Тени Пост-Петербурга
Шрифт:
В смотровом окошке показалось сморщенное лицо. Признав Тарана, старик подозрительно покосился на Глеба:
– Этот с тобой?
– Со мной.
– Стало быть, плата двойная! – Старик лукаво осклабился.
– Открывай давай, ирод!
С противным хрустом проскрежетал ржавый замок. Путники ввалились внутрь. Сразу за входом, частично загораживая темный коридор с рядом дверей, стоял видавший виды стол. На столе – керосинка и фанерная коробка с пачкой бумажек. Старик деловито нацепил очки с треснувшей линзой, сел за стол, достал огрызок карандаша.
– Имя, фамилия, год рождения. – Рука его зависла над пожелтевшим листком бумаги.
– Да ты, старый, совсем умом тронулся! – Сталкер начал заводиться.
Старик невозмутимо прокашлялся и посмотрел на визитеров поверх очков:
– Цель прибытия? На сколько суток номер снимать будем?
Таран кинул на стол пачку аспирина:
– Люкс до утра. И завязывай со своим маскарадом.
Старик недовольно поморщился, оторвал клочок бумажки, черканул что-то, протягивая Тарану:
– Талоны на завтрак. Столовая в конце ко…
– Засунь эти талоны… сам знаешь куда. – Сталкер подхватил с пола рюкзак. – Веди давай, бюрократ…
Номер оказался холодной бетонной коробкой, три на пять, с парой продавленных коек, ветхим столом и двумя табуретами. В углу – побитый эмалированный таз и крынка с мутной водой. Стол благоразумно прислонен к стене, ибо одна из ножек по какой-то причине отсутствовала. Тусклая лампочка хаотично мерцала, еле разгоняя тьму, – явный признак работающего на пределе генератора.
– Располагайся… – Таран кинул рюкзак в угол, прислонив «калаш» и винтовку к стене. – Сиди тихо. Здесь ты будешь в безопасности. Я тебя закрою на всякий случай. Ключ есть только у меня.
Таран скрылся за дверью. Лязгнул замок. Глеб стянул защитный костюм, скинул отсыревшие ботинки. Усталость навалилась непомерным грузом. Мысли путались. Устроившись на койке, Глеб зарылся в ветхое одеяло. В уютной тишине еле слышно позвякивала мерцающая лампочка. Мальчик глядел на свет и наслаждался ощущением безопасности. Наконец-то этот день подошел к концу. Зажав в ладони заветную зажигалку, Глеб уснул.
Глава 4
На постое
Свет факелов неровными бликами играл на лицах людей. В высоких сводах помещения бродило эхо многочисленных голосов, сливающихся в единый монотонный гул. Глаза прихожан были закрыты, а руки в едином порыве устремлены вверх. Туда, где на постаменте, устланном черным бархатом, стоял худощавый мужчина в светлом балахоне. Тонкие волосы его развевались от еле ощутимого туннельного сквозняка, руки сжимали чашу с водой, а взгляд устремлен вдаль… за стены примитивной молельни, за глухие тюбинги сырых туннелей, за толщу фонящей земли… К поверхности…
– Внимайте, братья! Уже близок тот день, когда души наши грешные обретут спасение. Близок день, когда семьи наши будут вызволены из заточения подземного мира! – Голос мессии становился все жестче, обволакивая и гипнотизируя толпу. – Сегодня слуга «Исхода» снова видел знак! Там, у Большой Воды, он стоял, невзирая на опасности отравленного мира, пока взору его не открылся сияющий свет! Свет с Ковчега, что уже возвестил о своем появлении! Избавление близко! «Исход» проведет на Ковчег всех страждущих, и откроются нам берега земли обетованной! «Исход» верит во спасение! «Исход» молится за вас! Молитесь и вы, братья и сестры! Грядет время Великого Исхода! Грядет избавление!
– Грядет время Великого Исхода! – подхватили прихожане в едином порыве. – Грядет избавление!
Мессия в робе осторожно опустил чашу на постамент. Взорам толпы предстало игрушечное суденышко, качающееся на воде. Свет тонкой свечи, установленной в центре лодки, приковывал многочисленные взгляды. Гул голосов усилился.
– Грядет избавление! Грядет «Исход»!
Глеб не слышал, как вернулся Таран. Проснувшись ближе к утру, мальчик застал своего наставника безмятежно дрыхнущим на соседней койке. Живот сводило от голода, но Глеб не решался двинуться с места и ненароком разбудить сталкера. Ситуация разрешилась сама собой, когда в дверь постучался вчерашний «администратор». Ушлый старикашка твердо вознамерился либо выселить постояльцев, либо взять плату за дальнейший постой. Обматерив деда, Таран поднялся и пихнул под дверь еще упаковку таблеток.
Как ни странно, ночевкой их пребывание на станции не ограничилось. Таран явно чего-то или кого-то ждал, но по-прежнему не посвящал Глеба в свои планы. После походного завтрака сталкер принялся муштровать ученика, заставляя того приседать и отжиматься до седьмого пота, причем с рюкзаком на плечах. В моменты коротких передышек он учил Глеба работать с оружием. К полудню Глеб уже вполне сносно управлялся с «Перначом», перезаряжая тяжелый пистолет за считаные мгновения. Потом Таран показал мальчику азы работы с ножом. В опытных руках сталкера десантный нож порхал как бабочка, но от ученика он подобного, естественно, не требовал, ограничившись инструктажем о самых эффективных способах умерщвления и обездвиживания противника. После рассказов о сухожилиях и артериях Глебу стало дурно, однако он слушал наставника предельно внимательно, ибо за каждое неточно воспроизведенное движение тут же получал увесистую плюху.
Ближе к вечеру мальчик проклинал про себя сталкера. Одеревеневшие мышцы ныли, а голова пухла от переизбытка полученной информации. Таран все чаще посматривал на часы, озабоченно прислушиваясь к шуму в коридоре.
Ближе к полуночи в дверь снова постучали. Только на этот раз дверь заходила ходуном и жалобно заскрипела от мощных ударов, обрушившихся на нее. Таран открыл… а Глеб, удивленно ойкнув, скатился с койки, опрокинул перед собой ветхий стол. В проеме стоял монстр… Ростом под два с лишним метра, широкоплечий гигант с уродливым мясистым лицом и кривой ухмылкой, неуклюже наклонившись, заглядывал в проем, словно ожидая приглашения. Кожа у него была болезненная, зеленоватая… Мутант.
Согнувшись в три погибели, чудище протиснулось внутрь и заняло собой сразу полкомнаты.
– Геннадий, – промолвил он хриплым басом и протянул огромную лапищу сталкеру. – Для своих – Дым. А вы, думаю, – Таран.
– Будем знакомы. – Сталкер пожал громиле руку, указал на мальчика. – Это Глеб.
Мальчик снова удивился. На этот раз словам наставника. Оказывается, тот знал его имя. Надо же…
– Очень приятно, – пробасил Геннадий.
Мальчик неуверенно кивнул и вылез из-за стола. Ему стало жутко неловко. Чтобы хоть как-то исправить ситуацию, он выпалил:
– А почему Дым?
В зубах мутанта появилась папироса.
– Курю много… – ответил посетитель.
Покатав ее из угла в угол своего необъятного рта, Дым продолжил:
– Дверь в конце коридора. Мы вас ждем. Подходите.
Мутант осторожно шагнул наружу и двумя пальцами потянул ручку двери на себя. Хлопнуло. Звякнуло. В коридоре гигант приглушенно чертыхнулся и снова приоткрыл дверь.
– Извините… – Геннадий положил оторванную ручку двери у порога и зашагал прочь.
Глеб тупо смотрел ему вслед. В голове никак не вязались деликатная речь и ужасающая внешность загадочного посетителя. Мальчик украдкой взглянул на Тарана. Отчего-то сталкер теперь больше не казался ему таким страшным и чуждым.