Чтение онлайн

Причины такой странности стали понятны уже на следующий день. Вероника снова не пошла в гимназию, сославшись на сильное головокружение. Такие эпизоды практически полностью прекратились, поэтому Настя удивилась, с чего вдруг рецидив. Да еще и в конце полугодия! Ей теперь снова придется звонить классному руководителю, брать задание и до обеда разбираться в материале. Однако сразу после завтрака и случилось то, чего Вероника ждала. Сначала короткий звонок в дверь, а потом вихрь — из-за стола, через гостиную в коридор, и крик, заставивший дрожать стекла: «Тё-ё-ёма!». Он успел поймать сестру до того, как она впечаталась счастливой мордашкой в стену. Со смехом подхватил, а Вероника повисла на нем, как мартышка на пальме. Артём между делом свободной рукой ухватил за локоть Тамарочку, которая и открыла ему дверь, звонко чмокнул в морщинистую щеку, потом помахал остальным, с удивленными лицами выплывавшим к нему.

— Ты что ж не предупредил-то, мерзавчик мелкий? — возмущалась Тамарочка.

— Артём, — серьезно говорил Иван Иванович. — Ну что за ребячества? И отца вчера огорчили, и в аэропорту не встретили…

— Артём Саныч, садись завтракать! — вопила Наташка.

— Да не кричи ты так. Он, по-твоему, глухой, что ли? — осаждала Вера Петровна. — Заходи, заходи, Артём, от чая-то уж точно не отвертишься!

— Тё-ё-ё-ёма! — перекрикивала всех Вероника.

И только Настя стояла позади и невольно улыбалась. Его ждали, но она и представить себе не могла, как сильно.

Он, наконец, заметил и ее:

— Настенька, английская репетиторша, иди сюда, тоже обниматься будем. Да не робей. А то я тебе магнитик на холодильник не подарю!

— Магнитик? — тупо переспросила Настя.

— Магни-и-итик! — переключилась Вероника.

Но Настя уже решилась на вопрос, раз уж он сам первым заговорил с ней:

— Ты зачем же обманул? — вероятность того, что он передумал уже после звонка, отсутствовала вовсе. За это время из Америки, да еще и с пересадкой в Москве, добраться сюда можно было б только на космическом корабле.

— Так осюрпризить вас хотел! — оправдался он со смехом.

— Или ты уже вчера был в городе, — озвучила Настя очевидный вывод.

— Уж три дня как, если быть точным, — за это признание он получил мягкий подзатыльник от Тамарочки, поморщился, а потом снова обратился к Насте, перейдя на английский: — Ты тут язык преподаешь или индукцию с дедукцией?

Настя на секунду оторопела, но быстро собралась и ответила ему тоже по-английски:

— О, прости, что случайно раскрыла военную тайну!

— Это что сейчас было? На каком странном диалекте ты говоришь? Что за жуткий акцент?

— Это называется «классический британский», мой дорогой друг.

— И ты учишь мою сестренку «классическому британскому», когда весь мир давно говорит на «куда более классическом американском»? Зачем?

Настя даже рассмеялась — Артём рассуждал ровно так же, как любой другой высокомерный америкашка. Понахватался от них дурного! Она уж было приготовилась продолжить спор, но Тамарочка прекратила прения на корню:

— А ну-ка, молодежь, хватит тут на нерусском кукарекать! Мы же не понимаем!

Артём тут же наклонился к ней и снова поцеловал в щеку:

— Я рассказывал новенькой, что люблю только тебя. Пусть сразу знает свое место!

Все, что слышала о нем Настя прежде, было правдой. Артём являл собой легкомысленного шалопая, и, судя по живописному трепу, буквально все время проводил в пьяном веселье. Учеба вообще в разговоре не всплывала. И как говорила о нем Наташка, он был хамоватым. Но иронично-хамоватым, а не саркастично-хамоватым. Единственное, что забыли о нем упомянуть, давая характеристику — Артём был общепризнанной душой этого дома. Уже через пять минут после его появления все говорили громче, наперебой, чаще смеялись и перетекали из комнаты в комнату монолитной шумной толпой, пока не обосновались надолго на кухне. В его присутствии все становились немного похожими на него и неожиданно для Насти проявляли качества, которых она раньше за этими, в сущности серьезными, людьми не замечала.

— Ты там только не женись ненароком! Вот уж чего тебе не прощу. Свадьбу играем только тут!

Это Вера Петровна заявила, рассматривая фотографии Эльзы — девушки Артёма. Та жила в Майами, работала актрисой и даже на экране смартфона выглядела по-настоящему впечатляющей. Они познакомились в Чикаго в начале осени, а потом Эльза поехала в Майами на съемки сериала. К этому моменту уже прозвучало признание в том, что «у них все серьезно», а Тамарочка с Иваном Иванычем успели припомнить семнадцать таких же «серьезно» в биографии Артёма.

— Если я и женюсь, то только на Тамарочке! — вернулся Артём к излюбленной теме. — Нет, дядь Вань, ну отдай мне свою красавицу, по-хорошему же прошу!

Иван Иванович только смеялся:

— Вот же болтун малолетний!

— Да я серьезно. Открой тайну — на какого живца ты такую прелестную девушку поймал, а? Ты ж сам толстый и старый!

Справедливости ради надо заметить, что Тамарочка была вдвое толще и вряд ли выглядела моложе супруга, но хохотала заливисто, принимая комплименты как должное.

— Ты сначала живца в штанах отрасти, молодняк, а уж потом на настоящих женщин заглядывайся! — Иван Иванович впервые при Насте позволил себе такую пошлость, но это никого не смутило. — Пока твой уровень — это майамские актрисульки: кожа, кости да глазища в пол-лица. Смирись!

— А каким это ветром тебя в Майами занесло? — перекричала их уже Наташка.

— Так проездом… на этническую родину, как говорится.

Настя не удержалась и озвучила первую пришедшую в голову мысль:

— Из Чикаго в Москву проездом через Майами? Хм…

Артём неожиданно громко хлопнул по столу, заставив всех замолчать, а потом произнес грозно:

— Анастасия, репетитор «классического британского» или какую там лабуду ты втираешь моей сестре, в моем присутствии есть только одно правило — запомни его навсегда: никогда не упоминать вслух географию США!

— Все ясно с тобой! — Наташка расхохоталась первой. — И как тебя еще не отчислили?

— Да скорей бы уже отчислили. Вернулся бы домой, тут бы учился… — мечтательно подхватила Вера Петровна.