Шрифт:
GR'EGOIRE CHAMAYOU
TH'EORIE DU DRONE
LA FABRIQUE 'EDITIONS
Данное издание осуществлено в рамках совместной издательской программы Музея современного искусства «Гараж» и ООО «Ад Маргинем Пресс»
Издание осуществлено в рамках Программ содействия издательскому делу при поддержке Французского института
Cet ouvrage a b'en'efici'e du soutien des Programmes d’aide `a la publication de l’Institut francais
Перевод: Евгений Блинов
Предприняв все усилия, чтобы найти и упомянуть правообладателей фотоматериалов, использованных в этой книге, автор и издатели приносят извинения за любые упущения или ошибки, которые будут по возможности исправлены в следующих изданиях.
Прелюдия
В ту ночь, незадолго до рассвета, что вскоре поднимется над афганскими горами, они заметили необычное поведение на земле.
«– Ты можешь немного увеличить, типа оценить обстановку?
– Как минимум четверо за пикапом.
– И этот парень, по стрелке на север, по-моему, он что-то прижимает к груди.
– Ага, на уровне груди какое-то холодное пятно.
– Они все время так делают: прячут свое долбаное оружие под одеждой, чтобы мы не могли его положительно идентифицировать».
Пилот и оператор изучают обстановку по монитору. На них униформа цвета хаки с нашивкой на рукаве: сова с распахнутыми крыльями на красном фоне с молниями, сверкающими в когтях. Они восседают рядом в креслах из искусственной кожи, с наушниками на голове. Повсюду светящиеся лампочки.
Но место не похоже на обычный кокпит.
Слежка проходит за тысячи километров отсюда. Изображения машин, полученные в Афганистане, спутник передает на базу Крич, неподалеку от Индиан-Спрингс в Неваде.
В пятидесятые годы именно здесь проходили американские ядерные испытания. Тогда из Лас-Вегаса можно было увидеть поднимавшийся в небо ядерный гриб. Сегодня автомобилисты, путешествующие по 95-й трассе, регулярно могут наблюдать в небе совсем иные силуэты: продолговатой формы с массивной головой, что-то вроде белого и слепого червя огромных размеров.
База Крич – колыбель флота дронов ВВС США. Военные называют его «охотничьим домом» – «the home of the hunters». Антивоенная организация «Code Pink» описывает ее скорее как место, где царит «недоверие, сумятица и уныние»1.
Это невероятно нудная работа. Целыми ночами уминать «Доритос» и «Эмэндэмс» перед монитором и постоянно наблюдать за одними и теми же видами пустыни на другом краю света в ожидании какого-нибудь происшествия: «месяцы однообразия ради заварушки длиной в несколько миллисекунд»2.
Завтра утром другой «экипаж» примет на себя командование аппаратом. Пилот и оператор бортовой аппаратуры обнаружения сядут за руль своих джипов и через сорок пять минут вернутся к жене и детям в тихий одноэтажный пригород Лас-Вегаса.
Пассажиры трех машин, которые несколько часов назад выехали из провинции Дайкунди, не знают, что за ними довольно давно следят десятки объективов. Среди этих невидимых зрителей пилот и «оператор бортовой аппаратуры обнаружения», а также «координатор миссии», «агент безопасности», группа аналитиков, изучающих видео, и один «командующий наземными силами», который в конце должен дать зеленый свет для воздушного удара. Эта сеть различных глаз пребывает в постоянном контакте, они говорят друг с другом, и, как обычно, их беседа от 20 февраля 2010 года записывается.
00:45 по Гринвичу – 5 ч 15 мин. по Афганскому времени.
ПИЛОТ: Это что, долбаная винтовка?
ОПЕРАТОР: Возможно, просто горячее пятно в том месте, где он сидел, не могу сказать точно, но действительно похоже на объект.
ПИЛОТ: Я думал, мы сможем отличить оружие, ну да ладно.
01:05
ОПЕРАТОР: Этот грузовик будет отличной мишенью.
Это джип «Шевроле». Chevy Suburban.
ПИЛОТ: Ага.
ОПЕРАТОР: Ага.
01:07
КООРДИНАТОР: Скринер показывает как минимум одного ребенка рядом с джипом.
ОПЕРАТОР: Вот же мать его… где он?
ОПЕРАТОР: Пошли мне этот долбаный снимок, но я не думаю, что в это время тут могут быть дети, они, конечно, психи, но не настолько же.
ОПЕРАТОР: Возможно, подросток, я не вижу никаких мелких объектов, они снова собрались в группу.
КООРДИНАТОР: Они сейчас проверяют.
ПИЛОТ: Ага, они проверяют эту хрень. Почему он тогда говорит: «вероятно, ребенок»? Почему они все время должны говорить о долбаных детях, а не о долбаном оружии?
КООРДИНАТОР: Два ребенка за джипом.
01:47
КООРДИНАТОР: Похоже на коврики. Они только что помолились, у них было…
ПИЛОТ: Джег 25, Кирк 97, все правильно посчитали?
Или еще нет?
ОПЕРАТОР: Они все молятся и молятся.
01:48
ОПЕРАТОР: Так это и есть их оружие? Молитва?
Нет, я серьезно, они только этим и занимаются.
КООРДИНАТОР: Они явно что-то задумали.
01:50
КООРДИНАТОР: Подросток рядом с джипом.
ОПЕРАТОР: Ну да, подростки, они вполне могут сражаться.
КООРДИНАТОР: Взял оружие – ты комбатант, так это работает.
01:52
ОПЕРАТОР: Один парень до сих пор молится за грузовиком.
ПИЛОТ: Джег 25, Кирк 97, все субъекты заканчивают молитву и собираются около трех машин.
ОПЕРАТОР: О, прекрасная мишень. Я попробую зайти сзади, чтобы сразу в яблочко.
КООРДИНАТОР: О, будет круто.