Чтение онлайн

Он задумался, позабыв по стук, но тот повторился, оборвав мысли.

Прислонил ухо к ставне, прислушался. Сразу стало слышно, как кто-то шевелится там, скребется, просится внутрь.

Митридан открыл окно и отодвинул ставень. За окном разлилась темнота, сквозь которую, облитые скудным звездным светом виднелись стены домов и сараев. От сырой земли поднимался запах чего-то гнилого, каких-то помоев. Сырой ночной воздух в окне взвихрился и рванулся вовнутрь вместе с большой коричневой птицей. Когти клацкнули по дереву. Птица!

Ручной сокол проскакал по столу и застыл над древним пергаментом, наклонив голову, рассматривая и узнавая. Колдун остался недвижимыми, только сердце стукнуло по особенному, колыхнулось в груди. Не чужой сокол-то был, ох не чужой… Осторожно, стараясь не спугнуть птицу, он закрыл ставни, натянул на руку плотную рукавицу из кожи. Птица сидела, смирно оглядывая колдуна, словно ждала от него какого-то знака.

Митридан протянул руку и сокол, шумно взмахнув крыльями, уселся на нее. Колдун приподнял птицу повыше, поднес к светильнику. Так и есть. Сокол прилетел с вестью. Сердце сжалось и по спине словно сквознячок прокатился. Знобливый такой, холодненький.

Колдун передернул плечами, подобрался.

Трехмесячное сидение княжеским гостем в этой глуши сразу обрело смысл. Не тех шапок золота и жемчуга, что удалось вытянуть у хозяина, а настоящий смысл. Смысл, понятный посвященным в тайну.

Не в силах сдерживать более нетерпение, Митридан сорвал послание с птичьей лапы и, не глядя, сунул птицу в клетку. Сокол обиженно пискнул, но человеку было не до него. Он не стал оттягивать, прошептав сквозь стиснутые зубы. "Если получилось, то получилось, а если нет…Тогда получится в другой раз!" Кусочек кожи развернулся в его руках. На пергаменте, так что не заметить было не возможно, разместились две перекрещенные косым крестом черных палочки. Несколько мгновений он смотрел нан их, соображая не кажутся ли они ему, не морок ли все это, а потом, не удержавшись на ногах от нахлынувших чувств, упал на лавку и уронил голову на стол. Птица в клетке заорала, словно предупреждала хозяина, что он все понял не правильно, что не надо отчаиваться, но колдун уже пришел в себя от нежданной радости и грохнул кулаком по столу.

Получилось! Получилось!!! И никакого другого раза не нужно!

Колдун смел свиток на край стола, водрузил перед собой подставку - три скрепленных друг с другом павлиньих лапы и осторожно положил сверху Шар. Огонь в маленькой жаровне затрепетал, словно пучок петушиных перьев на ветру. Колдун бросил в пламя несколько щепоток зеленоватого порошка. Попав в огонь, порошинки серебристо взблеснули и превратились в пурпурный дым, потянувшийся к хрусталю. Когда дым коснулся Шара, тот вспыхнул, но огонь за стеклом быстро распался на световые точки, закружившиеся словно светлячки. Нетерпеливо постукивая ногой по полу, колдун ждал, ждал, жал. Нетерпение дышало в затылок, но ничего поделать было нельзя.

–  Слушаю тебя, Митридан.

Голос, донесшийся из Шара, звучал отчетливо, но тихо.

–  Это я тебя слушаю, - стараясь говорить спокойно, отозвался колдун.
– Птица принесла весть.

Из шара донесся смешок.

–  Так ведь тогда мне и сказать тебе нечего. Раз птица у тебя, то ты и так все знаешь.

Колдун молчал, ожидая прямых слов, а не намеков на истину. Голос в Шаре не выдержал первым.

–  Ну ладно, ладно… Взяли мы, что ты просил.

Шар позеленел и колдун вздохнул. Нет. Жизнь не была виденьем. Все тут было взаправду.

–  С кровью взяли?

–  Не без этого… Хорошие воины у князя Черного. Двоих моих подранили.

–  Сочувствую, - бесстрастно отозвался колдун, сдерживая бушевавшую в груди радость, в которой не было места чужим неприятностям. Его собеседник, словно почувствовав его настроение, отозвался:

–  Брось… Не стоит. Не так уж они, выходит, хороши были, если позволили себя ранить. Кстати, спасибо за колдовство. Если б не оно, еще не ясно чем бы там все кончилось… Когда ты собираешься заплатить нам остальное?

Теперь шар был похож на стеклянный кубок, заполненный мутной зеленой водой. Голос разбойника стал деловым.

–  Как и договаривались - при первой же встрече… - мгновенно ответил колдун. Радость, что плясала в нем, просилась наружу, и он не сдержался.
– Я рад, что у тебя все вышло!

–  Верю тебе, - отозвался собеседник.
– Похоже, что не только я, но и ты на этой вещи кое-что заработаешь.

Колдун не позволил своему смеху вырваться наружу. Что он знал, что понимал, этот разбойник?

–  Не знаю как я, а ты - точно… Дорогу, что ведет из Чернигова в Журавлевское княжество, знаешь?

Невидимый собеседник засмеялся.

–  Хаживал…

Шар вместо зелени вспыхнул желтым светом.

Колдун понял, что спросил не то. Тот, другой, не столько хаживал по дороге, сколько сиживал где-нибудь за кустами, в удобном месте, поджидая купцов. Ну, да ничего. Не страшно.

–  Если ты в Чернигове еще, то выйдешь через южные ворота, и по дороге, никуда не сворачивая. Понятно?

–  Понятно.

Шар снова стал мутнозеленым. Митридан довольно кивнул. Теперь разбойник не врал - все понял. Да и как тут не понять?

–  Через три дня встретимся на ней у брода через Кузяву. Найдешь?

–  А что "у брода"? Давай я его к тебе принесу.

Колдун замолчал. Соблазн был велик. День, ну, может быть два дня, и талисман будет у него в руках…

Он встряхнул головой, отгоняя глупые мысли. Нет нельзя. Тут был свой волхв, немалой силы, а талисман следовало бы держать подальше от такого сильного волхва. По крайней мере, пока. Пока он сам не понял, что это такое.

Что-то этот талисман мог. Что-то такое, о чем он, Митридан, пока не знал, но о чем следовало бы побольше разузнать. Не зря им заинтересовался один из самых сильных магов Империи. Он постучал пальцами по столешнице, мечтательно прикрыл глаза. Кто знает? Может быть, в нем скрывается сила, которая поставит его, Митридана, вровень с самыми сильными? Соблазн завладеть таким сокровищем мог возникнуть у любого колдуна. Поэтому не стоило искушать ни их, ни Судьбу и он твердо сказал:

–  Не стоит. Мне так удобнее.