты не просто глупая, Кэр, — укорил он.

Голос его был очень спокойным, что плохо вязалось с полностью напряженным телом и колким взглядом хищника. Девушка уже поняла, чего он добивается, но вовсе не собиралась дарить ему первенство.

— Если ты думаешь, — дрожащим шепотом начала она, — Что я всегда буду молчать только потому, что тебе так больше нравится, то ты жестоко ошибаешься. Можешь делать все, что вздумается, страха ты не увидишь.

Вампир широко улыбнулся ей, оскалив белоснежные зубы, и со смехом спросил:

— Бунт на корабле?

Неожиданно пришло веселье. Она выглядела такой забавной, одновременно рассерженной и очень испуганной, хоть и утверждала обратное. Он ощущал, как гулко бьется ее сердце, находящееся всего в каких-то сантиметрах от его, как глубоко и прерывисто она дышит, чувствовал ее попытки унять дрожь в подкашивающихся ногах, и понимал, что никогда не сможет лишиться той, которую сейчас крепко прижимает к себе.

— Будь умницей, я скоро вернусь, — сказал он, едва касаясь губами волос на макушке девушки. — Мы еще вернемся к твои упрекам, но чуть позже.

И, не добавив больше ни слова, вышел из комнаты. Кэролайн так и осталась стоять на том месте, где секунду назад ее сжимал в смертельных объятиях самый непредсказуемый мужчина из всех, кого она знала.

— Елена! — в сотый раз попытался воззвать к ее здравомыслию вампир. — Просто пообещай мне, что будешь осторожна. На Фрэнки я не надеюсь, она совершенно безголовая.

— Дамон, — ласково потрепала его по щеке девушка. — Мне не пять лет, не переживай. Я буду паинькой, и со мной ничего не случится. И по возможности присмотрю за твоей безголовой подружкой, обещаю.

Вампира не очень успокоили ее заверения, но пришлось прекратить все эти нравоучения. Он и сам понимал, что местами перегибает палку, но ничего не мог с этим поделать. Странное чувство тревоги, появившееся в груди, увеличивалось с каждым часом. Юноша не мог объяснить себе, чем оно вызвано, оттого переживал еще больше.

— Лучше расскажи мне, как продвигаются твои ночные поиски? — Елена впервые задала этот вопрос, хотя собиралась сделать это неоднократно. Она не забывала о цели, ради которой они сюда приехали, но вот так напрямую спросить боялась. Ей не нравилось, как хмурилось лицо юноши, едва речь заходила о его брате, поэтому она предпочитала неизвестность, нежели расспросы, которые заставляют его ревновать со страшной силой. Вот и сейчас Дамон побледнел еще сильнее, брови нахмурились, губы сжались в тонкую полоску, и, отвернувшись к стене, он ответил:

— Не самым лучшим образом.

— А поподробнее? — невинно поинтересовалась девушка. Она не стала разворачивать его лицом к себе, решив, что если ему приятнее разговаривать со стеной — кто бы спорил, только не она.

— Я не могу найти ни малейших следов, — продолжил беседу с обоями вампир. — Такое чувство, что он летает по воздуху, питается им же, а в остальное время играет в шпионов. Никто не видел, никто не знает, никто не разговаривал. Это странно.

— И какое у тебя объяснение? — спросила она.

— Он знает, что я его ищу, и не хочет этого, — произнес он первое, что пришло в голову. Меньше всего на свете ему хотелось сейчас заниматься изучением болезни под названием "Стефан", но Елена упорно продолжала сыпать вопросами.

— Почему ты уезжаешь именно по ночам?

Мужчина на мгновение повернулся к ней, словно не верил собственным ушам, а потом холодно ответил:

— Ты думаешь, что Шиничи оставил ему кольцо? Или, быть может, когда братишка спешно делал оттуда ноги, лис в торжественной обстановке вручил ему его со словами: "Не болей! Носи на здоровье"?