Чтение онлайн

– Мастера – колдуны – кроме Теллериджа, держат свои личности в тайне, – ответил Таер. – У меня есть еще имена Хищников.

Форан внимательно прислушивался к перечислению лиц, где были фамилии, начиная от Дувера – секретаря Совета, до капитана дворцовой охраны, включая значительное количество торговцев и ученых.

– У тебя поразительная память, – мимоходом заметил Форан. – Ты услышал о них всех за последние два дня?

– В основном сегодня, – согласился Таер. Он слегка улыбнулся. – Барды должны иметь хорошую память, Воробышки с удовольствием смаковали величие быть членом Тайного Пути.

Форан верил ему, но страстно хотел, чтобы все было не так.

– А что если, – задумчиво протянул он, – а что если я тебе скажу, что Путь вербует неугомонных младших сыновей и их двоюродных братьев среди аристократов Империи, когда тем исполняется лет пятнадцать. Эти дети являются трудными в своих семьях. Запомни, Путь руководствуется одним правилом, когда берет в свои ряды эту молодежь: они не могут быть прямыми наследниками любого септа.

– Я заметил много септов среди Хищников, – согласился Таер, ясно видя, что беспокоит Форана. – Но так как я давно не слышал о повальной волне убийств септов и их наследников, я допускаю другое объяснение: последняя война или та чума.

– Ты рассказал Памяти историю о Захваченном Тенью, – сказал Форан.

Таер был не глупым: он понимал, куда клонит Форан.

– Вы думаете, что один из мастеров Пути породил ту чуму? – спросил он. В отличие от Авара, в голосе Таера скептицизм не звучал – он принимал теорию Форана.

Итак, поддержанный пониманием, Форан продолжил:

– Чума двадцать лет назад была очень кстати многим Хищникам. Завтра я принесу бумагу и чернила, чтобы ты составил мне список этих септов. Потом я займусь небольшими изысканиями. Но я знаю, что Теллеридж, Горриш, Дженни, старый септ Легея и дюжина из тех, кого ты назвал, после этого стали наследниками. Некоторые из них являлись наследниками шестой-седьмой очереди.

Форан взглянул на Таера.

– Я слушаю, – подбодрил его тот.

– Мой отец умер от чумы. Его брат – мой дядя – был назначен регентом. Когда мне исполнилось двенадцать лет, его отравила любовница, и Совет под руководством Горриша неформально принял на себя регентство. Сын септа Легея – Авар – взял меня под свое крыло. – Форан улыбнулся, но улыбка вышла совсем не веселой. – За последние несколько лет все улеглось, но когда мы познакомились, у него не было ни уважения, ни репутации.

Форан много думал после того разговора с Аваром перед заседанием Совета.

– Он был еще мальчиком, когда его родной отец начал настраивать его на воинственный лад. Старый септ настолько его подавил, что заставил принять во владение территории, которые были в лучшем случае никуда не годными, в худшем – опасными. Думаю, что он бы не искал моей компании, если бы его не заставлял отец. – Больно признавать такое, но Форан знал, что так оно и есть.

– Вы получили репутацию ненадежного человека с переменчивым настроением, – задумчиво произнес Таер. – Даже мы в такой глубинке, как Редерн, слышали об этом.

– Не могу сказать, что я не был добровольным участником, – честно признался Форан, хотя он хотел понравиться Таеру. К тому же всегда трудно принимать на себя ответственность. – Но если бы мой дядя остался жив, мне бы никогда не позволили тех излишеств, которых я уже вкусил.

– И теперь вы должны прийти к власти, – заключил Таер. – Вы какой по счету? Двадцать четвертый? Септы будут непосредственно под вашим руководством через пять лет?

– Может, я ищу тени, которых не существует? – спросил Форан.

– Я не знаю, – ответил Таер. – Но если сначала вы, то теперь и я тоже. Я смотрел на это, как на мою собственную проблему, или даже проблему Вечных Странников. Но столько септов могут сделать любую группу сильной, а сильные группы ищут еще большей силы, или власти. Я не знаю, как колдуны смогли создать выгодную для них чуму, но очень странно, что многие члены Пути выжили, чтобы стать наследниками.

– Я отправил письмо твоей жене, – нерешительно произнес Форан.

Таер резко вскинул голову, но Форан не смог понять, о чем говорил его взгляд.

– Я сообщил ей, что ты здесь, во дворце, – Форан говорил взахлеб. – Написал, что ты жив, но прийти сюда грозит опасностью. Я объяснил ей, что она может передать сообщение мне или через моего посыльного – он был одним из людей моего дяди и ушел в отставку десять лет назад. Мой дядя был проницательным человеком, и я сомневаюсь, чтобы кто-то из его людей переметнулся на сторону Пути.

Таер неожиданно рассмеялся.

– Сообщили ей, что это опасно, да? Форан согласно кивнул.

– Я подумал, что так будет лучше всего.

– Тогда мы можем спланировать ее присутствие через неделю после того, как она получит письмо, – сказал он. – И нам лучше для этого подготовиться. Вечный Странник не я, а моя жена. И если вы передали ей достаточно информации, она придет сюда и приведет всех Вечных Странников. – Он снова расхохотался. – Огромное спасибо!

– Заодно я написал и Геранту, – продолжил Форан. – Сразу после заседания Совета. – Он помолчал, задумавшись, стоит ли говорить дальше. – Письмо получилось очень длинным. Я рассказал ему о ситуации, которая сложилась из-за меня, затем попросил его прибыть сюда и помочь очистить Империю от Пути. Я написал ему, что меня фактически отстранили от управления Империей и что он честный человек.

Таер хохотал.

– Он захочет отблагодарить меня за это… он придет, без сомнений. Он несколько староват для сражений – ему сейчас около пятидесяти, если не больше, – но у него несколько замечательных сыновей! – Он начал играть спокойную мелодию и продолжил свою мысль: – Если Путь на самом деле такая скверная организация, как мы думаем, тогда лучше всего, если за твоей спиной будет стоять Герант. Колдунами его не испугать: насколько я помню, один из его зятьев – колдун, а тот обучил в свою очередь, еще нескольких. Я так понял, вы защитили его земли?