Тень Земли
Шрифт:
«Надеюсь, я смогу простить себя когда-нибудь»,– подумал он.
Тем временем повозка ползла по каменной дороге, со всех сторон которой свисали ветви деревьев, и всё время то подпрыгивала на колдобинах, то проваливалась в ямки. Она въехала на небольшую площадку и, последний раз скрипнув, остановилась. Мохнатые животные, напоминающие смесь лошадей и зубра, фыркнули.
Открывать никто не торопился. Лишь через минуту подошёл крепкий детина с хорошо вооружённым сопровождением из двенадцати человек и открыл клетку.
– Выходить!– рявкнул он.
Выпускали по одному, умело, не подходя очень близко, чтобы пленник не смог напасть, но и не очень далеко, чтобы не позволить бежать.
Саша спрыгнул третьим и огляделся. Прямо перед ним возвышался белокаменный двухэтажный дворец или усадьба. В её сторону уходила резная каменная лестница, у которой дежурили две статуи неизвестных животных, похожих на львов с густой шерстью. Пространство за границей небольшой площадки было заполнено деревьями так плотно, что между ними не пробивался ни один лучик, а кроны зонтиками свисали над серой дорогой с обеих сторон.
Их сразу разделили: Кейт и девочку в одну сторону, мужчин – в другую.
Охрана выстроилась напротив и чего-то ждала, но так продолжалось недолго. Вскоре подошёл человек в грубой тунике с ярко выраженным кретинизмом на лице, ко всему этому некий колорит дополнял хлыст на ярко-красном поясе, больше похожий на затерзанный до полусмерти шарф. В противовес шерстяным кустам на груди его голова сверкала лысиной, а форма обнажённого черепа напоминала яйцо.
Яйцеголовый придирчиво, с видом знатока, который осматривает предложенный товар, подходил к каждому и оценивал. Когда верзила приблизился к Саше, тот почувствовал, словно лысый прощупывает его всепроникающими лучами. Александр посмотрел в его глаза: пустые – даже после очистки сознания остаётся больше мыслей. И тут же почувствовал удар по лицу.
– Не смотреть!– тяжёлым и скрипучим голосом рявкнул лысый и спокойно, в полной уверенности в своём превосходстве отправился к следующему
Никто больше не рисковал. Когда яйцеголовый закончил рассматривать мужчин, он подошёл к девочке и улыбнулся всеми своими двадцатью гнилыми зубами. Ребёнок сильнее прижался к девушке.
Он остановился у Кейт, которая, никогда не испытывав такого наглого взгляда, густо покраснела.
Послышался шум и цоканье копыт, которое доносилось со стороны деревьев. Оттуда показалась карета, разукрашенная драгоценными металлами и замысловатыми резными фигурками. Похоже, здесь тоже ценили золото и резьбу по дереву. Вместо лошадей были всё те же, похожие на мохнатых коней, животные.
Лысый направился в сторону приближающейся кареты.
Экипаж остановился. Кучер поспешил спрыгнуть и открыть дверцу. Карета закачалась, и из её глубин показался толстый мужчина лет сорока в украшенной золотом тоге, настолько полный, что с трудом пролезал в метровое отверстие дверцы. Карета облегчённо скрипнула, когда он с грациозностью бегемота, наконец, коснулся земли.
Вэкки, новый проконсул Эртикновской Земли, вернулся после долгой и утомительной поездки в город, где кроме финансовых вопросов поправлял личные дела сына. И теперь, отыскав ему невесту из знатного и богатого рода, мог спокойно наслаждаться отдыхом в уютном загородном поместье. Возвращался он не один. Любезно согласившись посмотреть его скромный дом, Лори, Префект 48 Легиона, давний друг и протеже, отправился вместе с ним.
Едва они въехали на территорию поместья, как доложили, что привезли диких. Доход с поставок рабов на рынок составлял немалую часть от всей прибыли семьи, другим источником было виноделие, которое в последнее время расцветало на юге. Вэкки предложил осмотреть товар, и Лори не мог отказаться с ним. Что может быть более занимательным, чем посмотреть на пойманных дикарей, на этих глупых животных?
И вот теперь, когда карета остановилась, этот безмозглый возничий никак не торопился открывать дверь. В карете сидят два высокого ранга господина, а этот…
«Исполосовать его, чтобы побыстрее шевелился! Совсем разленился на моих харчах!»
&;nbsp; Когда дверь открылась, выйти помог только его верный надзиратель. Преданность последнего не вызывала никаких сомнений. Лет десять назад Вэкки собственноручно спас этого проходимца от виселицы, куда бы он угодил после неудачной попытки кражи. Поймали вора на месте преступления, но что-то в том взгляде показалось Вэкки знакомым, и замолвил за него словечко. Как показало время, Проконсул, тогда ещё совсем неизвестный человек, не ошибся в своих расчетах: вор стал идеальным смотрителем. Парадокс, но действительно оказалось так.
– Прошу, Господин,– прохрипел он.
– Ох-х…– отдышался Вэкки, выход их кареты отнял много сил. «Какие же они всё-таки неудобные!»
Следом за ним вышел Лори: высокий, широкий в плечах, лет сорока, несмотря на свой возраст, он ещё сохранил солдатскую выправку. Проконсул невольно позавидовал тому: «Всё-таки армия имеет некоторые плюсы. Хотя, нет… Лучше иметь друга-легионера, чем самому быть легионером. Все эти побрякушки приносят мало дохода, а вот иногда пользоваться ими очень даже выгодно».
– «Охота на дикарей» приносит немалые прибыли,– произнёс Лори с такой интонацией, как будто всю жизнь Префект занимался только этим.
– Верно, друг мой, но с ними много хлопот. Они как дикие животные, их нужно приручить.
Он тяжело двинулся в сторону своих новых рабов. Надзиратель следовал по пятам. Первый взгляд определил в них неплохой товар: «Кажется, на этом можно будет подзаработать».
– Как они тебе?
– Выглядят прилично. Я думал, они ходят в набедренных повязках.
– Да, в некоторых случаях это так, сейчас попались «цивилизованные» к-хе-хе… Обрати внимание, их одежда сшита. Ужасно, это признак варварства.
– Странная одежда.
– Да, наверное, сделали из шкур каких-то животных. Здешняя фауна плохо изучена.
– Я не встречал синего цвета животных. Может быть, это совсем не дикари? Что-то некоторые уж слишком хорошо ухожены.
– Аборигены, кто здесь ещё водится? Никого, дикие места,– ответил Вэкки и спросил в сторону:– Хорошо себя вели?