Терминатор. Да придет спаситель
Шрифт:
Полозья одного из вертолетов опустились прямо на череп Т-600, патрулировавшего площадку; металл треснул и ушел в землю. Автоматическая система полуразрушенного боевого механизма, реагирующая на появление человека, все еще работала, и серверы громко гудели.
К красноглазому черепу прикоснулась узкая металлическая трубка — дуло ружья. Единственный крупнокалиберный заряд расколол блестящую оболочку надвое, и одна часть, кувыркаясь, отлетела далеко в сторону. Открытое дневному свету внутреннее устройство вспыхнуло, зашипело и почернело.
Джон Коннор осмотрел безжизненные останки Т-600, желая убедиться, что устройство окончательно разрушено. У этих чертовых механизмов имелась опасная привычка симулировать смерть, а потом набрасываться на противника сзади. Хотя этот точно был уничтожен. Джон проводил взглядом пролетевший над головой другой «Вартхог», сопровождаемый длинным шлейфом черного дыма. Не успел он оглядеться по сторонам, как к нему подошел уставший, но решительно настроенный капитан Джерихо.
— Ты Коннор?
Джон обернулся и пробормотал нечто неразборчивое.
— Ты Джон Коннор? — Даже обращаясь к нему, капитан напряженно следил за происходящим. — Тот самый, кто, согласно плану, должен был высадить свой отряд на гребне и потом без промедления спуститься вниз?
Коннор спокойно встретил взгляд капитана.
— План был не слишком хорош.
Джерихо явно собирался сказать что-то еще, но ему помешали подошедшие бойцы отделения Коннора. Они только что десантировались из вертолета и собрались за спиной своего командира, ожидая дальнейших распоряжений.
— Проблемы?
Седеющий десантник смотрел из-за спины Коннора на капитана.
Коннор еще какое-то время разглядывал Джерихо. За несколько последних лет войны термин «субординация» трансформировался в понятие, которое скорее обозначало полный бардак, чем иерархическую цепочку соподчинения военных.
— Нет, никаких проблем. Пошли.
Джерихо проводил взглядом отделение Коннора, которое, догнав остальных солдат, направлялось к краю кратера, оставленного в земле первой ракетой. Он еще многое хотел сказать, но благоразумно промолчал.
Один из людей Коннора, перегнувшись через край гигантского кратера, не слишком литературно, но зато с полной уверенностью доложил:
— Это дьявольски большая дырка в земле.
— Хочешь узнать, что там, внизу?
Его сосед слегка подтолкнул товарища, заставив его покачнуться.
Солдат пренебрежительно фыркнул:
— Могу поспорить, что нам придется это выяснить.
Генерал Олсен был слишком молод для своего звания, но выглядел старше своих лет. Его состарило участие в жестоких, а иногда и безнадежных сражениях. Ради спасения жизни единственного солдата он был способен послать к черту весь план действий. И сейчас, вместе со своими солдатами, он вглядывался во тьму.
— Ты не ошибся, парень. У нас нет ни малейшего представления о том, что может находиться внизу. Само собой, это настоящая преисподняя. Но вот какая конкретно, нам и предстоит выяснить. — Он оглянулся назад. — Нужен доброволец…
Мелькнувшая мимо тень оборвала его на полуфразе. Человек, казалось, повис над кратером на томительно долгое мгновение, а затем стал стремительно опускаться по дуге вниз. Тонкий витой трос блеснул на поясе Коннора под жарким солнцем пустыни, словно шелковая паутинка, поддерживающая паука.
С края бездны за канатом, привязанным к обгоревшим обломкам вертолета, внимательно следил один из солдат отделения.
Олсен не мог решить, выругаться или похвалить решительную инициативу Коннора, и потому лишь махнул рукой, обращаясь к остальным солдатам, следившим за стремительным спуском парня в темноту.
— Ладно, одинокий смельчак! А теперь все вслед за Коннором! Пошли, пошли, пошли!
Коннор, медленно вращаясь на конце троса, не слышал приказа генерала. Он сдернул с пояса осветительную ракету, зажег ее и бросил вниз. Огонек пропал в темноте, лишь ненадолго осветив пространство подземного лабиринта, расходящегося во всех направлениях. Скрытые под поверхностью сооружения казались безграничными. Коннор, как и все остальные, готов был увидеть значительное пространство, но действительность превзошла все ожидания.
Он спокойно повис на тросе, не издавая ни единого звука, ожидая, пока к нему присоединятся его товарищи на своих паутинках.
Реактивные ранцы помогли им быстро добраться до боковых коридоров. Небольшие группы одна за другой начали рассеиваться по затопленным кое-где почти по колено коридорам подземного комплекса.
«Расползается человеческая зараза», — не без удовлетворения подумал Коннор, направляя свое отделение в затопленный тоннель. Шагая по пояс в воде, он привычно занял место во главе отряда. Другие командиры чаще всего предпочитали оставаться в тылу или идти в окружении своих солдат. Но только не Коннор. Он стремился занять лидирующее положение не только потому, что это было в его натуре, но и из тактических соображений.
Солдаты охотнее следуют за лидером, если он возглавляет отряд.
За ним по пятам с оружием наготове шагали Дэвид и Тайней. Дэвид ворчал что-то себе под нос; Коннор знал причину его беспокойства, но ничего не говорил. Дэвид не возражал против грязной работы, не боялся сражений и мог в одиночку справиться с полудюжиной врагов без чьей-либо помощи, но он не умел плавать. Это совершенно не мешало поспать на просторах юго-западной пустыни, но здесь он не мог сдержать своего недовольства.
Тайней шел вплотную за Дэвидом, и Коннор подозревал, что только это и удерживает его от колкостей в адрес своего товарища.
Ракета отлично справилась со своей задачей. Потолки во всем тоннеле обвалились, ничем не сдерживаемое пламя уничтожило большую часть оборудования, и красный свет, типичный для работы аппаратуры Скайнета, неустойчиво мигал. Коннор был бы счастлив, если бы он погас полностью, погрузив подземелье в темноту. В таком случае он со своими солдатами устроил бы освещение на свой вкус.