Чтение онлайн

Пока я бегло рассматривал ее, она тщательно рассматривала меня с головы до ног. Она повернулась к Маку и стала говорить с ним без всякого энтузиазма.

— Это ваш очередной кандидат, мистер Мак Ри? Не слишком ли он высок для агента? Я предполагала что они должны иметь не бросающуюся в глаза внешность.

— Это мистер Пол Коркоран, — сказал Мак опустив ее комментарии. — Пол, Доктор Оливия Мариасси.

Доктор Оливия Мариасси после того, как нас представили, ограничились кивком в мою сторону.

— Я предполагаю, что это вымышленное имя, — сказала она Маку.

— Плохой выбор. Этот мужчина явно скандинавского, а не ирландского происхождения.

Она говорила с Маком хмурившись на меня:

— Хорошо, у него не хитрый, обвивающий плющом взгляд, совсем другого плана. Я не думаю, что смогу долго вытерпеть, когда эту шайку поймают, этот длинный воротник с пуговицей, не говоря уже о трубке. Я думаю, что трубка — всегда притворство, не правда ли? Вы курите?

Последний вопрос относился ко мне.

— Нет, мадам, — сказал я. — Если это не требуется для прикрытия.

— Для прикрытия?

— Для роли.

— Понятно. Это уже кое-что, — сказала она. — Только сумасшедший будет отравлять себя угольным дегтем и никотином, после того что об этом было опубликовано. Вы не пьете?

— Да, мадам, — сказал я. — Я также ухаживаю за женщинами. Но я не играю в азартные игры. И честен.

Это вызвало ее долгий взгляд сквозь очки.

— Хорошо, — согласилась она, — рудиментарное чувство юмора лучше, чем совсем никакого, я думаю.

Мак сказал:

— Мистера Коркорана тренировка и опыт...

— Пожалуйста! Я совсем не интересуюсь профессиональными качествами вашего кандидата. Я уверена, что они быстры и молниеносны, если правильно употреблено это слово. Я уверена, что они действенны, кровожадны и очень страшные. Вы играете в шахматы?

Этот вопрос относился ко мне.

— Немного, — отвечал я.

Оливия Мариасси задумчиво нахмурилась. Последовала короткая пауза. Затем она вскинула голову и сказала:

— Я вижу мы поладим. Предыдущий был просто невыносим. Если бы мне пришлось выйти замуж, я выбрала бы этого.

Она повернулась и склонилась над изношенным портфелем, лежавшим на театральном сиденье, достала небольшую черную книгу и протянула мне. Это был томик Капабланки "Основы шахматной игры".

— Вы бы лучше изучили вот это, мистер Коркоран, — сказала она. Это развлечет нас во время нашего медового месяца. До свидания мистер Мак Ри. Я оставлю Вам договор, только сообщите мне, что мне надо будет делать.

Мы проследили взглядом, как она вышла, захватив свой портфель. Мак ничего не говорил и я молчал вместе с ним. Я не хотел говорить. Я не мог. Я даже не пытался.

Внутри того огромного корабля, на котором мы плыли, не доносилось ни одного звука, кроме устойчивого слышимого повсюду работающей тяжелой машины. Самолеты всего мира могли садиться на палубу или совсем не садиться. Об этом не стоили и говорить.

Мак коротко рассмеялся.

— Мой инстинкт оказался верным. Я совсем не рассчитывал на ваше участие в работе, поэтому я хотел, чтобы вы полностью отдохнули, использовав обещанный вам срок. Но когда вы вчера позвонили вечером, у меня тут же появилось предчувствие, что вы именно тот человек, который нам здесь требуется. Огромный труд потребовался нам, чтобы убедить эту леди сотрудничать с нами. Вначале она с возмущением отказалась, затем, внезапно, изменила свое мнение, по причинам нам совсем неизвестным — я не отваживался расспросить ее об этом — ее очень трудно было ввести в курс дела и ее обязанностей, как партнера. Он долго задумчиво смотрел на меня, потом, без всякого выражения, продолжил. — Я предполагаю, что безжалостность и зло имеют что-то манящее и ее интеллектуальный ум сумел преодолеть ее принципы старой девы, которую выпячивание мужского достоинства и силы, почти оскорбили. Или, может быть, она сочла по вашему внешнему виду, что будет в безопасности.

— К черту все, сэр. — Сказал я.

— Вы кажется победили в споре мужской привлекательности, Эрик, — сказал он, используя мое кодовое имя, чтобы напомнить мне, что это официальный разговор и что нам многое позволяется, но босс все-таки один.

— Замужество — основная часть задания, вы понимаете, доктор Мариасси — ценное государственное приобретение. Вы можете хотя бы судить, какого высокого калибра те посетители, что находятся сегодня на борту совещаются с нею и ее коллегами. Мы получили разрешение использовать ее как приманку, но вы должны быть с ней всегда рядом, днем и ночью, не только присматривать за ней, но и защищать ее. Вы можете выполнить это задание только исполняя роль ее любовника или мужа.

— Несомненно, — сказал я. — Но если мы имеем выбор, почему мы должны выбирать один на основе законности?

— Если мы оставим, тот факт, что она едва ли подходит к типу альковных женщин, эта леди имеет возможность мечтать об этом. Ни она, ни государственный департамент, на который она работает, не хочет скандала связанного с ее именем. Когда вы выполните задание будут приняты меры, чтобы аннулировать этот союз без всякого ущерба для каждой из сторон. Но это должно быть действительное замужество, пока оно длится.

— Если она сможет это вынести, то я полагаю, что я тоже смогу, — сказал я.

— Придется вынести, — сухо произнес Мак. — Но вам придется проявить дипломатию. Грубое и высокомерное поведение, может свидетельствовать о том, что она напугана.

— Вы думаете, что она может испугаться и выйти из игры, сэр? Я попытаюсь не пугать ее.

— С другой стороны, — сказал он, — ваше поведение должно быть вполне убедительным — поведение вас обоих. Не должно быть и намека фальши. — Он помолчал. — Операция "Тоссин", Эрик. Вы знаете, что это значит. Нам противостоят не любители. Мы должны быть предельно осторожны.

— Тоссин? — Я нахмурился. — Черт, я думал, что со стары маэстро покончено. Я думал, что он расстрелян после того фиаско в Будапеште в 54 году где-то в Москве.

— Таково было и наше мнение до недавнего времени, но оно оказалось неверным. — Мак взглянул на меня. — Ты помнишь детали того, чем он занимался в Будапеште?

— Да, сэр, — ответил я. — Я не участвовал в событиях лично, но меня информировали после. Нас всех информировали. Была создана техника прикрытия. Он пытался продать ее как замену для открытых военных действий. Он всех их прикрывал, всех венгерских политиков, которые не очень стремились к сотрудничеству. Каждый сомнительный мужчина или женщина в общественной жизни были прикрыты агентами, тренированными на убийствах и которые должны были устранить их по первому же свистку. И беда наступила, когда кто-то излишне перенервничал и свистнул прежде временно. Четверо или пятеро выдающихся венгерских граждан погибло, разразился огромный скандал, настоящая буря разразилась со вступлением русских танков в 56 или в 57 году. — Я скорчил гримасу. — Вы хотите сказать, что ему удалось уговорить их, чтобы они позволили ему осуществить вторую попытку?