Чтение онлайн

— Че за хрень? Что все это значит?

— Хочешь стать таким же? — Нурдуг ткнул пальцем в труп и улыбнулся сквозь бороду.

— Поясни, — сказал я, хотя, конечно же, только полный даун не смог бы сложить 2+2. Но мне было интересно, что он мне скажет… а что утаит.

— Если ты еще не догнал, то мне жаль, что я связался с настолько дубоголовым хреном… Стой, где стоишь и даже не думай тянуться к Чарам, — взревел гном, а в его глазах, будто в рождественской тыкве, заколыхался свет.

Я почувствовал, что маг активировал что-то мощное и смертоносное и… не стал дергаться. В его словах не чувствовалось угрозы.

— Гм… — похоже, ты чист. Я рад, что не ошибся, — сказал Нурдуг через пару минут и свет исчез из его глаз, в которых тут же поселились веселые искорки.

— Не хочешь мне кое-что рассказать? — спросил я его напрямую. Честно говоря, иногда так хотелось услышать честные ответы.

— Что ж… Можно и рассказать… но давай вначале оттащим этого парня хотя бы вон в те кусты.

Солнце уже практически закатилось за горизонт, вытянув тени в длинные острые кинжалы. Мы находились в небольшом скверике. Куда ни кинь взгляд, за деревьями виднелись черепичные крыши домов. Откуда-то издалека слышался стук молотка и неразборчивый говор. В воздухе стоял противный запах застарелой мочи и какой-то химии.

— Ну, раз так… — пробормотал я, в третий раз берясь за грязные ноги с длинными ногтями.

— Короче, ты и сам, парень догнал, что наш любимый командир давно играет на две стороны, — сказал гном, когда мы оттащили труп в кусты и уселись рядом.

— Странно, что вся ваша братия не обращала внимания на эту хреновину на ее плече.

— Ха. «Эта хреновина» называется Паразит. Довольно редкий, но в узких кругах известный конструкт. Сам по себе Паразит ни о чем не говорит! Бывает даже влюбленные обмениваются подобными штуками, чтобы делить меж собой и беды и радости и даже, как поговаривают, оргазм, ха-ха… Идиоты… Другое дело, что Паразит на Найге — Рельяра. Как только я увидел этого дохлого парня, то унюхал, что эти твари из одного яйца, как говорят у нас на Гомозгунде.

— Так, а я причем?

— Причем ты, говоришь? Так, а куда вы шастали вчера ночью? Она явна к тебе присматривалась. Потому что пытаться поставить Паразита на меня, мага 62-го уровня — все равно, что пытаться завалить Пещерного Дракона из рогатки! Я-то видел, как у нее глазки загорелись, едва ты объявился в Грахе вместе с этим длинномером!

Святой Лагунин!

— А как же все твои базары про «отменного командира»?

— Ну дык когда-то она таким была…

Нет, но твою же мать! Неужели это правда? Я попытался восстановить в памяти то, каким за эти пару дней я увидел Найгу… То вдумчивого командира, то страстной женщины… И знаете что? Понял, что ничего не понял. Кто знает, с каким мерилом нужно подходить к иномировой эльфийке втрое старше тебя? Там, где я видел страсть — вполне может быть голый расчет.

— Это что ж, получается, я теперь твой должник?

Гном лишь широко улыбнулся.

— Стемнело, — сказал он, ткнув большим пальцем в небо. — Нам пора.

Ночь действительно уже в полной мере предъявила права на этот затерянный во вселенной кусок тверди. Небо расцвело многочисленными созвездиями, а городской шум стих, оставив лишь редкий лай собак и далекий пьяный ор.

— И куда мы двинем с таким грузом? Кстати, почему бы не спрятать этого парня в Инвентарь.

— Ха… Попробуй.

Я попробовал и тут же зайокал под насмешливым взглядом гнома. По руке будто ударило 220.

— Так с хрена ли он вообще… такой?

— Могу лишь предположить, что это связан с тем, что Паразит еще жив. Потому бедняга и не может уйти на перерождение.

Гм… Логично. Но… страшно. Неужели он дает столько, что Найга рискнула себе его подсадить?

Гном дал мне эликсир силы и я, взвалив на плечи заметно полегчавшее тело, двинулся вслед за ним в глубь городка.

Как-то так получилось, что я, ошиваясь в Дар Огаре уже больше месяца, шарюсь в основном по лесам и подземельям. А ведь передо мной лежит весь огромный мир Изнанки плюс более 70 реальных миров! Твою ж мать, когда закончится это болтание по захолустьям?! Я хочу поглядеть на водопады Рамоса, на древние крепость Улыгуля, на космические корабли Санторской Федерации, на шагающих великанов Алирии…

Такие мысли не покидали головы, когда я шагал вслед за гномом по кривым улочкам Глисага.

Этот городок был еще меньше Яронта, но если земная столица Изнанки являлась сущим новоделом, то здесь все дышало средневековьем… В прямом смысле этого слова. Стоило нам покинуть скверик, как в нос ударили все производные отсутствия канализации. Кривые улочки утопали в грязи, крыши практически сомкнулись над головой, а изредка попадавшиеся прохожие выглядели оборванцами 50-го уровня.

— Что за дыра… — пробормотал я, обходя очередную лужу нечистот.

— Ха-ха… Это ты еще не видел настоящих дыр! Глисаг — ставка барона Джираша Гланайра — это почти что цивилизация!

Впрочем, вскоре мы покинули зону трущоб, и вышли на более-менее приличную территорию, где до нас сразу же докопалась стража.

— Кто такие? — спросил высоких худощавый орк в вареной коже. Над плечом у него висел похожий на шмеля Спутник, а позади кучковались два более мелких напарника с копьями наперевес.

— «Клыки Гаюра». Кулак Найги. Двигаемся в расположение штаба.

— А-а-а… наемнички… — не слишком дружелюбно рыкнул орк, показав клыки. — А это что за труп?

— А это не твое собачье дело, серый, — ощерился гном, решил, что он и так оказал достаточно любезности. Его вздернутая борода находилась как раз на уровне пупка орка. — С дороги, убогий!

Стражник засопел, в желтых глазах заплясал гнев, но в итоге он лишь поскрежетал зубами, после чего медленно, словно нехотя, отошел.

— С ними только так и надо. Понимают только силу, — громко пояснил гном, едва мы отошли от ретивых стражников на пару метров.

Дома вокруг обзавелись высокими заборами с битым стеклом и башенками с узкими бойницами. Хмурые морды охраны с подозрением провожала нашу парочку. А с улиц почти исчезли и так немногочисленные пешеходы. Редкие фонари выхватывали из тьмы проносящиеся закрытые экипажи и конное сопровождение. Архитектуру особняков рассмотреть было решительно невозможно. Они высились темными громадами в глубине дворов и лишь изредка освещались факелами.

— Мрачновато тут, — заметил я, когда мы миновали очередной угрюмый особняк с двумя мордоворотами в тяжелой броне у ворот.