Тень ястреба
Шрифт:
«Сколько же такие могут стоить! — подумал Ахимас. — Даже мой отец не позволял себе так деньгами разбрасываться». Двое услужливых Эльфов, отварили двери сразу, не дав ему морально подготовиться к предстоящему чуду.
Ахимас замер на месте. Перед ним предстал циклопических размеров зал уставленной несколькими десятками белоснежных столов. Зал словно дорогой десерт, был накрыт прозрачной полусферой, стеклянного купола. Его держал почти незримый серебряный каркас, больше напоминавший паутину. За стеклом была толща воды. Огромный аквариум опоясывал весь зал. В темной воде плавало великое множество самых разных, самых запоминающихся обитателей морей и океанов. Были тут и громадные опаснии и шустрые пестрые карнавалисы и даже страшные черные осьминоги! Они притаились где-то за камнями, и надеялись остаться незамеченными для других обитателей аквариума.
Ахимас, наконец, отошел от дверей, и слуги эльфы мягко закрыли их.
В самом зале было не меньшее разнообразие всевозможных форм жизни. Аристократы, официанты и официантки эльфийки, сомелье, слуги нуараны. Все, как в спектакле, играли свои роли.
Не было только музыкантов. Их, впрочем, заменило чудо, порождённое прогрессом. В самом центре зала, издавая мягкие мелодичные звуки, напоминавшие дуэт арфы и флейты, стоял большой и странно выглядевший аппарат.
К шарообразному, медному корпусу вели гнутые трубы как у органа. Внутри, за небольшими решеточками, прятались мелодично вибрировавшие пластины, напоминавшие рыбьи жабры. Это был новейший осваннский Войсомат Нотосигизматор. Такие аппараты уже составляли достойную конкуренцию камерным оркестрам в подобных этому, элитных ресторанах.
Сейчас, в зале, Ахимас насчитал чуть менее сотни человек. Но, ему уже было не по себе при одной лишь мысли, как много народу, может собраться здесь одновременно.
«И почти все они реплиморфированные!» — подумал он, оглядывая посетителей.
Пройдя мимо круглых, накрытых белоснежными скатертями и сервированными лучшим лендруидским серебром столов, он остановился у войсомата. Ахимас заметил, что в дальней части зала, расположена арка ведущая во второй зал. Там был бар и какие-то люди играли за столами.
«Вероятно, там собрались те Авантюристы, которых упоминал Леонардо», — подумал Ахимас и услышал голос позади:
— Благородный господин!
Ахимас обернулся. Там стояла молодая, темноволосая эльфийка — официантка в синей жилетке. Она повторила обращение:
— Благородный господин!
— Да? — сказал Ахимас.
— Господин, зарезервировавший столик номер 12, просил меня передать, что он приглашает вас присоединиться к нему.
— Как зовут того господина? — спросил наемник.
— Он не назвал имени.
— Любопытно, — подумал Ахимас и направился к названному столу.
Столик номер 12, стоял у самой прозрачной стены, за которой плавали рыбы.
За столом в мягком синем кресле, освещенным большой, напольной лампой, сидел хаилин. Это был высокий, благородной серой масти волк. Он был красив, спокоен, даже холоден и создавал впечатление успешного, уверенного в себе зверя. Одет, хаилин, был дорого, но сдержанно. И единственным белым предметом одежды был, шелковый шейный платок с серебряной пряжкой. Все остальное деловой, фрак из хорошей бархатной ткани, сорочка и брюки были серыми и словно бы подчеркивали цвет его шерсти.
— Ахимас! Вечно сиять! — обратился к нему хаилин, лишь только заметив. Его голос, как у всех Хаилинов, был несколько неестественным, внутриутробным с отчетливым рычащим призвуком. Сказывалось иное строение горла.
— Бирон Бененгрей? — удивился Ахимас. — И да светиться во все времена! Я никак не ожидал встретить вас сейчас, в Эрнбурге так еще и в этом ресторане.
— Но, а вот мне, напротив, некий внутренний голос подсказывал, что здесь я могу встретить вас, Ахимас.
— Я, очень рад нашей встречи, но у меня сразу к вам есть просьба.
— Какая?
— Ахимас, несколько сбавил голос и произнес: здесь, не могли бы вы называть меня Эрнст Рейнхорн
— Хм, вашу просьбу, пожалуй, нетрудно понять. Так, что Эрнст, не желаете составить мне компанию?
— С удовольствием, Бирон, — сказал Ахимас и сел в такое же уютное синее кресло напротив.
— Я слышал про вашу проблему, Эрнст, но признаться не в курсе, насколько все эти обвинения в ваш адрес, обоснованы, — начал беседу Бирон Бененгрей.
— Сильно преувеличены, Бирон. Я не пытался его убить…
— Что же, с каждым годом закон, все больше становится беззаконием, — согласился Хаилин.
Но, может, поделитесь подробностями?
— Такое, не принято высказывать вслух, особенно в таком людном месте… Да и слишком уж мутная история, чтобы портить ей нашу чудную встречу. Лучше скажите, Бирон, не ваш ли это механический экипаж стоит у ворот?
От этого вопроса Бирон очень оживился и его хвост, как будто застучал по спинке кресла.
— Да это мой Данлоро 47 года выпуска. Модель, пожалуй, не самая новая, но безусловно, самая надежная из всего модельного ряда. А что же вы, Эрнст думаете, впечатляет?
— Боюсь, меня впечатлит совершенно любой механический экипаж, ибо я в них совершенно не разбираюсь. Да и при всем желании, достать, что-либо подобное за пределами вашей, Бирон, страны совершенно невозможно, — расстроенно ответил Ахимас.
— И это очень, безумно досадно! Ведь с каждым годом у нас производят все больше экипажей и к 1060 году, мы в Осванне планируем, совершенно отказаться от конной тяги.
— Звучит слишком амбициозно, чтобы быть правдой!
— Пожалуй, действительно, сказано громко! Но, до сих пор мы всегда выполняли поставленные задачи! Да, мне ли вам говорить про реаксическое оружие. Армии всех стран, вооружены нашими образцами! — Бирон указал на себя.
— Ну, тут вам, почти никто не скажет спасибо! — серьезно сказал Ахимас.
— Оставим в стороне этический вопрос. Не мы это устроили. Мы придумали, вы применили. Вот, закончится война, так мы будем вам механические экипажи поставлять! Путешествовать по Валлервену станет в разы быстрее! Агенорида, Рунаборг, Ниндэйл!
Ахимас, снова услышал, как хвост застучал по спинке кресла.
— И в Вайлуру?
— Нет, к великому сожалению нет. Вайлура уже давно больше не является нашим приоритетом. Да, и маловероятно, что при нынешнем ее положении, механические экипажи будут пользоваться хоть каким-то спросом.