Чтение онлайн

— Не болтай ерунды. Не думаешь ведь, что мы тебя бросим? Арриго нас отвезёт.

— Конечно, — кивнул тот обеспокоенно.

Мы дошли до машины — вместительной и солидной, с хромом на дисках и радиаторе. Девушки сели сзади, я впереди, на место рядом с водителем. Мотор заурчал, и мы покатили по вечерней столице. Вилма приобняла подругу, но ни о чём не спрашивала. Молчали и мы с Арриго — он аккуратно рулил, я смотрел в окно.

Когда мы добрались до гостиницы, я пожал ему руку:

— Надеюсь, ещё увидимся.

Я и Хильда вылезли первыми, Вилма чуть задержалась, но ненадолго. Арриго посигналил нам на прощание и укатил. В гостиничном вестибюле я спросил у администратора, можно ли забронировать билеты на поезд по телефону. Он подтвердил и взялся за трубку.

Мы поднялись на лифте, пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам. Я ещё с четверть часа простоял на балконе, глядя на россыпь ночных огней в городских кварталах.

Долго лежал в кровати без сна, но всё-таки задремал.

Мне приснилось наше с Хильдой знакомство. Я будто пересматривал видео, то ставя его на паузу, то включая на перемотке.

Мелькнула первая сцена, когда мы чуть не подрались с Бьёрном. Смотрелось глупо, надо признать. Кадры замелькали быстрее, всё затемнилось — в «фильме» настала ночь, но вскоре снова вернулось яркое освещение.

Мы стояли возле коттеджа утром. На двери проступил рисунок — драккар с квадратным парусом, Хильда с подзорной трубой в руках. А другая Хильда, не нарисованная, спрашивала меня, не я ли это изобразил.

Конечно, не я.

Но кто?

В то утро я почти не задумался над этим вопросом — счёл произошедшее чьей-то шуткой. Теперь, однако, отношение изменилось.

С того рисунка начались мои сны о «змеях».

Художник специально меня направил?

Или, наоборот, нечаянно прокололся и раскрыл информацию, которую предпочёл бы держать в секрете?

Сон замедлился почти до стоп-кадра.

Теоретически автором рисунка мог быть и кто-нибудь из сокурсников, и преподаватель, и работник столовой, и клерк из башни…

Да кто угодно.

Но он, наверное, захотел бы понаблюдать, какой эффект производят его художества. Он ведь приблизительно знал, когда Хильда пойдёт на завтрак. Мог притаиться в эти минуты где-то поблизости…

И теперь, подумав об этом, я ощутил чьё-то присутствие позади. Может, я ощущал его и в тот раз, но не обратил внимания…

Обернулся — и понял, что вывинчиваюсь из «фильма».

Отчаянным усилием попытался удержаться на грани сна.

Художника не увидел, но круговое движение породило несколько вспышек-ассоциаций.

Смерч…

Часовая стрелка…

Скользящая тень от гномона…

Снова тень — но уже громадная, от скалы с остроконечной вершиной…

И сон развеялся.

Но я его запомнил — и прокручивал в памяти раз за разом, пока мы завтракали в буфете и ехали на вокзал. Мои спутницы не хотели затевать разговор, а я не навязывался.

Мы заняли места в сидячем вагоне, и поезд тронулся.

Мост с юга на хаб, «ротонда», затем мост с хаба на север.

Снег за окном.

Я вытащил книжку, но взгляд бездумно скользил по строчкам. Сосредоточившись, я всё же вчитался. Хильда и Вилма рядом молчали, лишь иногда обмениваясь короткими репликами.

У третьего фьорда мы пересели в карету.

В доме нас встретили родители Хильды.

— Пожалуйста, пригласите Роалда, — сказала она. — Я сообщу решение.

С Роалдом связались через переговорную трубку, и арка-телепорт сработала почти сразу. Северный «эльф» был по обыкновению щеголеват и собран. Войдя в гостиную, он вежливо поздоровался. Воцарилась напряжённая тишина.

— Хочу поблагодарить за терпение, — сказала Хильда. — Никто из присутствующих здесь не торопил меня, хотя дело важное и касается всех вас в той или иной степени. Я пыталась мыслить рационально, испытывала сомнения буквально до последней минуты. Хотя подспудно решение уже вызревало, я не осмеливалась проговорить его вслух.

Она посмотрела на меня:

— Тимофей, я действительно не уверена, что подхожу для этой работы. Мы уже говорили на эту тему, повторяться не буду. Всё мною сказанное — чистая правда.

Затем она перевела взгляд на Роалда:

— Вы совершенно правы — брак будет неполноценным, если я буду жить на другой оси. Единственный способ сохранить нашу договорённость и соблюсти традицию — отказаться от контракта с ямским приказом. И да, у нас с вами есть все шансы стать достойной семейной парой, чьё кредо — взаимное уважение.

Хильда сделала паузу.

Флюидный сквозняк пронёсся по комнате — словно ветер, облетев все оси по кругу, теперь ворвался сюда, пропитанный запахом горячей степи и морского бриза, дорожной пыли и подмосковных лесов.

— Но я, — продолжила Хильда твёрдо, — сделала выбор. Он окончательный и осознанный. Моё место — у ямщиков, несмотря на все мои страхи. Ямщицкий дар, проявившись, стал для меня сюрпризом и привёл в замешательство, однако я не готова от него отказаться. Таково моё слово снежной дворянки. Прошу простить меня, Роалд.

Её родители затаили дыхание. Жених же молчал несколько секунд, глядя ей в глаза, затем произнёс негромко и ровно:

— Благодарю за откровенный ответ. Мне искренне жаль, что наша договорённость теряет силу. Но у вас действительно редкий и замечательный дар — противиться его зову будет неправильно. Счастлив был нашему знакомству.

Он поклонился ей, учтиво кивнул остальным собравшимся и покинул гостиную. Мы ощутили короткое колебание флюида — Роалд опять прошёл через арку.

Хильда тихонько всхлипнула. Мать шагнула к ней, обняла. Герцог смотрел на жену и дочь, он был хмур и сосредоточен — уже обдумывал, вероятно, как отзовётся новость в светских кругах.