Чтение онлайн

— Спасибо русским — произнес, глядя как выпендривался перед своими американцами этот латиноамериканец командир DN39671 Ризи Пауэл, полковник танкист Федоров Степан Викторович — Теперь Америка, точно победит.

— Выпендрежники — произнес, тоже глядя на вережжащих от счастья амеров в новых бронежилетах из кевлара. И с новым вооружением Федотов Степан, тезка своего напарника и уже успевшего за все это время притереться к своему боевому другу, почти как сын к отцу. Эти два примеряющих тоже кевларовые наколенники и нарукавники, и каски русских бойца, криво усмехались над радостными и щеголяющими друг перед другом в бронежилетах с оружием повстанцев американцев.

— Увидим их в решающм штурме — произнес полковник Федоров Федотову Степану — Что они, вообще умеют. И на что способны, кроме того, как отсиживаться в бункерах.

— Он мертв? — спросил Джон у Т-800, стоя на краю металлической площадки над сталелитейным котлом.

— Да — уничтожен — ответил робот — Ликвидирован.

Потом, достав еще одну, гидравлическую в сервоприводах манипулятор руку другого Т-800, из своего маленького рюкзака спросил у робота — А это расплавиться?

— Да — ответил ему изуродованный до полного почти хлама другой машиной Т-800 — Кидай ее.

Джон бросил в доменный котел с кипящим расплавленным металлом правую конечность когда-то уничтоженного в 1984 году другого Т-800.

— Теперь чип — произнес робот Т-800 VBY876000754 Джону.

Тот достал из грудного кармана своей куртки поломанный микрочип программного ЦПУ боевой машины Скайнет и посмотрел на него над бурлящим и кипящим внизу раскаленным металлом. Он красиво переливался своей замысловатой поврежденной многотонным когда-то прессом ячеистой конструкцией и сломанным левым верхним краем.

— Бросай его туда же — произнес киборг Джону.

Тот не долго размышляя, бросил и чип в расплавленное кипящее внизу железо. Тот мгновенно сгорел, лишь сверкнув ярким огоньком на поверхности доменного котла.

— Адьес — произнес Джон сгоревшему чипу.

— Все кончено — произнесла Сара, глядя вниз с возвышающейся площадки на бурлящее в доменном котле кипящее расплавленное железо, где только что сгорел Т-1000 и останки того киборга, который убил ее любимого Кайла Риза и готов был убить ее, но видно была не судьба. И то, что от него еще осталось, исчезло в доменном котле этого сталелитейного завода.

— Нет, не кончено — произнес ей в ответ Т-800 — Есть еще один микрочип.

Робот показал целой своей правой рукой на ободранный до половины бронированной головы с остатками волос. В то место, где под верхней защитной крышкой в глубине его черепа из титана в особой специальной ячейке стоял еще один такой же микрочип ЦПУ — Его надо, тоже уничтожить.

Сара посмотрела на изуродованного до неузнаваемости киборга, и ей стало не по себе. Ей стало его жалко. Жалко после всего того, что они вместе пережили. Даже хоть он и был похож на того робота из 1984 года, что хотел ее саму убить. Как две капли воды.

Она и сама хотела поначалу убить эту сокрушительную машину Скайнет, но сейчас, сейчас все было иначе. И она не хотела его смерти. Он спас ее и Джона от Т-1000 и они сообща и все вместе победили.

Сара даже понятия не имела, что эта машина имела когда-то свой номер и даже имя. Когда-то и где-то в военном будущем ее звали Фердинанд. Эта машина Скайнет один и сама не помнила своего имени. Все было стерто ее хозяином и повелителем. Она не помнила и своего командира робота по-имени Алексей. Здесь ей имя дал сам Джон Коннор. Простое не замысловатое в быту человеческое имя Боб.

— Вот, возьми — произнес Т-800, взяв на длинном толстом проводе, пульт от находящегося над стоящим и кипящим котлом крана подал его в руки ей. Он подал Саре его своей правой хоть и ободранной до гидралики и сервоприводов манипулятором рукой, но уцелевшей после схватки с жидкометаллическим Т-1000. От левой остались жалкие обломки, торчаще из окровавленной плоти и оборванного рукава черной кожаной куртки. Которую, перемололи цепи и шестерни конвейера подачи руды.

— Зачем? — она произнесла и смотрела на его лицо, точнее на то, что от него осталось, в его уцелевший живой нарощенный на видеокамеру человеческий глаз. С другой стороны у него уже вообще не было лица. Там в металлической глазнице на нее смотрел другой горящий красным ярким светом глаз машины, и торчали и сверкали из-под ободранной плоти и кожи детали металлического деформированного от трех ударов стального подвешенного на цепях весом в тонну рельса черепа.

— Я не могу сам себя уничтожить — произнес Т-800 — Ты сделать должна это. Опусти меня вниз.

— Нет! — произнес громко Джон и повторил — Нет!

— Прости, старик — ответил ему киборг по-имени Боб.

— Останься с нами! — закричал еще сильнее Джон и подлетел к роботу Бобу, вцепившись в его черную изорванную в дырах кожаную куртку.

— Я должен уйти — произнес ему робот Боб.

— Нет, не делай этого! — запричитал в слезах Джон — Ты нужен мне! Нужен! Пожалуйста, не уходи!

— Я должен уйти, старик — настойчиво произнес киборг Т-800 и оттолкнул Джона от себя в сторону, взявшись за цепь крана на которой висел большой крюк. Он подтянул свисающую с крюком цепь к себе, не смотря на рыдающего за его спиной Джона.

— Нет! Прошу не уходи! — продолжал сзади кричать ему Джон.

— Все закончиться должно именно здесь — произнес снова киборг по-имени Боб.

Джон вцепился снова в рваную дырявую черную куртку Т-800 и забежал впереди киборга Боба.

— Я приказываю тебе не уходить! — он решил приказать тому, раз тот подчинялся его приказам — Я приказываю тебе! Приказываю!

Киборг молчал и смотрел на него молча и о чем-то сейчас думал. О чем он думал никто не знал, но ему было страшно. Именно, страшно. Но иначе было нельзя. Он сейчас осознал, что такое жизнь и смерть. Он понял, что такое любовь. И ощутил вот только сейчас ее на себе. И он был потрясен. Потрясен, этой любовью человека, еще совсем ребенка, к машине.

Может, он не все еще осознал и понимал все до конца, но у него не было времени до конца всему обучиться. После того как прибыл он в этот довоенный мир, мир людей. С вычищенной наглухо своей памятью. Лишь с базовой боевой программой у своем управлении. Без имени и даже номера. И о н все постигал заново. И вот его жизнь обрывалась здесь. И первый раз он колебался, глядя на плачущего в слезах Джона Коннора и его мать, стоящую здесь же рядом с пультом от крана, киборг не мог решиться и принять последнее решение.