Чтение онлайн

— Хорошая машинка. Таран знал толк в оружии. За это его можно было уважать. В остальном — такой же недалекий выскочка, что и остальные. Хоть и более опытный. Правда, это ему не очень-то и помогло.

— Что с ним? — Мальчик с замиранием сердца следил за выражением лица сектанта.

Тот не торопился с ответом, наслаждаясь испугом во взгляде жертвы. Потом осклабился, расплывшись в мерзкой улыбке:

— Схарчили его, что ж еще…

На Глеба страшно было смотреть. Бледный, осунувшийся, с потерянным взглядом… В голове его с поразительной ясностью пронеслись минувшие несколько дней, проведенные со сталкером. Потом вдруг всплыл в памяти строгий с хрипотцой голос: «УБЕЙ!»

Это было как приказ. Мальчик вскочил на ноги, вытащил десантный нож и в упор посмотрел на врага.

— Хочешь драться? Уважаю! — усмехнулся Ишкарий. — Что ж, это будет занимательно. Надоели, знаешь ли, эти бесхребетные. Скулящее мясо… В кой-то веки — дичь, хоть и мелкая…

Сектант встал со своего места, выпростав из-под складок одежды тонкий стилет. В свете огня сверкнуло острое лезвие. Заткнув пистолет за пояс, и скинув плащ, каннибал принял стойку, хищно расставив руки в стороны. Не переставая улыбаться, пошел вперед. Однако он дрогнул, заглянув в полные холодной решимости глаза подростка. Глеб, как и прежде, стоял на месте, не отступив ни на шаг. Будто ногами в пол врос. Даже дрожь исчезла. Нож зажат в опущенной руке. Взгляд внимательный, злой.

Обманутый пассивным поведением противника, Ишкарий пропустил момент, когда мальчик прыгнул вперед. Прыгнул с места, без всякой подготовки, кидаясь прямо на выставленный нож. Лезвие стилета застряло в пластинах бронекостюма, а Глебов удар оказался более удачным.

Нож обрушился на каннибала сверху, но из-за сильной инерции прыжка мальчик врезался в противника, и отполированное до зеркального блеска лезвие вспороло на спине того робу. Ишкарий отпихнул обидчика, протянул руку за спину, накрыв ладонью порез на лопатке. Сквозь одежду проступило бордовое пятно.

— Щенок! — Сектант с негодованием посмотрел на окровавленную ладонь. — Я буду резать тебя медленно, кусочек за кусочком…

Сбитый с толку поведением мальчика, теперь он подбирался к жертве с некоторой осторожностью. Казавшаяся занимательной поначалу, травля становилась опасной. Но он и предположить не мог, во что может вылиться затея поиграть с беспомощным, на первый взгляд, подростком в «кошки-мышки». Похоже, пацан решил огрызаться до последнего…

Глеб резво вскочил на ноги, прихватив с пола тяжелый плащ сектанта. От резкого взмаха длинными полами по помещению прошла упругая волна воздуха. Язычок пламени в допотопном фонаре затрепетал и погас, оставив после себя лишь исходящий белесый дымок. Комната погрузилась во тьму. Без света мальчик, выросший в метро, чувствовал себя намного увереннее.

Тотчас что-то грохнуло сбоку от сектанта, заставив того, слепо щурясь, обернуться на шум. Но Глеб обрушился на противника с другой стороны, полоснув ножом по ноге, вторым ударом метя в пах. Каннибал увернулся-таки от последнего выпада, предугадав направление удара, и взмахнул стилетом наотмашь. Острое лезвие полоснуло по пластинам брони, не причинив мальчику вреда. Тот вновь откатился назад. В это мгновение обжигающая боль в ноге дала о себе знать. Сектант, неловко припав на раненую ногу, попятился, не удержался и рухнул навзничь. Прокатившись кубарем, приник к земле и выставил стилет перед собой. Только теперь Ишкарий обнаружил пропажу пистолета. В напряженной тишине раздался отчетливый щелчок. Следом за этим помещение озарилось частыми вспышками. В руках Глеба загрохотал выставленный на автоматическую стрельбу «Пернач». В отсветах пламени мальчик заметил врага, стремительно метнувшегося с линии огня. Глеб повел стволом вслед за фигурой сектанта. Тугая очередь вспорола шкаф, взорвавшийся фонтаном деревянной щепы, и стену за ним. Бетонное крошево брызнуло во все стороны, послышался звон разбитых вдребезги склянок, взметнулись в воздух ошметки мусора.

Магазин опустел внезапно. Драгоценные мгновения ушли у Глеба на перезарядку. Новый магазин с отчетливым щелчком встал на место, когда сектант врезался в мальчика всей массой. Противники повалились на пол. Словно в замедленной съемке, мальчик увидел хищное жало стилета, падающее сверху Рефлекторно выбросив руку, он смог отвести удар в сторону. С протяжным звоном острое лезвие вошло в щель между бетонными плитами. Рванувшись, мальчик отчаянно двинул локтем по стилету. Узкое лезвие сломалось у самой рукояти.

Откинув бесполезное оружие, каннибал что было силы, ударил Глеба по лицу.

В глазах у мальчишки вспыхнули мириады ярчайших точек. От звона в ушах, казалось, можно было оглохнуть. Голова безвольно мотнулась назад. Ударившись затылком об пол, мальчик словно в тумане увидел повторно мелькнувший кулак.

Глеб сжался в ожидании следующего удара, однако его не последовало. Вместо этого сектант задергался, вытаскивая из-под мальчика пистолет. Для этого ему пришлось немного приподняться. Тренировки и наставления Тарана не прошли даром. Тело само среагировало на смертельную угрозу: стоило Ишкарию поднести пистолет к голове мальчика, тот резко крутанулся на спине, обхватив руку каннибала, и закинул ноги ему на туловище. Сектант попытался стряхнуть пацана с руки, но мальчик с резким выдохом распрямился, изо всех сил дернув руку на себя. Масса тела помогла завершить болевой прием. Каннибал распластался на полу лицом вниз, истошно заорав. «Рычаг локтя» сделал свое дело — пистолет выпал из ослабевшей руки.

Глеб рванулся к оружию, пальцы сомкнулись на холодной рукояти. Изрыгая проклятия, сектант метнулся следом и попытался отобрать «Пернач». Застучали выстрелы, озаряя борющиеся в пыли тела. Одна за другой пули врезались в стену, рикошетом прошивая пространство в опасной близости от дерущихся. Вскоре пистолет смолк. Сектанту удалось, наконец, вывернуть «Пернач» из пальцев подростка. Но зарядов в нем уже не осталось. Каннибал откинул ненужное больше оружие, уселся на поверженного противника и обрушил на него град беспорядочных ударов.

Мальчик прикрыл голову руками и пытался хоть как-то уворачиваться, но все было тщетно. Удары сыпались один за другим. В этот момент ему под спину подвернулось что-то жесткое… «Нож!» — обожгла его внезапная догадка.

Сквозь кровавую пелену, застившую глаза, Глеб уже не мог разобрать силуэт Ишкария, поэтому, нащупав нож, просто ткнул им наугад. Сектант заорал — лезвие глубоко вошло в предплечье. Скатившись с обидчика, каннибал прижал покалеченную руку к груди и заметался по комнате словно раненый зверь.

Мальчик рывком встал на четвереньки, подполз к полуразвалившемуся шкафу и, цепляясь за полки, встал на ноги. Его шатало, голова гудела, разбитые губы сочились кровью.

Сзади послышался исходящий злобой крик. Выдернув из руки нож, Ишкарий снова ринулся в атаку. Мальчик инстинктивно схватил с полки ближайший предмет. Им оказался тот самый подвесной фонарь.

Все произошло очень быстро. Уроки Тарана сами собой всплывали в памяти. Глеб не двинулся с места. Лишь когда каннибал оказался совсем рядом, он дернулся в сторону, нырнув под клинок. Нож воткнулся в иссохшую дверцу шкафа по самую рукоять, а сектант, пытаясь одновременно вытащить оружие и придержать противника, пропустил мощный удар по голове. Древний фонарь с дребезгом развалился на части, щедро обдав Ишкария керосином. Слепо щурясь, сектант отшвырнул мальчика. По комнате распространился резкий запах горючего.