Чтение онлайн

— Каждая реальность изначально обладает определенным набором параметров, задающих её свойства, — сказала женщина, но её губы остались недвижны; голос отчетливо звучал прямо в голове Тины, минуя органы слуха. — Эти параметры определяют буквально всё: физические законы, возможность тех или иных форм существования материи, наличие самой материи и её разновидностей, ход времени, энергетический потенциал и так далее. Параметры по-другому можно назвать принципами, властвующими над всем.

Внезапно свет померк и исчез вовсе. Исчезла и женщина. Теперь Тина висела среди абсолютной тьмы, гораздо темнее той, что слагает космической пространство. Редкие, не дающие даже иллюзии освещенности всполохи неопределенных цветов возникали то там, то тут, но определить, что это за всполохи, отчего они происходят и как далеко находятся, не представлялось возможным. В этой абсолютной темноте был слышен лишь голос тени, такой же спокойный и сильный:

— Сейчас вокруг тебя модель ничто, которое окружает вашу вселенную. Именно так ты увидела б его, будь у тебя возможность действительно в нём оказаться. Иногда по определенным или неопределенным причинам здесь появляются новые миры, непохожие на уже существующие.

Тина не увидела, но каким-то образом почувствовала, как впереди стремительно разрастался чёрный шар, становясь всё больше и больше, закрывая собой всё вокруг, пока вдруг не взорвался ослепительной вспышкой. Тьма сменилась светом, чёрное стало белым, но ненадолго. Теперь мимо девушки мчались потоки энергии, ударные волны исполинского взрыва, радужно сверкая и переливаясь. Тина отчетливо видела, как волны расходятся, словно круги по воде от брошенного в неё камушка, но почему-то не могла определить эпицентра. Как будто его не существовало вовсе.

— Теория Большого Взрыва наиболее точно описывает процесс возникновения вашего мира, — комментировал происходящее голос женщины. Проносящаяся энергия быстро стала терять скорость и яркость, принялась «слипаться» в бесформенные, рваные клочья, которые медленно складывались в маленькие и большие белесые пятна, идентифицированные Тиной как зарождающиеся галактики. — То что ты видишь сейчас, произошло двадцать четыре миллиарда лет назад. Из энергии Взрыва образовались галактики и звезды, планеты и туманности. Появились принципы. Так, если массу всего вещества вселенной можно примерно определить, то количество звёзд или галактик при этом бесконечно; максимальная скорость распространения вещества ни при каких обстоятельствах не превысит триста тысяч километров в секунду, и, как следствие, невозможно достигнуть края вселенной. В любой точке пространства расширение космоса за счет инерции от Взрыва одинаково, как будто эта точка и является эпицентром…

Тина смотрела на фантастическую картину рождения мироздания и поражалась ощущениям, которые испытывало её тело. Казалось, что девушка лишилась и слуха, и зрения, и осязания в привычном понимании. Окружающее воспринималось так, как если бы каждая клеточка кожи вдруг обрела эти три чувства сразу. Каждая п*ра жадно впитывала информацию, одновременно «слушая», «смотря» и «осязая».

— Пятнадцать миллиардов лет назад, — тем временем продолжал звучать голос в голове Тины, — мы оказались в вашей вселенной. Уровень познания позволил нам изменить один из принципов, и появилась возможность зарождения жизни.

— Раньше она появиться не могла?

— Нет. Нигде и никогда из неживых форм не появились бы живые, и тем более разумные. Ни кремниевые, ни углеродные, ни плазменные, ни какие бы то ни было иные формы жизни. Принципиально.

— Выходит, что вы — создатели жизни?

— Мы лишь изменили одну из основ. Жизнь образовалась сама в это же мгновение, — ответила женщина. — Очень интересно было наблюдать за процессом её развития, корректировать в ту или иную сторону, создавать новые формы и экспериментировать с уже существующими. Мы удостоверились, что в большинстве случаев из начального материала эволюционным путем образуются достаточно сложные системы, которые вправе называться цивилизациями. Причем таких систем возникло чрезвычайно много: в каждой галактике их насчитывается до нескольких миллионов.

— И в нашей?

— И в вашей тоже. Нет ничего удивительного в том, что, освоив в далеком прошлом почти всё галактическое пространство, раса Сейтхент обнаружила лишь несколько десятков систем цивилизаций. Сейты, как и люди и другие известные вам расы в абсолютном большинстве не способны замечать и малой доли существующего и происходящего вокруг. Тех, кто способен на большее, вы называете экстрасенсами в лучшем случае и умалишенными — в худшем, но они лишь аномалии соответствующего уровня.

— Одним из принципов этой вселенной является отсутствие вечности как таковой. Следовательно, ни одна цивилизация не может жить неограниченно долго. Мы наблюдали за развитием огромного числа таких систем, и пришли к выводу, что они не могут существовать не просто бесконечно, а даже достаточно длительное время. Цивилизации вырождаются по разным причинам: космические катастрофы, влекущие за собой гибель планет-носителей; мутации микроорганизмов, приводящие к эпидемиям и последующему вымиранию; войны, в том числе и между разными цивилизациями и другие. В любом случае срок жизни конкретной системы ни разу не превышал один миллиард лет. Таков принцип. Изменения, которые мы внесли в основу мироздания, не прошли без последствий и для нас. К сожалению, мы поздно осознали угрозу.

— Вы вымираете, как и все?

— Нечто вроде этого. Вселенные настолько различны, что предсказать, какие свойства будут у той, куда отправляешься, довольно трудно. Чаще всего смежные вселенные несильно отличаются, но, как и в любом правиле, здесь есть исключения. Мы оказались заперты в чужом пространстве среди чужой энергии, не в силах питаться ею. Ресурс жизнеспособности стал таять, и исчезла возможность возврата. Изменение принципа сказалось на нас так же как на все прочие системы: мы медленно, гораздо медленнее других, но вымираем.

— Теперь вам нужна Кейси, чтобы покинуть пределы нашего мира, — закончила за собеседницу Тина. — Но как вы собираетесь сделать это?

— Она есть аномалия уровня вселенной. Используя заключенную в ней энергию, мы сможем открыть проход между реальностями достаточной мощности, чтобы покинуть ваш мир. При этом факт того, будет ли она жива, мертва или вообще представима как единое целое, для нас не имеет значения. Её тело — лишь флажок, маркер, указывающий на место, где сконцентрирована энергия.

— Другими словами, вы могли стереть Офелию в порошок вместе со звездой и ничего не потерять?

— Примерно так обстояли дела.

— Но… зачем? Зачем всё таки, черт побери, вы лишь убили население? Зачем вы отпустили Кейси, когда она уже была на корабле… то есть у вас? Зачем нужна эта история с селесидами и Сиил-шидом? Какой смысл, в конце концов, имеет данный диалог?

— Ты не видишь логики в наших действиях, и это неудивительно. Между разными уровнями сознания не может быть понимания. Я называю вас, людей, разумными лишь условно; по большому счету человечество для теней не более чем скудный муравейник. В свою очередь, вы не в силах назвать нас разумными в своем понимании, для вас мы не более чем «грибы».