Чтение онлайн

Еще тридцать три фотографии изображали одну и ту же женщину. На некоторых из них ей было двадцать, на других уже около тридцати. На одной она была в джинсах и свитере с оленями и украшала рождественскую елку. На другой фотографии на ней были простенькое летнее платьице и белые босоножки, и она держала белую сумочку, радостно улыбаясь в камеру. На ней играли солнечные зайчики. Она стояла подле дерева, усыпанного гроздьями белых цветов. На многих фото она была снята рядом с лошадьми. Она их чистила, каталась на лошадях или кормила их яблоками.

Что-то в ней волновало Роя, но он не мог понять, в чем тут дело.

Она была, безусловно, привлекательной женщиной, но не сногсшибательной красоткой. Хорошо сложенная блондинка с синими глазами, но ничего особенно выдающегося, что помогло бы ей претендовать на место в пантеоне истинной красоты.

Хотя у нее была ослепительная улыбка. И на всех фотографиях она улыбалась именно такой улыбкой. Улыбка была теплой, открытой, легкой. Очаровательная улыбка. Она казалась такой искренней и свидетельствовала о нежном сердце.

Но улыбка не является чертою лица, и это было абсолютной истиной в случае с этой женщиной. У нее был приятный, но обычный рот, совсем не такой соблазнительный, как у Мелиссы Виклун. Форма губ ничем не поражала. Зубы у нее были самыми обычными. Ее рот не зажигал Роя. Но улыбка была все равно великолепной, подобной отражению солнца на обычной поверхности обычного пруда.

В ней не было ничего такого, чем бы он желал обладать.

Но ее образ не оставлял его. Он не был уверен, что когда-то встречался с ней, но чувствовал, что ему нужно знать, кто она такая. Он где-то видел ее раньше, так ему казалось.

Глядя на ее лицо и ослепительную улыбку, он почувствовал, что над ней нависло что-то ужасное, где-то там, за рамками фотографии. Холодная темнота спускалась на нее. Но женщина не подозревала об этом.

Самым последним фотографиям было, по меньшей мере, лет двадцать, а некоторым не меньше тридцати.

Краски пожухли даже на сравнительно поздних снимках. На других оставались только намеки на цвет – они были почти полностью беловато-серыми, а в некоторых местах выступили желтые пятна.

Рой переворачивал все фото, надеясь обнаружить на обороте какие-то надписи, которые могли бы ему помочь. Но там не было ничего. Ни слова, ни даты.

На двух фотографиях женщина была снята вместе с маленьким мальчиком. Роя поразило, насколько ребенок напоминал эту женщину. Но он все еще не мог понять, почему ее лицо казалось ему таким знакомым. И только сообразив, наконец, что мальчик был Спенсером Грантом, он все связал в единое целое и положил рядом две фотографии.

Это был Грант в то время, когда у него еще не было шрама.

Грант сегодняшний в большей мере, чем это обычно бывает, походил на себя в детстве.

На первой фотографии ему было лет шесть или семь – худенький мальчик в плавках, он стоял возле бассейна, и с него текла вода. Женщина стояла рядом с ним в купальнике. Она сыграла с ним глупую шутку – подняла руку над его головой и показала «рожки», растопырив два пальца.

На второй фотографии мальчик и женщина сидели у стола для пикников. Мальчик здесь был года на два старше, чем на первой фотографии. На нем были джинсы и майка и бейсбольная шапочка. Женщина обняла мальчика и привлекла его к себе, сбив набок шапочку.

На обеих фотографиях женщина улыбалась так же радостно, как и на других снимках без мальчика. Но здесь на ее лице можно было увидеть любовь и радость. Рой понял, что она была матерью Гранта.

Но он все равно не мог уяснить, почему лицо женщины так знакомо ему. Удивительно знакомо. Чем дольше он смотрел на нее, на фотографиях с мальчиком или без него, он все больше убеждался, что знает ее. Но он также чувствовал, что обстоятельства, при которых он видел ее прежде, были совершенно иными, чем на снимках, – мрачными, странными и неприятными.

Рой снова вернулся к снимку, где мать и сын стояли у бассейна. Вдали на некотором расстоянии возвышался огромный сарай. Даже на выцветшей фотографии можно было разобрать остатки красной краски на его высоких гладких стенах.

Женщина, мальчик, сарай.

Наверно, у него начали формироваться какие-то воспоминания, но происходило это еще на уровне подсознания, однако внезапно Рой похолодел.

Женщина, мальчик, сарай.

Он задрожал.

Рой поднял взгляд от карточек, лежавших на столе, и посмотрел в окно над раковиной, туда, где за домом росла небольшая рощица эвкалиптов. Там в редких просветах между ветвями блестели монетки солнечного света. Свет старался пронзить мглу тени. Рой хотел, чтобы воспоминания также пришли к нему, возникли из апокалиптической темноты.

Женщина, мальчик, сарай.

Как Рой ни старался, он ничего не мог вспомнить, хотя ему опять стало жутко неприятно.

Сарай.

Спенсер несся по улицам, где стояли оштукатуренные домики, а рядом с ними росли кактусы, ростки юкки и приземистые оливковые деревья. Обилие этих растений напоминало пустынный ландшафт. Он промчался через парковку торгового центра, через индустриальный район, через дебри ржавых железных сараев, где люди хранили то, что им, видимо, никогда не потребуется. Потом он свернул с дороги и проехал по парку. Там метались на ветру листья лохматых пальм. Было ясно, что ураган приближается. Спенсер безуспешно старался оторваться от преследующего его «Шевроле».

Раньше или позже они могут встретиться с патрульной полицейской машиной. Как только в дело вмешается один из местных полицейских, Спенсеру будет почти невозможно удрать от них.

Он уже совершенно не ориентировался, потому что без конца менял направление, стараясь оторваться от преследователей. И он был поражен, когда промчался мимо одного из самых современных и новых отелей Вегаса. Тот стоял справа от дороги. Значит, Южный бульвар Лас-Вегаса был от него всего в нескольких ярдах. Впереди горел красный глаз светофора, но Спенсер был готов поклясться, что пока он доедет до него, тот переключится на зеленый.