Чтение онлайн

Фанни вспоминала опустошенное лицо и худую молчаливую фигуру заключенного, которого она видела на железнодорожной станции прошлой ночью. Она могла теперь представить себе его, ползущего, едва дыша, по мокрому папоротнику, молящегося, чтобы ищейки побежали в другую сторону. Он был чужим человеком, но на мгновение прикоснулся к ее жизни, прикоснулся к жизням всех этих людей…

— Охотиться за ним, как за лисицей, — сказал Джордж, лицо которого горело возбуждением.

У буфета раздался звон, это у одной из служанок выскользнуло блюдо. Окна были задернуты шторами, на длинном столе горела дюжина свечей. В этой комнате было тепло и безопасно. Никто здесь ни от кого не скрывался, не был объектом охоты, или отчаянно голоден, или испуган…

После обеда верхом приехал сэр Джайлс Моуэтт. Он остановился, чтобы торопливо выпить стакан портвейна и предупредить их, что, по его мнению, заключенный скрывается где-то по соседству.

— Но, если мы не поймаем его, он выберется на возвышенность и попытается пройти через вересковые пустоши в Оукхемптон. Так что вам, леди, не стоит беспокоиться.

— Не тот ли это человек, который приехал вчера из Лондона? — спросила Фанни.

— Да, тот самый негодяй. В тумане он сделал пролом и перебрался через стену. Мерзавец скользкий, как уж. Но мы его схватим, не бойтесь.

— Разве удача никогда не сопутствует преступнику? — задумчиво спросил дядя Эдгар.

— Только тем из них, которых не разоблачили в их преступлениях. А мы надеемся, что таких немного. Но это едва ли тема для разговора при дамах. И к тому же мне пора. Я пришлю словечко, когда мы поймаем его. Всем доброй ночи.

Тетя Луиза позвонила Баркеру и велела обойти дом и проверить, все ли окна и двери заперты. Вздрогнув, она запахнула шаль на своих обширных плечах.

— Я всегда ненавидела эти вересковые пустоши. Кому еще приходится жить в такой опасности?

— Боже правый, любовь моя, но ведь этот человек всею лишь вор, а не головорез.

— Откуда вы знаете, во что он может превратиться в отчаянном положении? Да, Дора, в чем дело?

Дора робко постучала у открытой двери и теперь стояла, беспокойно сжимая пальцы.

— Пожалуйста, мадам, дети расстроены. Мастер Маркус плачет, а мисс Нолли волнуется по поводу своей куклы. Не могла бы мисс Фанни…

— Неужели китаянка не может управиться с ними? В самом деле, Эдгар, зачем мы держим ее здесь, если она не может держать в порядке двух маленьких детей?

— Но она ушла искать куклу мисс Нолли, — вставила Дора. — Ее оставили внизу у озера, и она действительно не хочет ложиться спать без нее. Это единственная вещь, из-за которой она поднимает шум. — Дора огляделась, прислушиваясь. — Но Чинг Мей ушла за этой куклой уже ужасно давно, — сказала она тревожно.

Фанни вскочила.

— Я думаю, она заблудилась в тумане. Я пойду и найду ее.

Дядя Эдгар шагнул вперед, задерживая ее.

— Нет, вы не пойдете. Из-за тумана, а еще больше из-за этого заключенного.

— Я бы сказал, что вам наверняка не надо идти, — энергично сказал Джордж. — Пойду я. Я возьму свое ружье.

— О, не застрелите кого-нибудь! — попросила Амелия.

— Пойдем Баркер и я, — сказал дядя Эдгар. — Мы, вероятно, встретим эту глупую женщину у порога. Как она собиралась искать куклу в такой кромешной тьме?

— Она должна была быть в пагоде, — объяснила Дора. — У нее была свеча, чтобы зажечь на месте. Мисс Фанни…

— Да, я иду наверх, — сказала Фанни. Ей хотелось броситься к расстроенным детям, но еще больше ей хотелось выйти наружу и найти Чинг Мей. Она не знала, как объяснить это чувство необходимости, разве только тем, что она могла поклясться, что кукла была у Нолли, когда они вернулись с пикника. Дядя Эдгар, в хорошем настроении после успеха с музыкальными часами, донес Маркуса до дома на своем плече, а Нолли цеплялась за его руку. Звучали взрывы возбужденного хохота. Можно было бы догадаться, что позже они обернутся слезами. Но на счету дяди Эдгара был в самом деле очень большой успех, если он сумел заставить Нолли позабыть о своей возлюбленной кукле.

Она думала о внушающем суеверный страх звяканье воздушных колокольчиков в тумане и о беспомощности слабого света одной свечи в целом мире темноты. Туман всегда плотно собирался над озером, скрывая воду так же надежно, как это делали водяные лилии. А вдруг Чинг Мей, не знакомая с тропинками, оступилась…

— Как давно она ушла? — спросила Фанни, следуя за маленькой стремительной фигуркой Доры вверх по лестнице.

— О, я не могу сказать, мисс. До того, как дети принялись за свой хлеб с молоком, а с тех пор я еще искупала их.

— Но, Дора, это должно быть около часа назад!

— Я не могла бы сказать, мисс. Я не думала об этом до тех пор, пока мисс Нолли не отказалась ложиться спать без своей куклы. Затем я забылась и сказала, что, должно быть, глупая женщина свалилась в озеро, и мастер Маркус начал реветь.

Маркус все еще плакал, хотя и менее бурно, когда они добрались до детской. Он утомился настолько, что испускал только беззвучные сдавленные рыдания. На щеках Нолли не было слез. Она стояла у окна, отодвинув занавеску, и смотрела во тьму. Когда Фанни вошла, она обернулась, и Фанни увидела ее белое, как ночная сорочка, лицо и сердитые обвиняющие глаза.

— Что вы все сделали с Чинг Мей, кузина Фанни?

— Мы все, как ты говоришь, не сделали с ней ничего. Она, должно быть, потеряла дорогу в тумане. Дядя Эдгар ушел искать ее. Сейчас она будет здесь. Теперь я хочу, чтобы вы оба, дети, легли спать.

—Тогда вы поцелуете нас на ночь, кузина Фанни? — утомленно спросил Маркус.

— Конечно, поцелую. Разве я не делаю это всегда? Идем, Нолли. В постель. Ты получишь свою куклу, когда придет Чинг Мей.

— Вы посмотрите, не идет ли она, кузина Фанни?

— Никто не может ничего увидеть в таком тумане. — Фанни торопливо задернула оконную штору. — Дора, добавьте немного угля в камин. Я посижу около него, пока дети не заснут.

— Неужели вы задуете наши свечи, кузина Фанни? — Нолли нерешительно пошла к кровати.

— Когда вы заснете. Не раньше. Я обещаю.

— А Чинг Мей не испугается в темноте?

Фанни запихивала Маркуса в постель. Она сказала:

— Чинг Мей поступила очень храбро, приехав с вами в Англию. Я не думаю, что она испугается небольшой темноты. — Как бы между прочим она добавила: — Нолли, ты помнишь, что оставила свою куклу в пагоде?