Чтение онлайн

Пока она спала, прошел дождь, и воздух был наполнен свежестью. Несмотря на велосипедный шлем, волосы после поездки превратились от влаги в крупные завитки. Наспех причесавшись, Йилл сунула в сумку зеркальце. Береговой патруль вызывал: погас маяк Нурсборга.

— Ладно, проверю, — устало ответила Йилл.

Открыв список маяков, она обнаружила, что маяк Нурсборга не настолько важен, чтобы отправлять навигационное предупреждение. Йилл зевнула, встала и подошла к окну. «Один», судно из Гамбурга, только что миновало шлюзовые ворота. Фред шел по берегу с тросом, ведя судно, точно огромную собаку. Лоцман в неоново-желтой куртке ждал вместе со своим учеником. Как только судно оказалось на своем месте, они поднялись на борт, на шестую палубу, где располагался капитанский мостик. Йилл помахала им, без особой уверенности, что ее видят.

Ночь предстояла явно суматошная. «Маверик» должен войти в шлюз через час, а у острова Сэльскапсхольмен он встретится с датчанином «Дюра Булк». Заранее был запланирован развод моста, по которому проходило шоссе Е-4. Но после дополнительных переговоров лоцманы решили, что судам лучше встретиться к северу от Лина, иначе пришлось бы стоять и ждать, стараясь удержать суда в неподвижности в узком проходе. Единственная проблема заключалась в том, что тогда «Маверику» потребуется больше времени, чтобы дойти до моста Е-4 и находящегося рядом железнодорожного моста, которые следовало развести одновременно. А развод железнодорожного моста нельзя провести когда заблагорассудится. Тут все решает железнодорожная компания, к тому же развод моста учтен в расписании поездов.

Вода в канале блестела черной смолой. Йилл смотрела, как «Один» выходит из шлюза и удаляется по каналу. Фред остался на берегу: он кричал что-то людям на яхте, болтавшейся у ворот шлюза. Вероятно, она должна была направиться в гостевую гавань.

— Хотите в шлюз — заходите!

Ему пришлось повторить это несколько раз. На яхтах порой вели себя совершенно бестолково. Как будто голос из громкоговорителя был частью какой-то шутки со скрытой камерой. Наконец яхта робко и стыдливо скользнула в шлюз, будто скрываясь от посторонних глаз. Зеленый навигационный огонь светился в темноте. Фред наклонился, подался вперед и принял сто сорок крон — плату за выход из озера Мэларен. Через минуту на лестнице раздались его шаги. Он не любил лифтов, испытывая клаустрофобические ощущения с тех пор, как пару лет назад застрял в лифте и просидел там несколько часов.

— Я считал себя крутым парнем, — рассказывал он после. — Но, ребята, вы бы видели меня в этой железной клетке. Черт, я бился в панике.

Йилл вспомнила его жену. Интересно, что там у них с разводом? Может, она решится поговорить с ним об этом позже, когда уляжется суматоха. Ей нравился Фред. Он был надежным, стабильным, не суетился и не поддавался на провокации. Он словно создан для своей профессии. Но последнее время на него было больно смотреть. Он постарел, вдруг обнаружила Йилл. Походка потяжелела, плечи будто съежились, голова вжалась в плечи. Конечно, он уже немолод — до пенсии осталось всего несколько лет, но изменился он так, что это бросалось в глаза.

Сейчас Фред стоял у мониторов и с помощью дистанционного управления разводил мост Мэларбрун, чтобы «Один» прошел дальше. На экране росла цепочка автомобилей. Йилл знала, что в эту минуту сидящие за рулем ворчат и ругаются. Люди не умеют ждать, даже несколько минут.

Когда лоцман «Маверика» сообщил, что находится у острова Сэльскапсхольмен, Фред развел Мэларбрун и вместе с Ниссе спустился на берег. Глядя на монитор, Йилл увидела, как судно миновало разводные части моста и вскоре двинулось дальше по каналу, белое и тихое, точно корабль-призрак. Носовая часть отражалась в воде. Судно продвигалось по каналу мучительно медленно — чтобы не зацепить ворота шлюза, на этом участке речь шла о сантиметрах. Йилл стояла у окна и смотрела на коллег, как они жестикулируют и переговариваются по рации. Лоцману требовалась помощь: кто-то должен был подтвердить, что судно полностью вошло в шлюз.

В эту секунду зазвонил ее мобильный, в качестве сигнала она выбрала «Du hast» группы «Раммштайн». Тор поддразнивал ее за это: «„Раммштайн“! Ты вроде уже не подросток!» Йилл не обижалась — его слова звучали как милая дружеская шутка. Ему это на пользу — как, впрочем, и ей. Всю поездку она только и ждала, чтобы кто-нибудь позвонил. И позвонили — но только однажды, сразу после того, как они вышли из самолета в Тромсё. Это был норвежский мобильный оператор «Теленор» — приветственное смс. Остальное время телефон молчал.

Наконец Йилл удалось выудить мобильный из сумки.

— Йилл Чюлен, — строго произнесла она.

— Не помешал? — Это был Тор.

Внутри вспыхнула радость.

— Нет, недолго поговорить могу. А вообще сейчас дел много, конечно. Как ты? Пришел в себя?

Голос Тора звучал напряженно.

— Было так жутко… понимаешь, мне снился сон.

— Сон?

— Да. Я спал и вот проснулся.

— И?

— Я стоял на берегу и вдруг увидел, как что-то плывет по воде.

Он умолк.

— Так… — медленно произнесла Йилл. — Что было дальше?

— Я знал, что мне нужно каким-то образом туда добраться. Это было совершенно необходимо, я должен был увидеть, что это такое, кто это…

— Это был человек?

— Да, — глухо отозвался Тор. — Человек.

Йилл ждала.

— Ноги словно проваливались в песок, он забивался в ботинки, не давал двигаться. Я пытался поднимать ноги, у меня до сих пор болят мышцы бедер. По-настоящему. Понимаешь, Йилл? — Тор заговорил громче: — У меня болят мышцы, как будто все происходило в реальности.

Йилл сглотнула.

— Наверное, ты их потянул, — быстро произнесла она. — Потянул во сне.

— Наверное.

— Так бывает, это как судороги.

— Не знаю.

— А потом?

Он прочистил горло и зашелся жутким кашлем курильщика, как всегда после сна. Йилл молча ждала. Отдышавшись, Тор заговорил снова.

— Вдруг я услышал звук за спиной, — хрипло произнес он, — и обернулся. Там стояла она. Ну, знаешь, она.

Зазвонил телефон на столе Йилл. Она сделала глубокий вдох, чувствуя, что воздуха не хватает.

— Кто? Кого ты имеешь в виду?

— Та женщина, Жюстина Дальвик.

Шесть сигналов, семь.

— Тор, мне надо…

— Понимаю.

— Я перезвоню тебе, ты дома?

— Прости, Йилл. Не надо было тебя беспокоить.

— Все в порядке, я перезвоню, — повторила она, но он уже отключился.

Она сняла трубку рабочего телефона. Было поздно.

— Черт, — выругалась Йилл.

В ту же секунду раздался вызов с «Одина».

— Мы прошли мимо Флэсклёса пять минут назад.