Чтение онлайн

– Как пожелаешь, - сказал я.
– Можешь мне не верить, но я хотел тебе помочь.

– Похвально, в этом можно не сомневаться, но мне твоя помощь не требуется.

– Я не был бы так категоричен. Твои услуги щедро оплачены, но это тебя кое к чему обязывает. Ты все сильнее запутываешься в их сетях, - я подглядывал за ней в зеркало и заметил испуг, скользнувший по лицу.

– Не понимаю, о чем ты.

– Не думаю. При расставании тебе передали очень крупную сумму, которая превосходит счет любого из твоих пациентов...

– Какое отношение это имеет к тебе?
– сердито бросила она.
– Ну, ладно. Они пожертвовали в фонд госпиталя некоторую сумму. Обычное дело. Ты сам однажды сделал то же самое.

– Тебя это ни к чему не обязывало.

– У них нет...

– Хочешь заключить пари? Послушай, Клер, пожалуйста, дай мне сказать. Ты терпеть не можешь политику, особенно её закулисную кухню, но сейчас ты увязла в ней по самые уши. Ты пользуешься доверием индийских и пакистанских властей, но у тебя есть некоторые обязательства. О каждом пациенте, который проходит через твои руки, ты должна сообщать пограничникам. Конечно, я понимаю, на это смотрят сквозь пальцы, когда речь идет о безобидных бедолагах, составляющих основную часть твоих пациентов. Но ты прекрасно понимаешь, что два европейца, уцелевших в авиакатастрофе, к этой категории не относятся. Тебе полагалось сообщить о них полиции, как только они переступили порог госпиталя.

Моя догадка застала её врасплох, она даже рот раскрыла от удивления.

– Ты все узнал от Джеймса Уэйнрайта, - справившись с волнением, презрительно заявила Клер.
– Что вы за люди, стоит только сделать глупость, поверить вам и что-то рассказать, как тут же начинаются шантаж и угрозы. О, Боже!

Я чувствовал себя как слизняк, которого посыпали солью, но времени для обид не было.

– Мне жаль, если это представляется тебе в таком неприглядном свете. Можешь не верить, но я как раз пытаюся оградить тебя от угроз и шантажа.

– Проклятый лицемер!

– Ладно, я лицемер, но эта публика все ещё крутится поблизости. Если быть точным, они разместились в местечке под названием Ситло...
– Клер снова не смогла скрыть своего удивления, - и некоторые из них вполне могут попасть в передрягу, а на такой случай им лучше всегда иметь под боком первоклассный госпиталь. Больше того, начинается зима, и у них может появиться необходимость отсидеться в укромном месте. Уж если они сваляться тебе на шею, ты ничего возразить не сможешь.

– Неужели? Пусть только попробуют, вот что я скажу. Это касается всех... они отправятся вслед за тобой и твоим приятелями...
– меня немного позабавило, что Уэйнрайт оказался в их числе.
– С этой минуты я тебе даже двери не открою.

– Впечатляюще, - заметил я, - но ты уже однажды помогла им и получила щедрое вознаграждение. Теперь ты у них на крючке.

– Еще посмотрим.

– Ты не настолько опытна в притворстве, чтобы противостоять профессионалам.

– От вас двоих я многому научилась.

– Этого недостаточно. Нужны годы тренировок и практики. Послушай, можешь сколько угодно делать хорошую мину при плохой игре, но факты - вещь упрямая, и известны они не только мне. Если власти решат принять меры, все будет сделано очень искусно. Вероятно, у тебя даже не возьмут показания. Просто объявят в секретных досье персоной нон грата и прикроют госпиталь.

– Скорее вы меня поставите в безвыходное положение, чем они, возразила Клер.

Выпад был болезненный, но я постарался не обращать на него внимания.

– Мне кажется, ты сама в это не веришь, - сказал я, а затем, полагая, что несколько приукрашенные события могут выглядеть гораздо убедительнее, чем чистая правда, добавил: - Между прочим Уэйнрайт даже подал в отставку, чтобы иметь возможность тебе помочь.

– Очень благородно с его стороны, - кисло заметила она.
– Но кто его просил? Да, если на то пошло, тебя-то самого кто просил совать нос в мои дела?

– Во-первых ты сама посвятила меня во все детали этой истории, а во-вторых твой отец, или точнее Мирай Хан, вызвал меня сюда. Никому и в голову не приходило устраивать за тобой слежку, Клер.

Девушка надолго замолчала и уставилась в одну точку перед собой.

– Вот уж действительно "чума на ваши оба дома", - произнесла она безжизненным, усталым голосом, - но, похоже, особого выбора у меня нет, ты это имеешь в виду? Если я откажусь иметь дело с одним из вас, то против меня выдвинут серьезные обвинения и госпиталь закроют. Это все, что ты хотел мне сказать?

– Не совсем. Так могут поступить, если это будет входить в их планы. Ни я, ни Уэйнрайт ничего предпринимать не собираемся. Если не веришь, ничем помочь не могу, - я встал, вытер о штаны жирную руку и протянул ей. Спасибо за ужин. Прощай, Клер.

Она руки не приняла и отвела глаза, упрямо пробубнив:

– Ты и так все знаешь... Что я ещё могу сказать?

– Мне многое известно, но часть этой далеко не полной картины составляют мои предположения. Можешь назвать меня провидцем, но все же догадки остаются догадками. Любые сведения, которые ты сможешь сообщить, помогли бы связать все в единое целое. Это бы нам позволило скорее выкурить их из страны, а ты избавилась бы и от нас тоже.

Клер осторожно, словно размышляя, кивнула.

– Однажды ночью в госпиталь прибыл врач с пациентом на носилках, которые несли четыре тибетца. Я, естественно, приняла их без лишних расспросов. Пациент был в ужасном состоянии. Доктор Рейтлинген и наш врач Рэм Пияр всю ночь и следующий день боролись за его жизнь. На мой взгляд, шансов у них было мало: травма черепа, сложный перелом ноги, множество вторичных повреждений. Доктор Рейтлинген тоже пострадал, но не столь серьезно. К вечеру он потерял сознание. Впоследствии он объяснил, что они потерпели в горах аварию на легком самолете. Пациент был пилотом этого самолета. Они собирали материалы для швейцарской благотворительной организации - что-то вроде телевизионного фильма о тяжелой жизни местного населения. У них не было разрешения на работу в этих местах, и им грозили серьезные неприятности с властями Индии, Пакистана или Китая.