Чтение онлайн

Дмитрий Кабанов не был профессионалом. Визитная карточка президента хренсредькойкорпорейшен, New-York, 5-th Avenue, и адрес отеля, в котором остановился прилетевший бизнесмен, на набережной в Санта-Монике, произвели впечатление. И Кабанов соответствовал: он облачился для визита в полосатую сорочку, повязал галстук, принес в атташе-кейсе копии контрактов и рекомендаций. Правда, по русской хитрожопости, он сунул в карман брюк пистолетик, но Саня его выудил оттуда на пороге номера. "Ай-яй-яй, Дима, разве деловые люди так поступают? У тебя есть лайсенс на ношение оружия? Тюрьма по тебе плачет!"

Полагаю, что в этот момент Кабан предпочел бы все же сидеть в казенном доме под охраной полиции, а не в уютном номере с видом на океан (через наглухо закрытое окно), хотя ему предлагали на выбор виски, вино, пиво. Он понял, что, если даже будет орать во все горло, - никто не услышит. То есть когда-нибудь и услышат, однако Саня в соседней комнате, долго голосить не даст.

В общем, Саня оказался прав. Ни один человек за всю мою жизнь не испытывал такого непреодолимого желания говорить со мной. Нечто вроде словесного поноса, физиологическое недержание речи. Возможно, это была инстинктивная попытка скрыть свой страх, но страх проявлялся в дрожании рук, в тембре голоса, в заискивающей улыбке. Почему он впал в такую панику? Я же его не колол, не резал, не пытал каленым железом, а терпеливо выслушивал. И возник я не как призрак из преисподней, - когда-то мы были знакомы, пили за рождественским столом у Сережи, на той самой квартире...

Эффект неожиданности?

Кстати, воспользовавшись редкой паузой, я "отмазал" Зину. Дескать, как вы могли подумать, Дима, что такую вульгарную бабу пустят в такой отель? У вас есть причины прятаться от французской полиции? Значит, плохо прятались. Мы, скромные дилетанты, просто шли по следу, засекли вас с этой особой и сказали ей, чтоб не путалась под ногами, проваливала. Таким образом "отмазав" Зину, я в глазах Кабана вывалял ее в грязи. В благодарность за все хорошее... Зиночка, прошу прощения, издержки ремесла. Зато теперь у Кабана к вам не будет претензий. Он убедился, что виноват сам. Потерял бдительность.

В рассказе (в рассказах? в Кабаньей исповеди? в приключенческом парнокопытном романе? определить затрудняюсь), словом, в потоке речи, который на меня обрушился, названия французских, немецких, швейцарских фирм, фамилии российских министров и имена главарей русской мафии: Кореец, Япончик, Тайванчик, Бирманец, Сингапурец - почти все народы Юго-Восточной Азии были тут перечислены (почему - пусть ломает голову московская милиция) - причудливо переплетались с историей больного зуба. Дантист содрал с Кабана не шкуру (к моему сожалению) - огромные деньги и не вылечил. И чувствовалось, что если незлобивый рубаха-парень Дима (таким он хотел себя представить) имел на кого зуб, то на этого дантиста. В ту роковую для Сережи неделю несчастный господин Кабанов лез на стенку, не спал ночами, никакие болеутоляющие таблетки, даже с морфием, на него уже не действовали, и зуб невозможно было вырвать, ибо не могли подействовать и все анестезирующие средства.

Я понял, что избрал неверную тактику. Мой излюбленный прием не срабатывает. Кабан способен нести свой помет еще в течение суток, и из всех выловленных мной деталей и подробностей нарисуется картина не последнего вечера, а история зубной болезни - случай, бесспорно, редкий и занятный для специалиста, но меня-то интересовало другое.

Кабан оказался совсем не глуп, быстро сориентировался и психологически рассчитал тоньше. Он хотел перво-наперво выиграть время. Чем дольше мы сидим так с глазу на глаз, тем сложнее будет для меня запустить руку в ящик стола, ведь я уже как бы привык к собеседнику, стольких вспомнили общих знакомых, подружились, можно сказать, с товарищем Кабановым... С глазу на глаз - дуэль обоюдоострая. Он тоже что-то угадывал, и я заметил в его взгляде уверенность мол, как-нибудь выкрутимся. Теперь мальчик Дима посматривал с опаской лишь на дверь смежной комнаты, где затих другой мальчик. Какая роль предназначалась Сане? Этого Кабанов не знал.

Менять тактику на ходу всегда рискованно. Увы, видимо, у меня не было прежней хватки. Я задал несколько вопросов в лоб. Сначала это Кабана напугало и озадачило. Он почувствовал отступление от сценария. В глазах опять мелькнул страх. Решив развить успех, я опять спросил в лоб и вдруг получил тираду - в лобешник же:

– Я тоже был в этом списке. Когда мы бросили свои дела в России, нас бы, наверно, не тронули. Список послужил предупреждением, чтоб мы очистили территорию. Но Сережа сам подписал себе смертный приговор, полетев в Киев по приглашению президента Украины. У него с президентом были старые связи, еще со времен, когда Кучма руководил военно-промышленным комплексом Днепропетровска. Сережа предложил президенту проект снабжения Украины нефтью из Арабских Эмиратов, через Средиземное и Черное моря. Кучма проект одо6рил. Ведь нефть получалась дешевле российской в два раза. Вы понимаете, кому это могло сильно не понравиться. Дата? Сережа летал в Киев 5 ноября, вернулся в тот же день. Он собирался основать фирму в Киеве, там президент гарантировал Сереже полную безопасность. Вот почему они поспешили опередить.

Спрашивать "кто они?" было наивно. Я попросил рассказать подробнее о проекте и о планах переезда в Киев. Кабанов отвечал внятно и четко. Кончился поток больной фантазии загнанного животного. Мне давали точную информацию. Восстановилось недостающее звено в цепочке.

Я взглянул на часы и на дверь в смежную комнату. Мне тоже надо было спешить.

– Дима, вы сможете тихо спуститься в вестибюль?

Он посмотрел умоляюще:

– Проводите меня, пожалуйста, до такси.

...В отличие от президента Украины я мог гарантировать ему безопасность только своим присутствием.

В лифте Кабана опять понесло. Облегчался.

– Почему Саня меня ненавидит? Он хочет подвесить меня за... верно? Он жил с моей женой, и я ему это простил...

Я чувствовал себя вне игры. Или играл на чужом поле по незнакомым правилам. Кто с кем жил - не так уж было важно (Важно. Любая мелочь весома. Смутно припоминаю. Приятная дамочка. Говорили, что Кабанов ее третировал), но я не знал об украинском проекте и, главное, я не знал, что Сережа летал в Киев! Пошел в воду не зная броду... Отпуская Кабана, я понимал, что совершаю ошибку. Да выбора не было. Точнее, выбор между меньшей ошибкой и капитальным ляпом...

– ...Меня ищут все. Французская полиция как основного свидетеля. Российские спецслужбы - думают, что я был причастен к проекту. Украинцы думают, что это я продал Сережу. И меня предупредили: тесть Сережи, наверно, тебя тоже будет искать, а его в молодости называли Ангелом Смерти.

– Глупости, Дима. Я старый профессор.

Кто предупреждал? Откуда у них такие сведения? Не успел спросить. Мы уже пересекали вестибюль.

Перед тем как плюхнуться в такси, мистер Кабанов взглянул на меня с нескрываемой злостью. Нормально. Реакция на пережитые треволнения.

– Руку вы мне все-таки не подадите?

– Я вам советую, Дима, скорее мотать отсюда.

– Не беспокойтесь. Через час я улечу куда-нибудь в Аризону или Кентукки.

Ну, можете себе представить (нет, не можете!), как меня встретил Саня и какой у нас с ним произошел разговор, хотя я выложил все карты на стол и постарался все объяснить? И была фраза. Жуткая.

– Антон Валентинович, за сколько он вас купил?

– Саня, - сказал я, - постарайся сосредоточиться, постарайся меня услышать. Я совершенно не в курсе ваших московских дел. Ты все наблюдал своими глазами. Сам рассказывал, что Сережа в последний приезд в Москву ночевал у знакомых дипломатов, не выходил на улицу, даже с тобой виделся тайком. Так вот ответь на один вопрос: по твоему мнению, это вероятно, это реально, что Сережа летал в Киев?