Чтение онлайн

– Наверное, нет, – нахмурился он. Сэра согласно кивнула.

– Думаю, они знают о тебе. Они были очень осторожны, чтобы вывезти отсюда Таера за пределы царства лесного царя… Я думаю, они знали о нем тоже. Они оставили, но очистили у Фроста тело, шкуру и сбрую так, чтобы я не смогла прочитать прошлое. Они потратили много времени на то, чтобы череп молчал – и почти преуспели.

– Никто не знает о лесном царе, – сказал Лер, переворачивая лопатой последний ком сырой земли. – Но Хенна сказала, что тот, кто прислал священнику письмо, знал, кто мы.

– Да, – согласилась Сэра. – И как они узнали не только то, что я Ворон, но и какие у меня способности? Большинство Воронов не могут считывать прошлое предметов и объектов. Эти люди знали, какой дорогой Таер будет возвращаться домой…

Лер нахмурился.

– Даже я не знаю, какой тропой папа воспользуется. Он всегда молчит, потому что мех стоит больших денег. Ты заметила, что нет ни одного следа от шкурок? Обычно они упакованы и приторочены к задней части туловища Фроста, которая даже не обгорела?!

– Нет, нигде не заметила, – ответила Сэра. – Какие же они расчетливые.

Лер принялся ногой утрамбовывать землю.

– Думаю, что кто-то мог прослышать, что Джес рассказывает о лесном царе. Хотя Джес редко болтает с кем-нибудь, кроме своей семьи. В любом случае, никто даже не обращает внимания на то, что он говорит. И если до тех пор, пока не приехал Фордер с уздечкой Фроста, никто из нас не знал, какую ты можешь применять магию, кто же мог знать о твоих способностях?

Она молчала, ожидая, какой вывод он сделает. Если он придет к тому же ответу, что и она…

– Бандор иногда охотился с папой, не так ли? – прошептал Лер. – В первые годы, когда надо было поддержать вас? Джес был еще младенцем?

– Правильно, – ответила Сэра.

– И после того, как вы поженились, Бандор был единственным, кто общался с вами. Он много знает о Вечных Странниках… Ты говорила ему, что ты умеешь делать?

– Да, – ответила она.

– И Бандор знает рассказы Джеса о лесном царе. Но он не верит им, мама.

Она мрачно усмехнулась.

– Что, если я скажу тебе вот что: на очень древнем языке «элл» означает «царь», или «властитель», а «ванаил» – «лес». Если ты соединишь эти два слова вместе…

– Эллеванал?

Сэра никогда раньше ни у кого не видела, как от удивления отвисает челюсть: неприглядное зрелище.

– Ты хочешь сказать, – прошептал сын, – что Эллеванал – царь леса и растительного мира, и Эллеванал из Карадока – тот самый лесной царь Джеса?

– Я не знаю, – ответила она. – Сегодня я с ним встретилась впервые – и не спросила. Ведь он же не выглядит как божество! Но я знаю, что Таер в этом был уверен, что он говорил твоей тете Алине, что он думает.

Алина, как всегда, была в своем репертуаре: она говорила Таеру, что Сэра вряд ли может уделить Джесу должное внимание. Что Сэра поощряет Джеса, слушая истории о вымышленном друге. «Мальчику, – говорила Алина, – необходимо понять, что ложь неприемлема». Ей не нравилось, когда Таер высказывал предположение, что Джес совсем не лжет.

Сэра опять мрачно усмехнулась.

– Бандор был там, когда она это говорила. Но Лер беспокоился о другом:

– Все-таки лесной царь принадлежит этим местам: нашему лесу. Эллеванала почитают везде. Я хочу сказать, Карадок имеет учеников, и в Корхадане есть церковь побольше.

– Я не поклоняюсь богам, – ответила Сэра. – А тебе надо обсудить это, когда в следующий раз встретишься с лесным царем.

Лер подумал над ее словами, но, похоже, был удовлетворен, поэтому сменил тему.

– Дядя Бандор любит нас, он любил… любит папу. Он не сделает ничего во вред папе.

– Я тоже верю, – согласилась Сэра. – Но ты и я вместе пришли к его имени. Он стал одним из последователей Волиса. Я думаю, что нам надо быть с ним осторожными, пока мы не получим больше информации.

– Что же мы будем теперь делать?

– Сначала закончим здесь, потом у меня есть несколько вопросов к священнику. Ты знаешь, как быстрее попасть в Редерн?

– Да, – ответил он. – Но не раньше, чем стемнеет.

– Неважно, – холодно ответила Сэра. – Я не побоюсь разбудить несколько человек.

Или разорвать их на кусочки. Таера забрали живого – иначе она не смогла бы этого вынести, – и она собиралась найти его, где бы он ни был. А «разорвать кого-то на кусочки» звучало очень, очень хорошо. Пусть Волис встретится лицом к лицу с Вороном, который знает, кто он, когда у него не будет за спиной колдунов, которые бы его защитили. О! Она сегодня не ляжет спать, пока не получит от него ответы.

– А как же Ринни? – спросил Лер.

– Джес, наверное, уже доставил Хенну в деревню и скоро должен быть дома. С ним Ринни будет в безопасности.

Гура залаяла, и Ринни отвлеклась от растений. Но тот, на кого лаяла собака, находился с другой стороны дома.

Ринни вскочила на ноги и смахнула с юбок пыль. Она взяла Гуру за ошейник и отправилась посмотреть, кто же там пришел.

Он открыл глаза. Абсолютная темнота и холодный каменный пол под щекой, хотя он не помнил, чтобы собирался спать. Он глубоко вздохнул и попытался определить, как здесь оказался и где это «здесь». Последнее, что помнил Таер, как он в горах верхом на Фросте возвращался домой.

Неоспоримо одно: он уже не в горах. Каменный пол под ладонью был плоским, хотя пальцы нащупали следы зубила. Значит, он в комнате, хотя где-то поблизости слышится журчание воды.

Он осторожно поднялся на четвереньки и стал на ощупь передвигаться вперед, пока на полу не накрыл ладонями решетку, под которой слышался звук текущей воды. Прутья были расположены слишком близко друг к другу, поэтому ничего, толще пальца, сквозь них не пролезало, и до воды было не достать. Он пытался решетку поднять, но ничего не получилось.