Чтение онлайн

— Тебя удивило, что я друг хроши?

— Да, — призналась Мабатан.

— Я был еще ребенком, мне едва исполнилось одиннадцать лет, когда пришлось спасаться от клириков, патрулировавших реку на катерах. В одном из них были дети, и некоторых клирики стали выбрасывать в воду. Сначала дети беспомощно барахтались, а потом начали тонуть, но люди Дария со смехом уплыли прочь. Я уже тогда хорошо плавал и знал, что мне делать. Но дети были немного странные, и я на мгновение замешкался. Этого мгновения оказалось достаточно — я спас четверых, а пятая к тому времени уже захлебнулась и умерла. Мы сидели на берегу с детьми, к нам подошла взрослая женщина-хроши и взяла у меня умершую девочку. Она отвела нас всех через подземные туннели в какое-то помещение. Несколько собравшихся там хроши вынули ножи. Я уже было подумал, что они собрались меня зарезать, но они сделали мне вот это, — сказал он, показав знак у запястья. — Они смешали мою кровь с кровью четверых хроши, которых я спас. С годами они научили меня своему языку, и мы храним верность нашей дружбе и по сей день. Я рад, что тех четверых не оказалось среди погибших.

— Что же это за новое оружие? Ты заметил хоть что-нибудь?

— Нет, я бы тут же рассказал про это Мизе. Ты слышала взрыв?

— Слышала.

— Мне показалось, что рвануло, когда оружие накренилось. Значит, если подобраться к нему поближе, его можно уничтожить. Металлические фрагменты не представляют собой ничего особенного — так, просто покореженные куски от уничтоженного оружия. Воинов убивал не металл. Я так и не смог определить, от чего погибли хроши. Понимаешь, Мабатан, на некоторых из них не было ни единой царапины. Вообще ничего. Но…

— Ты что-то почувствовал?

— Не знаю, как тебе это лучше объяснить. Но у меня возникло такое странное чувство, будто хроши поглотила какая-то чудовищная пустота, а потом выплюнула их тела, предварительно высосав все их жизненные силы. Как мы иногда косточки выплевываем… — Жало отвел взгляд в сторону. — Но ощущения мои не важны. Главное, что это оружие было создано по распоряжению Дария. С этим чудовищем мы должны вступить в бой…

Мабатан еще подождала, но Жало больше к ней не оборачивался и молчал. От леденящей кровь жути по спине девушки пробежали мурашки. Какую судьбу уготовил им Хранитель Города?

Мабатан и Жало приехали в лагерь братьев на следующий день. Там царило лихорадочное оживление, потому что съехалось много приглашенных, братья казались настороженными, обстановка — напряженной.

— Роун из Негасимого Света создал для нас непростую проблему. Мы не привыкли к приемам гостей, с гостеприимством у нас слабовато, да и дипломаты мы никакие. — Брат Жало кивнул в сторону важного господина в черном бархатном балахоне и негромко сказал: — Вот тебе прекрасный пример — правитель Селиг. Он приехал вчера в сопровождении свиты. Именно поэтому я находился так далеко от лагеря — должен был обеспечить безопасность его проезда.

— Прошу меня простить, — донесся до них властный голос правителя. Братья, деловито возводившие большой шатер, прервали работу, чтобы его выслушать. — Моей жене и сопровождающим нас лицам нужна горячая вода для купания.

Братья уставились на Селига с таким недоумением, будто тот говорил с ними на иностранном языке, и Мабатан даже прикрыла рот рукой, чтобы не расхохотаться во весь голос.

— Горячая вода, — повторил он, — чтобы принять ванну.

Увидев Жало, братья вздохнули с облегчением. Но их начальник лишь пожал плечами, дав им понять, чтобы они продолжали заниматься своим делом.

Следуя за братом Жало в лагерь, Мабатан обратила внимание на высокую женщину с проницательным взглядом, стоявшую рядом с правителем. Ясно было, что это его жена. Она старалась выглядеть скромно и непритязательно, но Мабатан сразу поняла, что женщина принадлежит к народу апсара.

— Дорогая, — обратился правитель Селиг к жене. — Такое впечатление, что эти неотесанные головорезы не имеют представления о том, что я им говорю.

Жена правителя взглянула на Мабатан и чуть заметно ей подмигнула. Ясно было, что она тоже понимала, кто такая Мабатан, может быть, именно потому, что девушка сразу ее распознала. Ей бы следовало понадежнее скрывать то, что ей ведомо, подумала Мабатан.

— Пойдем, — обратился к Мабатан брат Жало. — Перед тем как начать разговор с Роуном, мне хочется тебе кое-что показать.

Он провел ее под навес, где пятеро братьев склонились над большим плоским камнем, создавая на нем образ Друга. Каждый держал в руке небольшую воронку и, целиком сосредоточившись на своем деле, сыпал на камень песчинки цветного песка. Этот процесс заворожил Мабатан, переключив на себя ее внимание, настолько, что она видела, как каждая отдельная песчинка занимает свое место на целостном каменном полотне изображения. Но столь захватывающее занятие было прервано звуками знакомых голосов.

Роун остановился у самого навеса. Его окружали улыбавшиеся Камьяр, Лампи и Кира, а сбоку к их компании пристроился мрачный брат Волк.

— Бабушка моя прибудет сюда через пару часов, — сказала Кира.

Мабатан поняла, что Роуну об этом уже известно. Это означало, что все шло по плану и Виллум со Стоув приедут вместе с ней.

— Сколько человек прибудут вместе с Энде? — не скрывая раздражения, спросил брат Волк. По его тону было ясно, что все эти назойливые гости, собравшиеся в лагере братьев, особой радости ему не доставляли.

— Не меньше двенадцати, — беспечно ответила Кира.

Волк напрягся, видно было, что он сдерживается из последних сил, и в этот момент обстановку разрядил Лампи.

— Почему бы, брат Волк, нам не поставить несколько палаток для вновь прибывших гостей в восточной части лагеря? Тогда всем можно было бы обеспечить надлежащие условия и спокойствие. — Мабатан наблюдала, как внимательно Лампи смотрит в угрюмое лицо Волка. — Разве я не прав? — спросил он его, выдержав непродолжительную паузу.

Все затаили дыхание, а Волк с удивлением уставился на Лампи. Не заметив никакого подвоха, Волк расслабился и повернулся к Роуну.

— Я прослежу за этим, — сказал он и, вежливо кивнув Кире, уверенно направился к центру лагеря.

— Неплохо, мой юный друг! — одобрительно заметил Камьяр. — Ты, можно сказать, одержал дипломатическую победу! Хотя этого и следовало ожидать — ты ведь у нас прирожденный актер, а потому обладаешь выдающимися способностями и к политике. Браво!

Пока Камьяр расточал комплименты Лампи, Мабатан, оторвавшись от картины, собралась подойти и поприветствовать друзей, но тут внимание Роуна привлекло что-то на противоположном конце лагеря. Мабатан вздохнула, и рука ее, протянутая в приветственном жесте, застыла в воздухе.