Чтение онлайн

Сектор раскопок был тщательно разделен на одинаковые участки, ограниченные колышками с натянутыми на них веревками и утыканные табличками. Неподалеку виднелись две хозяйственные постройки в виде бунгало, но я сомневался, что там хранится много находок. Спарта — город, приводивший в отчаяние своей археологической скудостью еще в те времена, когда исследователи прошли первые пласты и археологи лишь приступали к фундаментам. С тех пор, насколько я мог судить, мало что изменилось.

— Так это и есть твой античный город? — состроив гримасу, спросил Ганс.

— А что ты ожидал здесь найти? — поинтересовалась Амина.

— Колонны, храмы, ну, не знаю что. Здесь нет ни единого фрагмента какого-нибудь сохранившегося памятника!

— Ты преувеличиваешь. Посмотри вокруг.

— Остатки стенки! И это Византия!

Фано вышла из бунгало и махнула нам рукой. Познакомившись с моими спутниками, она предложила нам пройтись по раскопу.

— Мы думаем, что жертвенник Ахилла — ведь именно он вас больше всего интересует? — был в акрополе, вон там, около святилища муз.

— Простите меня, но где вы видите акрополь? — вмешался в разговор Ганс.

— Вон там. Прямо перед вами. На северо-западе.

Мой стажер посмотрел на небольшой холм с торчащими кое-где каменными блоками, расположенными в шахматном порядке, на который ему указала Фано, и плечи его опустились.

— А… вижу…

— Погодите, вы скоро поймете… — Фано, которую позабавило разочарование Ганса, вытащила из-за пояса план раскопа и развернула его перед ним: — Вот жертвенник Ахилла. А вот здесь — храм Геракла.

Чем больше Ганс рассматривал тщательно составленный план и оглядывал то, что его окружает, тем больше кривилась его физиономия.

— То ли у вас такое неуемное воображение, — сказал он, — то ли мне нужны очки, потому что лично я вижу только куски гипса и холмики земли. А настоящих руин у вас нет?

Моя коллега посмотрела на него и расхохоталась.

— Этот план был составлен при основании города и по античным источникам, Ганс, — вступил я в разговор. — Вид с самолета мог бы тебе… А это что? — спросил я, указав пальцем на красные завитки вокруг храма Артемиды.

— Тропинки, которые мы обозначили на раскопе пять месяцев назад. Возможно, это улочки, вдоль которых были построены дома, но, к сожалению, от них не осталось ни малейшего следа.

— Это я уже видел, — сказал я.

— Не может быть, мы никому не показывали это и до конца раскопок не станем публиковать.

Я напряг мозги.

— Может, в газете? — предположила Амина.

Ганс помотал головой.

— Нет, я, наверное, помнил бы, вот посмотрите, это образует как бы лабиринт с кружком посредине, — показал я.

— Это жертвенник Артемиды, — уточнила Фано.

— Сплетение улочек с кружком посредине… — бормотал я, сам того не осознавая. — Да, конечно! Газета!

— А я тебе говорю, что нет, — упрямо повторил Ганс.

Но я его уже не слушал, начав рыться в своем рюкзаке, словно от этого зависела моя жизнь.

— Мор! — не выдержала Фано. — О чем вы говорите? Какая газета?

— Вот! — потряс я клочком газетной бумаги, на котором Бертран Лешоссер написал номер телефона и имя своей помощницы в Александрии. Смотрите. Это не план квартала Амины, а план храма Артемиды Ортии.

— Ты прав, — согласилась Фано. — Должно быть, он срисовал его, когда приезжал сюда.

— Возможно, это означает, что гробница Ахилла находится здесь? — взволнованно спросил Ганс.

Я пожал плечами.

— Ахилл и Артемида? Здесь нет никакой связи, — уверенно сказала Фано, — и я не вижу, где она могла бы находиться. Мы сейчас копаем пласты примерно две тысячи семисотого года и не нашли ничего, что напоминало бы гробницу. Пойдите посмотрите сами.

Амина, Ганс и я исходили городище вдоль и поперек, едва выкроив время для обеда. И все впустую.

— Вот тот кусок еще не раскопали, — указал какой-то молодой человек, весь покрытый веснушками.

— Нет, это не здесь, — ответил я, погружая совок в рыхлую почву, — здесь тина и аллювий. [74] Мы ведь совсем рядом с Эротом.

Фано, которая присоединилась к нам, вздохнула, разочарованная, как и мы.

— Мне очень жаль, Морган. Не представляю, где еще искать. Мне кажется, более логично было бы осмотреть место акрополя.

Амина согласно кивнула:

— Она права. Мор…

Тут раздался страшный грохот, и молодой археолог выругался.

— Они грохочут каждый день в одно и то же время! — сказал он, бросив взгляд на часы.

— Что это? — спросил я.

— Станция очистных сооружений, — ответила Фано.

— Три года назад она так не шумела.

— В прошлом году там заменили турбины. Они начинают работу в пять часов вечера, когда у нас самое благоприятное время, и устраивают дьявольский тарарам. Добро пожаловать в современную Спарту, Морган. На сегодня кончаем! — крикнула она своей группе, махнув рукой. — Пора по домам!

Ганс опустился на мраморную плиту и обтер лицо полой майки.

— Ну как, завтра продолжим?

— У нас, право, нет иного выхода, Ганс. Посмотрим, что сможем найти около акрополя.

Не чуя под собой ног, мы попрощались с археологами, и я тепло поблагодарил Фано.

— Я подвезу вас? — предложила она.

Фано доставила нас в гостиницу, где Ганс, приняв душ, свалился на постель. А мы с Аминой все же спустились в ресторан и поужинали, почти молча. Мы были настолько утомлены, что у нас не было сил разговаривать. Полтора года, проведенных в Лувре, ослабили меня, и я уже не выдерживал таких расстояний.