Чтение онлайн

— Пошел вон! Отвали! — заорала Лиз, и силуэт словно услышав ее крик, отошел от стены.

Время тянулось медленно, словно длинная склизкая макаронина, наматываемая на вилку. Хотя само понятие время здесь отсутствовало. Свет снаружи в боксы не пропускал необычный материал, а внутри маленькая лампочка из небьющегося стекла освещала только один угол. Часов или календаря в камере не было, а на стенках зарубок не сделаешь. Почти каждый, кто жил в камерах, подвергался психологическому давлению, и если удавалось из них выйти, то у каждого проявлялись странности в поведении.

Заснув, Лиз только во сне выглядела расслабленной. Волосы спадали на лицо, а правая рука была подпихнута по щеку. Левая же покоилась на талии, а ладонь свисала над полом.

Она не слышала, как мимо ее камеры проходил патруль из двух вооруженных крепких парней. Один из них на мгновение остановился около камеры 1703 и попытался посмотреть сквозь двери на узника.

— Троуз, идем! — позвал напарника второй патрульный — мы не должны подходить к камерам. Лично мне противно мимо них каждый вечер ходить.

— Вспоминаешь свое пребывание в клетке? — с сарказмом спросил Троуз, возвращаясь на пост.

— Такое не забудешь… — пробурчал напарник и поправил рацию, прикрепленную к воротнику иссиня-черной куртки.

— Патруль Z72, доложите обстановку — прохрипел голос из динамика.

— Все в норме, чел — ответил мужчина в рацию и, хмыкнув, шепнул напарнику — можно подумать, отсюда кто-то сбежит.

— Сплюнь, Тил — недовольно сказал Троуз, оборачиваясь, чтобы вновь взглянуть на неприступный бокс 1703.

Второй патрульный остановился, и, схватив за карман куртки, притянул к себе Троуза.

— Твоя напарница предала нас… — сказал он шепотом — в живых ее не оставят.

— Не смей угрожать! — ощетинился Троуз — она была лучшей в нашей пятерке, и они не могут просто так ее стереть!

— Все равно — вновь шепотом ответил Тил — Ее судьбу определим не мы, но просто выговором она не отделается.

— Не тебе решать. — На повышенном тоне сказал напарник, и, отвязав с пояса дубинку, добавил — Закончишь обход без меня.

С дубинкой в руках он отошел от Тила и свернул за угол соседнего ряда боксов. Вдалеке послышался звук открывающейся двери.

— Она все равно не жилец… — тихо сказал Тил и продолжил обход своего сектора.

На удаленном расстоянии от патрулируемого сектора, Троуз вошел в лифт, и, нажав на кнопку нижнего уровня, качнулся, когда механизм задвигался. Шахта была очень не надежной, и в любой могла обвалиться, перерубить трос и расшибить коробку о дно. Сколько не укрепляли стены, каждый месяц начинался обвал, и, чтобы спуститься на нижний уровень, приходилось прибегать к маленьким устройствам-телепортам. Несмотря на свою простоту, в них таилось огромное количество минусов, главный из которых влиял на организм телепортанта. У него развивалась атрофия нервных окончаний и онемение конечностей. Путешествие сквозь материю не было стабильным, и требовало больших затрат энергии человеческого организма.

Где-то над головой пискнул динамик и лифт остановился. Двери с некоторой задержкой открылись, выпуская Троуза на выложенную плиткой площадку. Три двери смотрели с разных сторон на взволнованного мужчину. Дверь по центру вела в кабинет главы Базы, это знал каждый сотрудник. А вот о двух других дверях никому ничего не было известно. Постучав два раза, Троуз вошел в кабинет и сразу без требуемых этикетом приветствий, заявил:

— Лиз Гридинг. Вы должны ее отпустить.

Нир изучающе взглянул на разгневанного посетителя и с ехидной улыбкой спросил:

— Былые чувства вернулись?

— Нет. Просто она одна из нас! — с ноткой гнева произнес Троуз.

— Она не одна из нас! — четко сказал Нир и рявкнул — Сядьте!

Посетитель не стал возражать и сел в кресло с покатыми подлокотниками. За спиной начальника, в стене была ниша с экраном, который имитировал чудесный вид на лазурный берег за окном. Микро-колонки по краям создавали иллюзию морского прибоя. И что самое невероятное, время суток снаружи Базы, соответствовало изображению.

— Вы диктуете условия? — спокойно спросил Нир, наблюдая за мужчиной.

— Нет, но я прошу оставить Порту в живых — ответил Троуз, буквально буравя взглядом своего начальника.

— Ей дали шанс жить вне нашего ремесла, но она все равно вернулась на скользкую дорожку. Она раз за разом ошибалась на сделках, а последняя выходка просто непостижима!

Троуз попытался что-то сказать, но Нир поднял руку и, сделав властный жест, заставил его замолчать.

— Она провалила задание, а потом еще привела на сделку двух странных типов. Один из которых убил всю охрану Макса Ханкена и чуть не лишил его руки. Она ушла от нас — так и быть. Я могу прикинуться сторонником идей свободы выбора, но эта девка вредила нашим людям!

— Она не девка! — озлобился Троуз.

— Она хуже! Но опустим это, ибо я не желаю марать свой рот грязными словами — сказал Нир, пододвигая к себе пепельницу и зажигая сигару.

Троуз не переносил запах табака, но ему пришлось терпеть, чтобы не разозлить начальника, презиравшего чужие слабости.

— После того как Макса чуть не грохнули, наш аналит-отдел навел справки о ее новых дружках. Понятия не имею чем ей мог помочь сопляк из музея. Ладно адвокат, я допускаю ее практичность, но смотритель пыльных статуй… чем он может ей помочь? Артефактов с эффектами в музее нет — мы проверяем каждую коллекцию. Логика Гридинг совершенно не понятна.

Выдохнув кольцо дыма, он направил его под потолок. В кабинете стоял едкий запах нелегального табака, от которого начинало щипать в глазах, но Троуз стойко выдерживал испытание.

— Так ты любишь ее? — с некой загадочностью спросил Нир, зажимая сигару в зубах.

— Пункт 3 Кодекса Братства гласит: «Член Братства отрицает любовь и не может любить. Любовь средство манипуляции, а манипулируемый защитник — мертвый защитник» — Процитировал Троуз и выжидающе посмотрел на Нира.

Начальник ухмыльнулся, перекатывая сигару в зубах, и рассмеялся.