Чтение онлайн

Однако, на удивление и два тёмных часа, обошлись без происшествий. Конечно, слышались всякие охи и крики хищников и птиц, но к нам в лощину никто не совался. Вернее, где-то вдалеке мелькали смутные тени, те, что и я и Филиппов видели днём, только они были видны более отчётливо. Но нападать не стали, просто появлялись и исчезали. А может быть просто боялись нападать на вооружённого человека.

Когда закончилась моя смена, я растолкал Филиппова, коротко проинструктировал его, рассказал ему про эти тени, а сам завалился в палатку, под бок к Полине и в сон провалился очень быстро. Столько событий за один день как плохих, так и… ну, будем считать моё соитие с девушкой чем-то хорошим.

В ту ночь мне вообще ничего не снилось. Не приходили души моих боевых товарищей предупредить об опасности, не являлся грустный Балодис. Просто закрыл глаза, а потом меня выдернуло из сна резко и внезапно, задолго до рассвета.

Что-то было не так, и даже не понял, что именно меня обеспокоило. Быстро осмотрел палатку: Полины рядом не было.

— «Значит, настала её очередь дежурить» — подумал я и поднёс к глазам руку, посмотреть, который сейчас час.

Однако на руке их не оказалось, хотя я точно помнил, что не снимал их. Однако, размышлять, куда они делись, не стал, потому что я обнаружил источник своего беспокойства. Снаружи, из-за тонких стенок палатки, раздавались чавкающие звуки. Солдату доблестной и героической советской армии присуще много грехов, но так громко никто из нас не чавкал. Даже после того, как мы неделю болтались в космосе, а запасы продовольствия кончились на третий день. В общем, снаружи был кто-то чужой.

И этот пришлый что-то, или точнее, кого-то жрал. Нащупав рукой автомат, я осторожно высунулся из палатки. Было темно, но хоть и с трудом, удалось разглядеть фигуру, которая поедала то, что ещё недавно было человеком, отрывая целые куски мяса. Медлить и пытаться увидеть больше, уже не имело никакого смысла. В тот момент я решил, что какая-то местная тварь напала на Полину Новикову, когда та задремала и загрызла её, а теперь вот поедает. Действовать надо было как можно быстрее. Да, Полину уже не спасти, но остановить эту тварь надо было, как можно быстрее, пока она ещё кого не убила.

— Подъём! — крикнул я, во весь голос, стараясь разбудить Филиппова и Костина, одновременно резко выскакивая из палатки.

Оттуда было невозможно прицелиться, поэтому я решил не рисковать и стрелять с открытого пространства. В моих руках был автомат погибшего Балодиса, который я не стал убирать далеко, на всякий случай.

Существо прекратило жрать и, вскинув голову, посмотрело на меня и я почувствовал… Нет, описать, свои чувства, я и сейчас могу с трудом: смесь ужаса, страха и отвращения, потому что на меня глядело не животное и не коренной житель, а ефрейтор Полина Новикова, которая хоть и была узнаваема, но уже с трудом.

Глаза её странно сузились и стали сплошного тёмного цвета, изо рта торчали клыки, но не как у вампиров из голливудских фильмов, а здоровые, не помещавшиеся во рту. Почему-то мне пришла в голову ассоциация с саблезубыми тиграми. Она приподнялась и сделала шаг ко мне. Машинально я отметил ещё одну странность, а именно походку, на полусогнутых. И да вместо рук у неё оказались когтистые лапы.

Почему я не стал стрелять? Да просто растерялся. Окажись это существо, действительно инопланетным монстром, рука бы ни на миг не дрогнула, а так… Я даже чуть автомат не выронил.

— Что происходит? — каким-то севшим, не своим, голосом спросил я, а существо, которое ещё совсем недавно было Полиной Новиковой, пошло ко мне, медленно и неотвратимо, реагируя на звук.

— Чё это? — раздался громкий голос, проснувшегося и вылезшего из палатки Мишани и существо, развернулось, встало на четвереньки и бросилось на него.

Филиппов в первый момент растерялся, но когда Новикова вцепилась ему в ногу, как собака и попыталась её откусить, то Мишаня стукнул её прикладом по голове. Издав какой-то невнятный, лающий звук, она, разжав зубы, попыталась отобрать у него оружие, расцарапывая ему руки. Ефрейтор Филиппов кое-как отбивался, оглашая окрестности отборной руганью, но получалось это у него с трудом. Тварь походу была хоть и очень сильной, но неумелой.

Их борьба вывела меня из ступора, потому что в тот момент, когда она бросилась на Филиппова, до моего сознания достучалась простая и очевидная, казалось бы, мысль: Полина Новикова уже мертва, а тварь, что захватила её тело, надо убить. Однако легко подумать, а вот сделать это было куда как сложнее. Пришлось подходить осторожно, держа существо на прицеле, стараясь выбрать момент, когда она хоть чуть-чуть отдалится от моего сослуживца, чтобы не попасть в Мишаню.

Будь у меня тогда получше подготовка, я, может быть, смог бы подстрелить монстра, а побольше уверенности, и я бы не так боялся подстрелить Мишаню.

К несчастью, тогда я промедлил и существо с воем, подхватив недавнего сослуживца, выскочило из лощины. Я побежал за нами, однако сильно отстал. Тварь оказалась не только сильнее, но и проворнее меня. Однако, с грузом в руках она скакала не так быстро, как могла, поэтому я не потерял её из виду.

Как я узнал позднее, ефрейтор Филиппов не висел покорной тушкой, в когтях хищницы, а пытался освободиться и даже полоснул её ножом несколько раз. Существо взвыло и выпустило его из когтей и остановилась, намереваясь разобраться со строптивой жертвой. Мишаня шмякнулся о землю, но сразу вскочил, с ножом наизготовку, не обращая внимания на боль в ноге. У него, вооружённого, были неплохие шансы продержаться, до моего похода. Вот только Филиппов не учёл одного досадного момента — он оказался на краю обрыва, и злобная, но тупая тварь, попытавшись выбить нож из его рук, просто столкнула его вниз. Разумеется, не специально, ведь она хотела его сожрать, а не просто убить, но толку-то от её желаний. Я не успел совсем чуть-чуть. Стоило мне приблизиться на расстояние выстрела, то увидел, как Мишаня падает в бездонную пропасть. В этот момент мне показалось, что сердце замерло, на миг, на секунду, давая подсознанию понять: все мои товарищи погибли, и я остался один, на незнакомой планете. Однако до сознания это тогда не дошло.

Я не стал орать, как это принято в американских фильмах, а просто выпустил очередь электромагнитных импульсов по тому созданию, которое несколько часов назад было Полиной Новиковой. Какие бы свойства ни приобрела эта тварь после мутации, но разряды, выпущенные из АК-97, не оставили ей никакого шанса. Я стрелял в неё до тех пор, пока туша не задымилась и не рухнула на землю. Однако и тогда я на всякий случай, осторожно приблизившись к валяющемуся неподвижно трупу, выстрелил ей в голову, а потом сделал то, отчего опешили даже видавшие виды особисты, и очень долго спрашивали меня, почему я это сотворил, а потом проверяли моё психическое здоровье. Но я так и не смог ответить на этот вопрос, не то что им, а самому себе. Видно, сработало что-то глубоко подсознательное, идущие из тьмы веков… Врачи же назвали это просто стрессом.

Достав нож, я вскрыл грудную клетку, своей недавней любовнице и выдернув оттуда сердце, пробил несколько раз его ножом, лишь бросил его в пропасть. Потом отрезал ей голову и отодвинул её от тела подальше. В этот момент мне пришла в мою дурную башку мысль, что, может быть, Мишаня за что-то зацепился, и висит на этой скале, пытаясь не сорваться вниз.

— Миша, — попытался я крикнуть, но вместо командного окрика, раздалось позорное сипение.

Тогда я набрал в грудь побольше воздуха и гаркнул: