Тень Земли
Шрифт:
Оружие лежало рядом. Саша схватил его и осмотрелся: на арену строем выходили солдаты гвардии, одетые в ярко-синюю форму. Тело каждого было закрыто начищенной до блеска кирасой.
Цепочка с одной стороны, цепочка – с другой. Отряды выстроились по периметру так, чтобы огнём не попасть в своих. Синие щиты стали ровным рядом, из-за них не было видно ни одного солдата, только в прорезях с правой стороны торчали мушкеты, наведённые, как казалось, на него.
Саша почувствовал неуязвимость, которую порой ощущают солдаты в бою. Он был готов утопить спусковой крючок и залить всех пулями. Краем глаза проверил: батарея была почти пуста, но лазер уже мог дать импульс. Он снова бросил взгляд на Кейт – Андрей занимался врачеванием, перевязывая рану на руке, остальные заняли круговую оборону и были готовы открыть огонь – потом на солдат.
– Саша, стой. Что ты делаешь?– Андрей кричал, но тот не услышал. Взгляд Александра проплывал по стене щитов.
Внезапно Жан схватил за автомат, уводя ствол в сторону.
– Ты что творишь?!– крикнул он.
– Отстать!
– Ты всех нас погубишь!– Шэрэн отпустил оружие и уже спокойнее продолжил:– Алекс, успокойся. Ты не в себе. Кейт жива, и с ней всё будет хорошо, если ты успокоишься.
Саша внимательно посмотрел в глаза другу.
– Ты прав,– выдавил он из себя. Как ему хотелось в эту секунду почувствовать бой автомата, резкие звуки выстрелов и пронзающий след летящих пуль! Как хотелось выбросить этот гнев наружу!
– Хорошо, правильно,– Жан похлопал его по плечу.– Ты молодец. Молодец.
«Нет, я предал её. Я во всём виноват!»
Саша снова осмотрел ряды солдат, те не решались атаковать первыми. Им не был дан приказ на уничтожение, иначе бы он об этом уже не думал. Жан был прав: нужно вести себя разумно, не поддаваясь эмоциям. Сейчас они чуть всё не сгубили. Ещё до того, как первая его пуля долетит до врага, их изрешетят, а Кейт останется здесь навсегда. Навсегда…
Саша опустился на жёсткую землю арены. Снова и снова в голове кружились мысли: «Я предал её», «Не поддавайся эмоциям». Снова не поддаваться. Тогда, в момент захвата, он поступил по воле разума, и теперь расплачивается. Куда как проще отдать жизнь там, чем такое пережить!
«Смогу ли я простить себя когда-нибудь? Смогу ли?..»
«Да и было ли оно?..»– спросил он себя.
«Было… было…»
«Тогда ты не относился к Кейт так трепетно».
«Да, но это ничего не меняет».
«Разве?»
«Я предал, прежде всего, себя. Я сдался. Я предал свои принципы!»
В памяти внезапно осветился сон, который пришёл к нему в пещере, вспомнил лианы, сковывающие движения, вспомнил своё стремление что-либо изменить, но тогда всё было тщетно, как и сейчас. Сон оказался правдой… Боже, действительно, он тогда ничего не мог изменить… как ужасно осознавать это!
«Да, увы, я не сверхчеловек… к сожалению… я просто человек… обыкновенный человек, которому тяжело сдержать эмоции…»
Движение в рядах противника привлекло внимание Александра. Вышел мужчина лет сорока. Праздничная военная форма была украшена драгоценными камнями, а взгляд выдавал в нём человека, который привык отдавать приказы. Скорее всего, он является командующим гвардией.
– Если вы сейчас не сложите оружие, мы открываем огонь,– объявил он.
Саша, чуть помедлив, отбросил автомат, то же самое сделали и остальные. Командир гвардейцев махнул рукой, и из-за его спины вышли несколько солдат и подобрали оружие.
– Вы арестованы. За нападение на солдат Империи, за…
– Генерал Анриус, отмените приказ,– откуда-то донёсся властный голос.
Саша посмотрел в сторону, откуда он доносился. Там располагалась обширная ложа, в которой находилось несколько человек. По всей видимости, важные особы, потому что их окружали солдаты.
Саша оторвался от созерцания, но не успел ничего рассмотреть, потому что в этот момент к генералу подбежал молодой человек, и что-то стал ему говорить. Тот кивал, потом коротко ответил и глянул на Александра. Молодой человек направился к ним и, ни к кому лично не обращаясь, сказал:
– Император просил передать вам, что сожалеет о случившемся и просит не гневаться за ошибку своих подчинённых. Виновные будут наказаны. Он искренне надеется, что это недоразумение не будет воспринято, как акт агрессии.
Саша остановил открывающийся рот на пол пути. Мысли лихорадочно метались в поисках объяснения.
– Передайте его Величеству, что мы с удовольствием выслушаем объяснения,– раздался сзади уверенный голос Андрея,– но это не значит, что инцидент забыт.
Парень поклонился и направился в сторону генерала. Саша посмотрел на Андрея, тот поймал взгляд и сказал:
– Не поддавайся эмоциям. Кейт выживет. Сейчас не время.
«Да, он прав, прав. Все вы, чёрт возьми, трижды правы!» Саша продолжал бороться с собой.
– Говори ты,– наконец, выдохнул он.
Андрей кивнул, принимая ответственность. Полномочия агента ОМБ позволяли вести переговоры в том случае, если рядом не было никого более компетентного в этих вопросах и, естественно, в крайних случаях. По его мнению, этот момент подходил под определение «критический».
– Хорошо,– согласился друг.
– Стой!– вставая, сказал Саша.– Кейт произнесла странную фразу: «Я – посланник, вы – спасители».
– Это важно, если она решила сказать именно это. Я подумаю…
– Как она?
– Будет жить. Ей нужно отдохнуть. Нужен покой. А это сейчас зависит от нас. Мы должны дать ей время.
Саша успокоился, как будто с души сняли камень. «Будет жить»,– это то, что он хотел услышать. Он посмотрел на друга. Да, он сильно изменился, сейчас это был человек не из плоти и крови, а из стали и плазмы. Как Александру сейчас не хватало его самоконтроля. Саша видел кровь. Он проливал её, но в какой-то не смог справиться с этой яростью. Как такое возможно? Тогда, в Камеруне, было всё ясно: вот враг, он перед тобой, и никаких сомнений: жми на курок. Иногда погибнуть легче, чем терзаться душевными муками…
«Сдаю… Сдаю»,– сознался он себе, глядя другу вслед…
Что-то дрогнуло в сердце Андрея. Он смотрел на лицо девушки, покрытое бусинками пота. Кэтрин казалась столь хрупкой и беззащитной, особенно сейчас, когда лежала на жёлтом песке арены. Совершенно одна в этом враждебном мире. Что пережила эта девушка, знала только она сама. Кейт удалось свершить невозможное: мыслью остановить такой напор силы! Её мужество не могло не восхищать: не растеряться в такой трудный момент… немногие на это способны. Порою кажется, что человек сделан из какого-то более прочного материала, и даже такая хрупкая девушка, как Кэтрин, была способна на многое. Главное: никогда не сдаваться!