Чтение онлайн

Ульрих поднимался на ноги, громко ругаясь. Он отчаянно старался поднять упавший контейнер.

— Ещё один камень? — спросила Марджин.

Фией покачал головой.

Чавис развернулся в кресле.

— Звук был похож на мину. Отпрыски, подготовьтесь и двигайтесь наружу.

Мгновения спустя Чавис, Эрдон и остальные уже стояли под обжигающими двойными солнцами. Эрдон надел пару доходящих до плечей защитных перчаток и достал большой металлический ящик с инструментами. Остальные держали лазганы наготове.

«Таурокс» остановился на краю круглой площади. От левой гусеницы расходился темный узор, появившийся от взрыва. Кроме этого, земля была покрыта толстым слоем засохших водорослей и рыбных костей. Во всех трещинах и ямах рос лишай. Всё вокруг было покрыто сыпучей высохшей солью. Улицы были забиты сорняками и упавшими кусками отделки.

Отряд спустился с горы Лораз и прокладывал путь сквозь череду широких каньонов. Каменные стены были отмечены белыми горизонтальными полосами, означающими прошлые уровни воды. Сначала Чавис проявлял осторожность. Каменные стены создавали короткие линия прицеливания, и опасность могла скрываться за каждым поворотом. Впрочем, к середине утра они ещё не встретили ни единой живой души, и осторожность темпестора ослабла. Похоже, что эта часть Лизиоса не была населена.

Хотя, слово "покинута" подошло бы лучше. Им на пути начали встречаться древние здания. Сначала всего несколько, но их число и плотность застройки росли. Чавис сверился с картой инквизитора. Они проезжали по окраине небольшого города. Имя, которое он когда-то носил, было утоплено и забыто три тысячи лет назад. Когда-то могучие камнебетонные башни и стены теперь представляли собой лишь череду осыпающихся фундаментов и куч щебня, обкатанных регулярными наводнениями.

Эрдон сидел на корточках рядом с «Тауроксом». Одной рукой он шарил за поврежденной секцией.

— Это точно была мина, реагирующая на давление.

— Самодельная? — спросил Чавис.

Эрдон покачал головой.

— Нет, военная.

— Кто станет устанавливать взрывчатку в таком Богом-Императором забытом месте? — спросил Девриес.

— Отличный вопрос, — ответил Чавис.

— На который у нас нет времени отвечать, — прервал его Ульрих. Он стоял на заднем трапе машины. — Продолжим движение.

Эрдон достал руку, перчатка была покрыта пятнами какой-то темной жидкости. Он понюхал её и поднял руку.

— Темпестор, это топливо.

Чавис опустил голову и медленно выдохнул.

— Это возможно починить?

Эрдон встал.

— Да, сир, можно залатать достаточно, чтобы доставить нас к жил-краулеру. Но если мы потеряли слишком много топлива…

— Я знаю. Приступай.

Ульрих вскинул руки и вернулся внутрь транспорта. Эрдон ползал под «Тауроксом», пока остальные стояли на страже. Отпрыск работал почти полчаса, перед тем как снова появиться на виду.

— Мне удалось всё исправить, сир, — сказал он Чавису, — но днище получило множественные повреждения от шрапнели.

— Достаточно ли у нас топлива, чтобы вернуться?

Эрдон покачал головой.

— В таком случае, нам нужно обсудить это с инквизитором.

— Обсудить с ним что, конкретно? — раздался голос Ульриха. Он сидел рядом с задним трапом.

— О том, что мы делаем дальше, сир. Так как у нашего транспорта недостаточно топлива, я рекомендую связаться с Сестрами Битвы и запросить эвакуацию.

Ульрих встал и прошагал вниз по рампе.

— Однозначно нет.

— Сир, другие варианты…

— Темпестор! — прокричал Брандт. Он расположился на высокой насыпи покрытых мхом кирпичей и махнул рукой, показывая, что нечто приближалось к их позиции.

— Отпрыски! — рявкнул Чавис.

Девриес, Савдра и Фией уперли винтовки в плечи. Эрдон быстро сбросил защитные перчатки и схватился за митральезу.

В воздухе раздавался звук моторов. Со скрипящим звуком шин из-за угла разрушенного здания вырвались три шестиколесных лимузина без крыши. В них сидели люди в потертых и ношеных униформах цвета выцветшего песчаника, с темно-синей вышивкой по швам брюк. Большая часть их вооружения использовала пули большого калибра, но Чавис насчитал ещё как минимум три выглядящих рабочими гранатомета. Никто из них не носил кепок или шлемов, руки и лица были обожжены солнцем и покрыты волдырями. Каждый из этих солдат выглядел так, будто с того момента, как он в последний раз хорошо поел, прошли месяцы.

— Переход на «автономный огонь»! — прокричал Чавис.

Лимузины резко развернулись, и находящиеся на борту открыли огонь. От камней и брони отпрысков начали отскакивать пули. Двое солдат в униформах подняли переносной гранатомет и выстрелили в «Таурокс». Врезавшийся с его бок снаряд превратился в грохочущий огненный шар.

Чавис и отпрыски открыли ответный огонь из всех орудий. Четыре солдата в переднем лимузине получили по лазерному лучу, проплавившему их броню и поджегшему одежду. Эрдон закончил подготовку митральезы и обрушил на машину воющий шквал лазерного огня, прорвавший броню вокруг двигателя. Первая машина взорвалась в столбе дыма и пламени.

Солдаты из двух других машин окатили отпрысков пулями. Савдра и Брандт убили за это ещё двоих. Девриес дернулся и упал на спину, схватившись за левую руку, где пуля попала в промежуток брони.

— Я в порядке, — прокричал он.

Лимузины развернулись и начали отходить по другой улице. Эрдон вновь выстрелил из митральезы. От её тяжелого корпуса пошел дым. Большая часть выстрелов попала в стены и улицу, оставляя за собой кусочки стекла. Однако один из лимузинов получил попадание в заднюю часть и взорвался, подбросив в воздух тела пассажиров, которые упали на покрытый сорняками тротуар.

Третий лимузин унесся вдаль.

Чавис рубанул воздух ладонью.

— Прекратить огонь и выдвинуться вперёд.

Отпрыски бегом добрались до места, где дымилась первая взорванная машина, и заняли позицию у осыпающейся стены. Чавис схватил ботинок мёртвеца и затащил тело внутрь дверного проема. Темпестор осмотрел лицо человека со всех сторон и оценил его одежду.

— Профессиональная выделка, — сказал он. — А такие бронежилеты не доступны обычным лизийцам.

— Его оружие содержится в рабочем состоянии. — Эрдон указал на большую нашивку на левом плече трупа. На ней были изображены несколько белых звёзд на темно-синем поле, а поверх желтыми нитками вышит выцветший номер 99. — Что насчёт этого?